Страница 22 из 46
На втором ее этапе наступал черед Соединенных Штатов. Большие потери кораблей и судов флота, снабжающего группировку войск в Европе живой силой, техникой, боеприпасами, топливом, должны были убедить представителей военно-промышленного комплекса США и правительство в невыгодности такого рода войны. Вот тогда и мог бы оказаться Советский Союз в одиночестве! А это и было главной стратегической целью тотальной войны.
И вот трехторпедный залп подводной лодки «С-13» перечеркнул стратегический замысел Гитлера и Дёница! Вот где была запрятана истина, вот в чем заключалась причина долгого умолчания смысла и цели трехдневного национального траура и других карательно-траурных мероприятий, объявленных в фашистской Германии!
Подтверждение этому выводу было найдено при захвате документов канцелярии Гитлера в конце войны. Точнее, одного из документов — тоненькой серой папки в плотном переплете. На ее обложке красовался золоченый имперский орел со свастикой в когтях и тисненная большими готическими буквами надпись: «Конфиденциально. Личные враги фюрера и Германии». У нижнего среза — другая надпись, буквами помельче: «Подлежат розыску, аресту и немедленному преданию суду за совершенные ими преступления против фюрера и рейха».
Список этот начинался фамилиями, известными всему миру. Первым значился Иосиф Виссарионович Сталин, вторым — президент США Франклин Делано Рузвельт. Далее — маршалы Жуков, Монтгомери, генерал Эйзенхауэр… Седьмым числился премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, восьмым — генерал Шарль де Голль, девятым — главнокомандующий Народно-освободительной армией Югославии Иосип Броз Тито…
На второй страничке папки под номером двадцать шестым стояла фамилия командира подводной лодки «С-13» капитана 3-го ранга Александра Ивановича Маринеско. «Чести» такой он удостоен был за уничтожение лайнера «Вильгельм Густлоф», а с ним — плана тотальной подводной войны…
Дополнительные данные о том, где искать свидетельства об объявлении трехдневного национального траура в Германии, мне стали известны со слов Виктора Павловича Анисимова, капитана 1-го ранга в отставке, имевшего в военные годы непосредственный доступ ко многим секретным документам:
— Я лично в первые дни февраля 1945 года держал в руках, сам лично читал окаймленные траурной рамкой газеты: центральный орган национал-социалистической рабочей партии Германии (НСДАП) — «Фёлькишер беобахтер» и «Дас шварце корр» — орган гестапо. В них сообщалось, что объявлен трехдневный траур по поводу гибели лайнера «Вильгельм Густлоф».
Кстати, как видно, имел возможность прочесть эти материалы и нарком ВМФ СССР адмирал Н. Г. Кузнецов. По крайней мере, он сообщал о подобном трауре в статье «Атакует „С-13“» в журнале «Нева» (1968. № 7), а в книге «На флотах боевая тревога» (М.: Воениздат. 1971) он дополнил свое свидетельство так: «Гибель „Вильгельма Густлофа“ всполошила фашистов. В Германии был объявлен трехдневный траур… Потопление „Вильгельма Густлофа“ явилось значительным событием даже на фоне наших крупных побед в те (1945 год) дни. За один только поход экипаж „С-13“ уничтожил восемь тысяч гитлеровцев. Полноценная дивизия! Да еще какая дивизия! Отборные офицеры, первоклассные специалисты-подводники, эсэсовцы, фашистские бонзы!..»
На этом можно было бы завершить рассказ об «атаке века», а потом довершить повествование обо всем январско-февральском боевом походе «С-13», потому что он знаменателен еще одной крупной победой экипажа.
Глава 8. Об одной версии, касающейся лайнера «Вильгельм Густлоф»
Однако я был бы не прав, если бы, говоря о событии 30 января, умолчал об одной интересной встрече с польскими военными журналистами, которая внесла совершенно неожиданное направление в поиск, касающийся «Вильгельма Густлофа».
В один из летних дней 1974 года к нам в редакцию газеты «Страж Балтики», где я в то время проходил службу, приехал начальник одного из отделов редакции еженедельника «Бандера» — органа Военно-морского флота ПНР. С командор-поручником Влодзимежем Радзишевским мы знакомы были довольно давно. Еще с 1970-го, когда довелось мне побывать в служебной командировке в Варшаве, Гданьске и Гдыне. Именно в Гданьске в редакции еженедельника и познакомились мы с ним. В ходе беседы я упомянул о выходящей в свет моей книге «Подвиг „С-13“». Это заинтересовало журналистов.
