Страница 51 из 150
Неожиданно крысы ослабили напор. Граймс понял, что может немного пошевелиться. Кровь на щитке засохла и стала почти непрозрачной, но коммодор разглядел силуэты людей в скафандрах. Начищенные мачете, сабли и топорики отбрасывали короткие блики. Послышался влажный хруст — десантники разрубали мохнатые тела пополам, кромсали кости. Рубка снова наполнилась кровавым туманом.
Но силы были неравны. Даже если сюда прибудет весь экипаж “Корсара”, рано или поздно проклятые твари одолеют всех — вооруженных, невооруженных, в скафандрах и без скафандров… В рубку прибывали все новые и новые полчища крыс, заменяя убитых и искалеченных. Они победят — это несомненно.
— Всем покинуть корабль! — зазвенел в динамиках женский голос.
Соня. Наконец‑то.
— Всем покинуть корабль! Продвигаться к спасательным шлюпкам!
В рубке словно отозвалось эхо: люди повторяли команду. Покинуть корабль… Проще сказать, чем сделать, но иного способа спастись нет и не будет.
Вооруженные десантники окружили экипаж “Запада” — вернее, то, что от него осталось. Капитан был изранен, оглушен, но еще жив. Старпом отделался несколькими порезами, обильно кровоточащими, но не опасными. “Имам” и “реактивщик” прикрывали истерически вопящую женщину — на ее разодранной в клочья рубахе чудом сохранилась нашивка офицера по снабжению. Больше из экипажа не уцелел никто.
Десантники подхватывали людей под руки и буквально вышвыривали через люк в осевую шахту. Граймс не успел обернуться, как его постигла та же участь. Он попытался что‑то возразить, но было уже поздно. Над его головой лязгнул люк. Коммодор стер со щитка кровавую кляксу и увидел, как Соня поворачивает рычаг.
— Подожди! — закричал Граймс. — Там же майор и его ребята!
— Они останутся там, — сухо ответила Соня. — Они задержат крыс. Наша задача — вывести с корабля этих людей.
— А дальше?
— Черт возьми, кто командует экспедицией — ты или я? Кто обещал адмиралу действовать наугад?
Через минуту они уже были в отсеке, где стояла спасательная шлюпка. Старпом распахнул люк и помог женщине забраться в тесную кабинку, потом усадил инженеров… Однако капитан, который едва держался на ногах, оттолкнул его:
— Ну уж нет. Я должен покинуть мой корабль последним… — Он заметил стоявших рядом Граймса и Соню. — Вас это тоже касается, мистер коммодор, как вас там… Берите своего напарника и п–полезайте в челнок.
— Мы доберемся сами, капитан. Нам недалеко.
— В челнок, черт бы вас побрал! Я… должен… последним… Он покачнулся и едва не упал — старпом едва успел его подхватить.
— Сейчас не до правил, сэр. Нужно спешить. Неужели вы не слышите?
В гермошлеме трудно что‑то расслышать — если только источник не находится в непосредственной близости от тебя. Граймс поднял щиток и ясно услышал шум, скрежет и визг, которые становились громче с каждой секундой.
— Залезайте в эту чертову шлюпку, — сказал он старпому, — и я задраю люк.
— Я настаиваю… — шептал капитан. — Я… должен… п–после–дним…
— Да полезайте, черт подери! — заорал старпом. — Знаете, сэр, — раздраженно проговорил он, обращаясь к Граймсу, — я давно собирался бросить к чертям это старое корыто. Но мне в голову не приходило, что это может произойти вот так!
Он свирепо покосился на капитана — и неожиданно от души залепил ему кулаком в челюсть. Удар был не слишком сильным, но капитан закатил глаза, обмяк и закачался, точно аэростат на привязи. Магнитные ботинки удерживали его в вертикальном положении. Инженеры, словно поджидавшие этого момента, высунулись из люка и аккуратно втащили своего командира внутрь.
— Быстрее! — нетерпеливо прикрикнула Соня.
— К вашему кораблю, сэр? — спросил помощник. — Вы примете нас на борт?
— Нет. Сожалею, но времени для объяснений не осталось. Врубайте полный ход и летите к Лорну.
— Но…
— Вы слышали, что сказал коммодор, — вмешалась Соня. — Выполняйте. Если вы постараетесь приблизиться к нам, мы откроем огонь.
