Страница 24 из 50
— Никто бы не принял всерьёз.
Пристав нахмурился и поправил свою чёрную шляпу.
Снова был суд, «в свете новых обстоятельств».
Экспертиза останков мнимой Лил убедила всех, что юная девушка чудом «выжившая» в той резне, человеком не являлась. Мои действия были истолкованы как вынужденная самооборона Из-под стражи меня освободили в зале суда.
Правда восторжествовала.
Но кое-что я скрыл.
Изготовлены были два киборга — Лил номер два и Рогов номер два.
Настоящий Рогов погиб вместе с Холландами.
Для меня лучший выход — молчание. «Сестрёнка» на то и надеялась.
Всё же её расчёт был неверен.
По дороге в тюрьму я сбежал.
Не мог оставить безнаказанной убийцу людей, ставших моей семьёй.
Хотя — не только.
Если быть до конца искренним… Станислав Рогов умер.
Теперь я — номер один.
По крайней мере, Джой, которого я забрал себе, уверен в этом.
Алексей Лурье
ЗАВЕЩАНИЕ
— Доктор, как он? — встретил выходившего из апартаментов старика Фишера семейного врача Дональд Хетью.
— Он плох, боюсь, не доживёт до завтрашнего дня. Вам лучше с ним попрощаться. Извините, мне пора, — сочувственно положив руку на плечо молодому человеку, ответил доктор и удалился по коридору.
— Наконец-то старый кабан скопытился, — буркнул папаша Хетью, — сколько мы этого ждали, а?
Семейство издало дружный гогот, эхом отразившийся от богато украшенных стен на шестьдесят четвёртом этаже самого престижного жилого комплекса в стране. Постороннему зрителю это показалось бы ужасным. Человек умирает, а его родственники смеются и потешаются над ним. Верх неприличия! Но они попросту не знали Фишера. Корпоративный магнат, ценивший деньги выше любого человека. Он не знал привязанностей, не знал любви. Зелёные купюры были его семьёй. Как-то раз он выбросил на улицу, лишив пенсии, своего лучшего друга и коллегу после сорока лет совместной работы. Просто потому, что тот ему перестал быть нужен.
В противоположность ему сестра Фишера была заботливой семейной женщиной. Она вышла замуж за бакалейщика и родила ему четверых детей. Племянников старик Фишер не жаловал, но каким-то невероятным образом к самому младшему, Дональду, он проявлял неслыханную Заботу. Дарил подарки на Рождество и день рождения, оплачивал все медицинские счета и обучение в колледже. По этой Причине, а также потому, что Дон верил в человеческую добродетель, он не разделял взглядов издевавшихся над стариком родственников.
— Столько прожил, состояние скопил огромное, а зачем? — отдышавшись, спросил у жены и отпрысков папаша Хетью. — Всё равно в могилу не возьмёт! Я даже уверен, что они за свою жизнь ни разу не за…
— Дорогой, перестань! Тут же дети! — прервала на полуслове мужа Агнесса Хетью, В девичестве Фишер.
Дональд не хотел их слушать. Проводив доктора, он робко постучался в палату к дядюшке и вошёл, не дожидаясь разрешения. Просторная комната приветствовала его морозным дыханием и смертельной свежестью. Пупырчатый холодок пробежал по спине подростка от головы до самых пят.
— Кто там ещё? Не дадут покоя старому человеку! — прокряхтело дряхлое тело на большой кровати и зашлось кашлем.
— Это я, дядя! Донни, твой племянник, — отозвался мальчик и аккуратно закрыл за собой дверь.
— А? Кто? Донни? Заходи! Дай посмотреть на тебя, — мягко подозвал к себе мальчика Фишер.
Подросток подошёл к кровати, всеми силами стараясь не расплакаться. На поистине царском ложе находилось немощное тело дяди. Несмотря на то, что он закутался в одеяло, складывалось такое ощущение, что старику было жутко холодно. И ничто уже не могло согреть его бренные кости.
— Хорошо выглядите, дядя, — подбодрил Фишера Дональд Хетью, поправляя одеяло.
— Не ври мне, я знаю, что со мной уже всё кончено! — сиплым голосом приказал старик. — Это мерзкое тело ни на что не годно! Столько всего ещё нужно сделать, а тут, понимаешь, помирать уже надобно! Вздор! Контракт с Грумманом кто подпишет? Эх…
— Не беспокойтесь, дядюшка, совет директоров найдёт решение этой проблемы.
— Совет?! — возмутился Фишер. — Это подлизы и бумагомаратели, без сильной руки они ни на что не способны!
