Страница 62 из 198
-- Мальчику нужен друг, который бы помог ему освоиться в новых условиях, -- ворчу я. -- А не иная жизненная форма из леса.
-- Не уверен, -- Азамат склоняет голову набок. -- Ты видишь, какие у Кира амбиции? Более образованный друг его будет раздражать, заставит чувствовать себя неполноценным. В то же время, лучший способ усвоить новое -- объяснить кому-нибудь. Конечно, будет прекрасно, если в столице Кир подружится с другими ребятами. Но не стоит запрещать ему общаться с Хосом.
-- Да ты что, конечно, я и не собиралась ничего запрещать! Этот д... э-э, хозяин леса очень милый парень. Пускай тусуются вместе, мне не жалко. Только потом не удивляйся, что у тебя сын вместо букв выучится по деревьям скакать.
-- А это тоже полезно, -- великодушно улыбается Азамат. -- Ловкость ещё никому не мешала. Глядишь, станет хорошим охотником или лесоведом...
-- Чем?
-- Лесовед -- человек, который прокладывает тропы, находит места для новых поселений, лесопилок, охоты или открывает месторождения. Это очень важная и ответственная работа, и мне бы в Канцелярии пригодился свой лесовед.
Пожимаю плечами. У Кира ещё есть время выбрать профессию, чего заранее планы строить. Но Азамат прав, любые знания и умения могут пригодиться, по опыту знаю.
Пёс Филин боком-боком прокрадывается из гостиной в кухню, чтобы страшный лесной житель его не заметил, и клянчит у Азамата пожрать. Хватает кусок и прячется под стулом в углу.
Наконец Хос, просвещённый в области устройства мира, решает, что пора домой. Азамат складывает ему мешок с гостинцами. Лесной житель с вожделением смотрит на стоящую в холодильнике банку сливок.
-- Ещё хочешь? -- спрашивает Азамат. -- Так бы и сказал, мы всё равно сейчас в столицу улетим, давай я тебе положу.
Тот активно кивает.
-- Слушай, -- говорю, оглядывая надетую на него ветошь, -- тебе одежды не надо?
Хос тоже оглядывает себя и пожимает плечами.
-- Так удобно. Некрасиво?
-- Ну так как-то...
-- Как с помойки, -- честно сообщает Кир.
Хос морщится и пихает его локтем.
-- Фу! -- кривляется Кир. -- Убери свой грязный локоть от моей чистой новой рубашечки!
Хос рыкает, но Кир уже не боится.
-- Только не надо драться, -- прошу устало. -- Сейчас я тебе что-нибудь принесу.
По дальним полкам обнаруживается некоторое количество странной дарёной одежды, которая не подошла ни Азамату, ни Сашке, а ещё на всякий случай прихватываю у себя в кабинете врачебную форму: свободную футболку и штаны нежно-бирюзового цвета. Хос влюбляется в этот цвет сразу же и радостно напяливает один из двух комплектов прямо поверх своих лохмотьев. Потом вдруг вспоминает о чём-то.
-- Есть... лишний... -- он активно жестикулирует, рисуя в воздухе квадрат. -- Тёплый!
-- Одеяло, что ли? -- гадаю.
Хос щурится.
-- Маленький.
-- Плед? Простыня?
Хос глубоко задумывается, смотрит на нас оценивающе, потом наконец признаётся:
-- Маленькая сестра.
И изображает, как будто качает на руках младенца.
-- А, пелёнку тебе! -- соображаю. -- Сейчас, погоди.
-- Так вот ты почему всё с собой уносишь, а тут не ешь, -- догадывается Азамат. -- Сестричку подкармливаешь?
Хос смущённо кивает.
-- Мамка старая. Надо помогать.
-- А отец где же? -- автоматически спрашивает Азамат.
-- Взрослый один живёт, -- пожимает плечами Хос. -- Ест много. Свой лес.
-- Вот как, -- хмурится Азамат. -- Ну ладно, я скажу нашему сторожу, чтобы оставлял тебе сливки. И чтоб не трогал вас.
-- С меня что? -- неуверенно спрашивает Хос.
Мы переглядываемся и пожимаем плечами.
-- Не знаю, -- говорит Азамат. -- Заходи иногда, поболтаем. Ой, да, вот что, не воруй с фермы, хорошо?
Хос трагически вздыхает.
-- У них сурки-и.
-- Вон тебе сурков полный мешок, -- встревает Кир. -- Если ты их так любишь, ну принеси на ферму оленя, тебе за него шесть сурков дадут.
