Страница 23 из 50
Джек и Алекс, сами того не зная, выслеживали меня. Мой брат и человек, которого я люблю, готовы меня убить или «задержать», что бы это ни значило, если узнают, что я собой представляю. Гадая, чем занимается бригада, разве я могла подумать!..
Я выпрямилась и глубоко вздохнула. Может, Кей все это выдумал. Наверняка. Слишком это нелепо. Просто бред сумасшедшего.
Но холодный голос, звучавший в голове, громко и ясно говорил, что никакой это не бред. Разрозненные куски складывались в осмысленную картину: секретность, сигнализация, тот факт, что они не могли схватить людей, которых уже выследили. Потому что добыча обладала силой, способностями… вроде моей.
Надо уходить. Сейчас же. На самолет и прочь отсюда, пока не узнали.
Но вдруг они никогда не узнают? И мне можно будет остаться?
Нет. Надо уходить. Я не владею собой, а вокруг полно сигнализации — просто чудо, что Джек и Алекс еще не проведали о моей силе. А если проведают — посадят под замок? Увидят во мне отклонение от нормы и пошлют в какой-нибудь закрытый центр на исследование? Вот это шутка! Я захохотала вслух. Нет, это истерика, сама понимаю.
Дверь туалета открылась, и вместе с шумом голосов из бара донесся пронзительный женский голос. Он вернул меня к действительности. Я сижу в туалетной кабинке бара, где полно мужчин, готовых меня «задержать». Надо собраться и подумать, как отсюда выбраться.
Я встала, одернула платье и отперла дверь. Задержалась перед раковиной, плеснула в лицо холодной водой, смыв остатки косметики, взглянула на глазастую девчонку в зеркале — встрепанную и перепуганную, будто после автомобильной аварии.
Пора идти.
Я остановилась на пороге, оглядывая морпехов, которые весело сдвигали пивные кружки. По спине пробежал озноб — словно кто-то прошелся по моей могиле. У меня не будет ни единого шанса, даже если выпитое пиво собьет им прицел. Однако, если никто меня не хватился, когда я застряла в туалете с Кеем, может, и сейчас не заметят?
И тут я увидела Алекса. Он сразу выделялся в толпе. Осанкой, неизменной настороженностью позы. Причем поза не обманывает. Он настороже. Против меня.
Алекс обернулся, и я увидела его лицо в профиль, шершавую щетину и тень от ресниц. Он смеялся над шуткой собеседника.
И мне сразу стало понятно: я не смогу его бросить. Я просто все ему расскажу. Он обещал, что пока я с ним, со мной ничего не случится. Может, когда я ему расскажу, в бригаде поймут, что зря задерживают таких, как я. Алекс меня выслушает и все уладит. Он всегда все улаживал.
Я шагнула к нему.
И увидела, с кем он беседует, с кем смеется. С Рэчел.
Выглядела она потрясающе: лощеная стройная блондинка с золотистым отливом кожи. Из меня дух вышибло, словно Рэчел на своих трехдюймовых каблучках, в своем мини-платьице, подошла и с улыбочкой врезала мне под дых.
Они смотрелись как картинка: Алекс склоняется к женщине, держа ладонь над ее талией, словно готов обнять, а Рэчел глядит на него снизу вверх круглыми глазами, и ее скулы дробят свет как призмы. Просто реклама крема после бритья!.. Не знаю, о чем там она ему толковала, только Алекс был явно заинтригован — склонился к ней, жадно ловя каждое слово. Я так и ждала, что она нанесет последний удар и проглотит его целиком.
Хотелось крикнуть через весь зал: уходи от удара, сопротивляйся! Вроде бы морских пехотинцев этому учат? Но вместо этого я развернулась на каблуках и, спотыкаясь, побрела на туманный зеленый огонек. Туманный, потому что расплывался сквозь слезы. Дверь пожарного выхода распахнулась с такой силой, что ударила в наружную стену. Сейчас мой собственный брат вытащит пистолет, или сеть, или что там у них заготовлено, и бросится на меня как на добычу…
Дверь за спиной лязгнула. Я стояла на крыльце в три ступеньки, выходящем на стоянку за клубом.
Я села на верхнюю ступеньку. Будь у меня силы разверзнуть землю под ногами, очертя голову бросилась бы в пропасть. Значит, вот и все. Нет смысла здесь оставаться. Даже если бы не разговор с Кеем, оставаться было бы ни к чему. Надо вернуться в дом, найти все сведения, какие сумею, и уходить. Сегодня же.