И вот, встретившись теперь уже в Калининграде, Влодзимеж сразу вернулся к тому разговору.
— Помнишь, мы говорили о «Густлофе»?
— Конечно.
— Так вот, я привез наш журнал, в котором идет рассказ о «Густлофе» и ты даже не угадаешь, о чем еще!
Естественно, я не мог догадаться, что за сюрприз подготовил мне коллега, а потому сразу же развернул восьмой номер «Бандеры», выпущенный в 1973 году. Крупными буквами выделялся заголовок статьи: «„Густлоф“ — наш Несси». «После нескольких летних репетиций аквалангисты гданьского подводно-поискового клуба „Рекин“ („Акула“. — В. Г.) спустились в глубину слупской впадины на борт потопленного в прошлую войну гитлеровского транспорта „Вильгельм Густлоф“, — сообщал автор. — Огромное, свыше 200-метровой длины, судно, вышедшее в последний свой рейс из гдыньского порта, оказалось добычей советской подводной лодки. „Густлоф“ ушел на дно вместе с многими тысячами убегавших гитлеровцев и увозимым имуществом… Для аквалангистов главное было осмотреть это имущество, потому что можно было предположить, что „Вильгельм Густлоф“ увозил сокровища Янтарной комнаты, так называемое „восьмое чудо света“».
Вот как! Значит, возникло такое предположение! И если здраво поразмыслить, то ничего необычного, экстраординарного в том нет. Вполне логично прийти к такому предположению.
Далее кратко излагалась историческая справка о том, как гитлеровцы захватили Янтарную комнату в Царском Селе, что под Ленинградом, осенью 1941 года. Как была она упакована в несколько ящиков и доставлена в Кенигсберг, где упрятана в резиденции гауляйтера Эриха Коха, наместника на захваченных территориях Советского Союза. Впоследствии Янтарная комната, так и не распакованная, находилась во дворце. На ящиках с нею некоторое время даже спали немецкие солдаты, прежде чем бежать из города. Постепенно слухи о Янтарной комнате затихли. А потом… Потом сокровище, предварительно оцененное более чем в 50, а по другим данным — и в 100 миллионов долларов, исчезло. И до последних дней о местонахождении его ничего не известно. Поиски его в Советском Союзе и других странах до сих пор ничего не дали. Со временем Янтарная комната превратилась в одну из величайших загадок нашего времени, как и пресловутая Несси из озера Холи-Лох. Огромна литература на тему Янтарной комнаты. Имеются десятки публикаций на многих языках мира.
Теперь появились предположения, что сокровище давно покинуло не только Кенигсберг, но и Европейский континент, что находится оно, видно, в одной из латиноамериканских стран — то ли в аргентинских, то ли в парагвайских джунглях, в резиденции какого-либо бежавшего гитлеровца…
Вместе с тем достаточно твердо держится и версия, что Янтарная комната была погружена на «Вильгельма Густлофа» и, значит, теперь покоится на дне Балтийского моря.
Проверкой этой версии занялись аквалангисты подводно-поискового клуба «Рекин» гданьского политехнического института. В общем-то, как отметил начальник его, магистр Ежи Янчукович, подготовка к такому сложному специальному погружению для проверки трюмов «Вильгельма Густлофа» была не очень тщательной, как бы по принципу: будь как будет. Разумеется, высоких результатов от такого погружения ожидать не приходилось, хотя энтузиастам немало помог Гдыньский союз кораблестроителей, выделивший для этой цели два судна — «Констелляцию» и «Контролер-1».
Причин неуспеха много. Прежде всего, были очень сложные условия для работы: шестидесятиметровая глубина, скверная видимость, илистый грунт, ледяная вода…
Во-вторых, спустившись на грунт, аквалангисты установили, что разорванный советскими торпедами на части корпус «Густлофа» на добрый десяток метров вошел в грунт. Представлявшая наибольший интерес средняя его часть буквально смята в гармошку. Громадина в пятнадцатиэтажный дом — это ржавое, искореженное железо. Трапы стоят торчком, на кран-балках висят готовые оборваться шлюпки, будто ствол гигантской пушки торчит огромная дымовая труба. Из-за большого крена все на судне как бы лежит на боку. Трудно ориентироваться. Двери кают заклинены…