Хос удивляется.
-- Зачем олень? У них сурки!
-- У оленя ценная шкура и рога, -- объясняет Азамат. -- А сурка только съесть можно. И хранится оленина лучше. Тем более, на ферме они сурков каждый день едят, надоело уже, небось. А охотников среди них нет, значит, оленя едят редко. Только ты осторожнее, как бы они тебя не подстрелили. Лучше первый раз один не ходи. Я здесь буду, схожу с тобой, объясню им, что к чему.
-- Спасибо! -- скалится Хос.
Наконец, нагруженный сурками, сливками и пелёнками хозяин леса покидает наш гостеприимный дом. Кир скачет по комнате и верещит, что говорящий демон -- это клёво, и что он тоже хочет сходить на ферму, посмотреть, как вылезут глаза у фермера.
-- Обязательно сходим, -- обещает Азамат. -- А пока надо в столицу. Тебя ещё Старейшинам показать следует.
-- Зачем? -- Кир замирает, и всю весёлость с него как ветром сдуло.
-- Во-первых, я хотел бы знать, кто тебя именовал, и законно ли это. Во-вторых, нужно всем рассказать нашу историю, чтобы не было кривотолков. А что, ты боишься Старейшин? Почему?
-- Никого я не боюсь! -- возмущается Кир. -- У нас около приюта жил один, он мне всегда гадости говорил. К счастью, помер года два тому.
-- Кир! Ты что, нельзя так говорить! -- шикает на него Азамат. -- И не суди обо всех людях по одному человеку. Среди столичных Старейшин есть очень милые. Тот же Унгуц...
-- Это имя такое?! -- поражается Кир.
-- Ага, -- киваю. -- Пойдём выведем твоего пса погулять, пока не лопнул, а я тебе расскажу, почему Старейшину Унгуца так зовут.
Пока я травлю байки ребёнку, Филин бегает вокруг по своим собачьим делам, и в конце концов находит вольер с куницей. Она на него тявкает, пёс отпрыгивает: моих зверей он теперь боится, да и встреча с демоном всё ещё свежа в памяти, видимо. Я кидаю кунице еды, но она воротит нос. Наверное, с утра сторож кормил.
Не проходит и ночи, как мы все укомплектованы в унгуц и летим домой. Я почти сразу отрубаюсь на заднем сиденье, используя собаку в качестве подушки, а Азамат объясянет воодушевлённому и выспавшемуся Киру, как водить.
Утро застаёт меня и Алэка за радостным гулением в гостиной жилой части дворца. Я вчера в унгуце поспала, так что когда утром запищала радио-няня, сама пошла нянчить деточку, и уже не ложилась после этого. Азамат выползает из спальни незадолго до завтрака, растирая лицо ладонями.
-- Ох, что-то тяжёлые деньки выдались, -- сетует, плюхаясь на диван и принимаясь щекотать Алэку пузо. Ребёнок пищит и радуется. -- Ну, как ты тут без нас, герой? Выжил? Тяжело князем-то быть, а? Ну ничего, больше не бросим маленького...
Азамат берёт его под мышки и поднимает над головой, типа, играем в унгуц. Алэк смеётся, дрыгая конечностями. Из гостевой спальни выходит зевающий Кир и так и замирает с открытым ртом.
-- Это кто? -- ошарашенно спрашивает он, как будто не очевидно.
Азамат опускает Алэка к себе на колени и разворачивает лицом к Киру.
-- Это твой братик. Алэк, знакомься, это Кир, ты его вчера не видел. Ну, помаши ручкой...
Мелкий радостно машет и широко улыбается. Кир со стуком захлопывает рот.
-- Он твой с Лизой вместе? -- уточняет, даже не думая ответить на приветствие.
-- Ну да, -- довольно кивает Азамат. -- Смотри, какие у него глазки голубые...
Старший ребёнок как-то неуловимо съёживается и ссутуливается. Я только сейчас понимаю, что за два дня мы не удосужились сообщить ему об Алэке.
-- Кир, это ничего не меняет, -- говорю негромко. -- Просто у тебя есть маленький брат, но ты всё равно наш, мы по-прежнему тебя любим...
-- У него и имя гласное! -- выпаливает Кир, полностью игнорируя меня. -- У тебя уже есть законный сын с гласным именем! Зачем я тебе?!
Азамат перестаёт качать Алэка на коленке и хмурится.