Я встала и оглядела стоянку. Слева тянулось цепное ограждение, дальше стена здания и узкий проход на улицу. Я протиснулась в него и свернула за угол.
— Лила!
Голос брата. Он выдвинулся из кучки людей, стоявших в дверях, и подошел ко мне.
— Лила, вот ты где! Все в порядке? — смущенно спросил он.
— Да, — промямлила я.
— Нам придется уйти. — Его товарищи уже рассаживались по черным внедорожникам с тонированными стеклами. — Опять включилась сигнализация, положено реагировать, хотя, бьюсь об заклад, это опять ложная тревога. Мне очень жаль, что я порчу тебе вечер.
Совсем рядом раздался автомобильный гудок. Из открытой двери ближайшей машины Джеку кто-то махал, другой внедорожник отъехал и выворачивал на шоссе.
— Остались Алекс и половина наших. Повеселись с ними. — Джек достал бумажник. — Вот, возьми. — У меня в руке оказались пятьдесят долларов. — Угости ребят. Алекс с Сарой проводят тебя до дома. Я утром вернусь.
У меня в руках пятьдесят долларов, Джек привязан к базе, а вернуться в бар, чтобы смотреть там на Алекса с Рэчел, выше моих сил. Все это мелькнуло в голове за долю секунды. Я вышла на тротуар и подозвала такси.
16
Я взбежала по ступенькам крыльца и открыла дверь. Замигал огонек сигнализации. Отключив ее, я бросила взгляд в небо за дверями, гадая, нет ли там Кея. Если он там, сможет ли теперь войти, не включив тревоги? Впрочем, надо сосредоточиться. Рано или поздно кто-то станет меня искать, и лучше отсюда поскорее смыться.
Я застыла на нижней площадке. Алекс!.. Уйти вдруг показалось еще невыносимее, чем остаться. Я закрыла глаза, чувствуя, как смыкаются стены комнаты.
И снова распахнула глаза. Выясню, что смогу, и тогда уже решу, оставаться или нет. Я сама не знала, что ищу, но неплохо было бы найти объяснение, почему государственная служба истребляет нас, будто какой-то вредоносный вирус. И еще информацию, что делают с такими людьми, когда поймают.
— С нами, — громко произнесла я. — Что они делают с нами!
Лэптоп Джека стоял на столе в гостиной, и я его включила. Компьютер запросил пароль. Поколебавшись немного, я набрала «Сара», но он сердито загудел и предложил повторить попытку. Я набрала код сигнализации. Опять сердитый гудок и предупреждение, что у меня осталась только одна попытка до окончательной блокировки. Я выругалась вслух, и тут мой взгляд упал на мамино фото на полке. Я вернулась к клавиатуре и напечатала мамино имя: Мелисса.
«Пароль принят».
Минуту я обалдело таращилась на экран, потом быстро просмотрела список наиболее открываемых документов и щелкнула первый.
Он был озаглавлен: Демос.
Я не сразу сообразила, откуда знаю это имя. Потом припомнила рассказ Кея, и сердце у меня запнулось. Кей говорил, что Демос захватил его сына. Похоже, этого самого Демоса и проследила до Мексики команда Джека.
Дрожащими пальцами я открыла файл.
Лицо заняло весь экран. Снимок был зернистым и нечетким, детали терялись. Я видела перед собой мужчину с черным клином волос на лбу, с квадратным подбородком, с голубыми глазами и темной щетиной. Взгляд упал на текст под изображением.
Имя/псевдоним: Демос.
Настоящее имя: неизвестно.
Рост: 6 футов.
Вес: приблизительно 180 фунтов.
Установленные способности: психокенозист.
Черт, что такое «психокенозист»? Слово, начинающееся с «псих», наверняка ничего хорошего не означает. Я стала читать дальше.
Резюме: представляет максимальный риск для национальной безопасности. Степень приоритетности — первая. Чрезвычайно опасен. Единственный известный психокенозист в США. При задержании никакое оружие не эффективно.
Судимости: заочно судим и признан виновным в убийстве Мелиссы Лавдей и сенатора Эндрю Барнса (см. рапорт полиции, профиль Квантико и акт судебной экспертизы).