— Может и так, дядя, но я думаю, они выберут себе председателя, способного гордо нести планку руководства компанией, так же как и вы.
— Хм, — неразборчиво хмыкнул старик и сменил тему. — Скажи-ка, а твои родичи, небось, в коридоре сидят?
— Отец с матерью и братьями уже давно здесь, не знаю, правда, почему они не заходят к тебе.
— Стервятники! Зачем им заходить ко мне? Птицы-падальщики! Вот я умру и тогда погляди, они набросятся на моё ещё не успевшее остыть тело. Снимать кольца и цепочку, а затем побегут за завещанием, — сипел Фишер.
— Не надо так, дядюшка, они хорошие люди, — попытался защитить родню Дональд.
— Ты молод и пока что глуп! — взял за руку племянника Фишер. — Но у меня есть план! Наклонись поближе, мне тяжело говорить.
Подросток опустил голову таким образом, что его левое ухо оказалось на одном уровне со ртом больного.
— Я оставлю всё тебе! Ты же умница, я видел твои табели с оценками из колледжа.
— Но как?! Я мало что в этом понимаю!
— Не беспокойся, ты же хочешь помочь своему дяде? Я всё устроил! — крепко схватив за голову мальчика, молвил старик.
— Да, конечно. Я не знаю, что делать, но если вы мне скажете, то я обязательно всё сделаю, — согласился Донни.
— Посмотри на стену! — указал Фишер.
— Видишь? Картина, за ней находится сейф с документами. Пойди и возьми всё, что там есть.
Мальчик подошёл к стене с картиной и отодвинул полотно в сторону. Действительно, за ней обнаружилось небольшое углубление с маленьким серым экранчиком.
— Приложи к экрану свой палец! — прозвучало с кровати.
Донни пожал плечами и прикоснулся к холодной поверхности экрана большим пальцем правой руки. Дактилоскопический датчик сосканировал палец мальчика и, сопоставив результат с вложенной информацией, открыл дверцу сейфа. Внутри лежала папка с какими-то документами. Дональд бережно взял их в руки и отнёс дядюшке.
— Просто поставь свою подпись там, где заложено скрепками. Да-да, вот тут, внизу страницы, — указал Фишер, не дав прочитать содержимое бумаг мальчику.
— А теперь ступай вот по этому адресу и отдай бумаги человеку по имени Холл, он будет тебя ждать, — приказал Фишер, после того как удостоверился, что Донни всё подписал.
Племянник сжал ладонь дяде Фишеру и поспешил в коридор.
— Что это у тебя? И куда ты собрался? — спросил мальчика папаша Хетью.
— Дядя просил отвезти эти бумаги вот по этому адресу, думаю, это его последняя воля, — ответил мальчик.
— Вот как! Этого мы и ждали, давай я сам тебя отвезу! — предложил, потирая руки, отец мальчика. — Эй, Агнесса поехали с нами, я куплю тебе ту алмазную брошь, которую мы видели в том магазине.
Втроём они доехали до пункта назначения, коим оказалось большое зеркальное здание с крупной вывеской над входной дверью: «Майндлинк Ко».
— Что ещё за чёрт?! — возмутился папаша Хетью. — Это не похоже на юридическую фирму.
— Я сию минуту, — бросил Донни, выскакивая из машины по направлению к входу в здание.
Внутри было кристально чисто и стерильно. Туда-сюда сновали люди в ярких белых одеждах, но один из них стоял неподвижно в самом центре толпы. Этот странный человек манил к себе своей лучезарной улыбкой. Именно к нему и побежал запыхавшийся Дональд.
— Извините, вы мистер Холл? — спросил мужчину с седыми волосами Донни.
— Да, это я. Что тебе нужно? — ничуть не смутившись, задал встречный вопрос Холл.
— Меня зовут Дональд Хетью, я племянник Фишера и привёз бумаги. Завещание дяди. Он сказал отдать их вам, — протягивая Холлу папку сказал подросток. Мужчина принялся читать привезённые мальчиком документы, совершенно игнорируя происходящее вокруг. Донни стало скучно, будучи скороспелым подростком, он стал глазеть по сторонам в поисках красивого личика какой-нибудь девушки. Бегая взглядом по толпе, он увидел машину с родителями, на которой он приехал. Сквозь стеклянные стены он смутно уловил, как отец отчаянно машет ему рукой. В следующий миг в их машину на полной скорости влетел грузовик. Звон стекла и визги были последними звуками, которые услышал Донни, оседая на землю. Над ним возвышался мистер Холл с инъекционным пистолетом в руках.