— Но…
Коммодор сорвал с головы шлем. Через мембрану его голос звучал недостаточно внушительно.
— Марш в шлюпку! — рявкнул он. И добавил, уже мягче: — Удачи вам.
Старпом нырнул в шлюпку и захлопнул за собой люк.
Испустив вздох облегчения, Граймс снова надел шлем. Соня открыла выдвижную панель управления и нажала несколько кнопок. Две тяжелых створки выехали из пазов, перегородив шлюз и отделив его от остального корабля. На противоположной стене появилась черная щель. Шлюпка покатилась по направляющим рельсам, вывалилась наружу и медленно стала удаляться от корабля. Потом, ярдах в двадцати, включились реактивные двигатели. Крошечное суденышко набрало скорость. Через минуту оно превратилось в яркую огненную точку, которая описала широкую дугу и исчезла за диском планеты.
Граймс проводил ее взглядом.
— Нам нужно вернуться в рубку, — сказал он, — вытащить майора и его ребят. Они там заперты.
— Уже не заперты. Они просто дожидались, пока шлюпка улетит.
— И как, по–твоему, они выбрались?
— Точно так же, как и вошли. Мы прорезали в обшивке дыру. К счастью, все двери были в исправном состоянии.
— Вы сильно рисковали…
— Это было необходимо. И потом, мы знали, что ты в скафандре… Ладно. Пора выметаться.
— Только после вас, мадам.
— О Боже! Еще один галантный идиот на мою голову.
Но Граймс не стал тратить времени на пререкания. Он просто вытолкнул ее через люк и прыгнул следом, а затем запустил встроенный реактивный двигатель. Нужно было скорее возвращаться.
На полпути он оглянулся. Как раз в этот момент раздался взрыв.
Иллюминаторы в рубке “Запада” вылетели, во все стороны брызнули осколки металла и стекла, кристаллы замерзшего воздуха и толстые серые тушки. Некоторые из них какое‑то время дергались, как живые. Потом из неровной дыры, зияющей в корпусе старого транспорта, показались фигуры в скафандрах — все семь. Точно гигантские насекомые на свет ночника, они летели к открытому шлюзу “Корсара”. Соня и Граймс присоединились к ним.
Как минимум два помещения на “Западе” разгерметизировались — но этого было недостаточно. Подобного рода повреждения случаются на кораблях и в мирное время, но люди на них остаются живы. Значит, основная часть крыс — те, что оказались в трюме — уцелела.
Их уничтожат могучие пушки “Корсара”.
“Корсара”?
“Свободы”!
Глава 23
— Мы вас уже заждались, шкипер, — с нежностью проговорил Вильямс, когда коммодор появился в рубке.
— Рад вас видеть, коммандер, — отозвался Граймс.
Интересно, как бы действовал Вильямс, окажись он на месте старпома “Заката”, а Граймс — на месте того капитана.
— Действительно. Очень рад, — коммодор посмотрел в иллюминатор. Транспорт по–прежнему висел рядом — точно так же, как несколько часов назад… Несколько часов?
Не важно. Важнее другое: использовать ракеты невозможно. Взрыв уничтожит оба корабля.
— Ты должен закончить свою работу, человек Граймс, — напомнил Стрессор.
— Гхм… Хорошо–хорошо.
К счастью, теперь спешить некуда. Теперь у них есть время, чтобы выбрать лучший способ уничтожения.
— Орудия готовы, сэр.
— Спасибо. Для начала, коммандер, отойдем чуть подальше…
И вдруг очертания транспорта подернулись рябью. Потом “Запад” превратился в мутное пятно. Оно таяло, пока не исчезло вовсе, как снег в тепле.
Граймс выругался.
Надо же было так опростоволоситься! Эти твари первым делом добрались до Манншенновского Движителя.
Но, черт побери, как они могли узнать, что это такое? И как научились им пользоваться?
— Манншенн — пуск, — скомандовал он. — Уровень прецессии — стандартный.
Эта операция была слишком привычной, чтобы занять много времени. Поглядев на корабельный хронометр, Граймс удовлетворенно хмыкнул. Бронсон был на высоте. Граймс служил на военном флоте лишь в самом начале своей карьеры, а сейчас, как и большинство его подчиненных, числился в запасе. Но на его кораблях царила военная дисциплина, и коммодор по праву этим гордился.