Страница 23 из 51
И последнее, что, собственно, касается непосредственно Бориса Сафонова и его 4-й эскадрильи. Именно во время самого первого вражеского налета на аэродром Ваенга, 29 июня, больше всех пострадала эскадрилья «ишачков». Судить об этом можно на основании выписки из Донесения № 7 штаба 4-й ИАЭ от 29.06.41 г.: «В 19:55 налетом бомбардировщиков противника сгорело два И-16, один И-16 разрушен (взрывной) волной. У одного И-16 сгорела плоскость. Шесть И-16 имеют пробоины от пуль и осколков, требуется мелкий ремонт. Командир звена лейтенант Рогожин имеет ранение средней тяжести в щеку и левую руку. Краснофлотец Просужик получил ранение пулей в спину» 7*.
То, что больше всех пострадала при налете «сафоновская» эскадрилья — не случайность. Дело в том, что накануне с Краснознаменного Балтийского флота в состав 72-го САП в контейнерах поступило 12 И-16. Личный состав эскадрильи во главе со своим командиром практически круглые сутки находился на аэродроме, занимаясь тем, что собирал матчасть. Сразу же после сборки самолеты облетывал сам Сафонов или командир звена лейтенант Антипин. Нетрудно предположить, что собранные самолеты И-16 не были рассредоточены, а вокруг тех, которые еще находились в стадии сборки, кипела работа, что и привлекло внимание экипажей немецких пикировщиков, неожиданно появившихся в вечерние часы над аэродромом. Во время очередного налета, 4 июля, противнику удалось вывести из строя ещё два истребителя. Кроме того, три исправных И-16 были переданы в управление полка. Лишь только после 8 июля Борис Сафонов имел возможность одновременно поднять в воздух сразу пять И-16, причем с 4 по 7 июля включительно Сафонов из-за отсутствия исправной матчасти вообще не поднимался в воздух.
Лишь 16 июля Сафонову снова улыбнулась удача — в небе над линией фронта удалось перехватить одиночный самолет противника. В этот день Сафонов со своим ведомым лейтенантом Антипиным совершил два боевых вылета. В первой половине дня они вылетали на разведку морских портов: Киркенес, Варде и Вадсе. В Варде обнаружили «6–8 транспортов водоизмещением 1-2000 ВТ» и благополучно вернулись обратно. Во второй половине дня Сафонов снова в паре с Антипиным по тревоге вылетел к линии фронта в район Урагубы, где были замечены вражеские бомбардировщики. Судя по отрывочным сведениям, вражеских бомбардировщиков перехватить не успели, но над линией фронта на небольшой высоте наши летчики обнаружили действовавший без истребительного прикрытия немецкий корректировщик артиллерийского огня Hs126. Сафонов атаковал и сбил его, но эта заявка на победу не подтверждается имеющимися в распоряжении автора статьи документами Люфтваффе. Но вторая победа Сафонова была омрачена гибелью его ведомого, лейтенанта Антипина. После атаки «Хейншеля» Сафонов продолжил патрулирование над линией фронта. Над одной из высот, занятой врагом, в районе поселка Старая Титовка истребители были неожиданно обстреляны пулеметным огнем с земли. Сафонов резко спикировал и вышел из зоны огня. На аэродром вернулся один.
После гибели лейтенанта Антипина, с которым он начинал летать с первых дней войны, у Бориса Сафонова больше не было постоянного ведомого. Практически в каждом вылете у него были ведомыми разные летчики, но чаще всего в первые месяцы войны он летал с офицерами управления полка и ВВС СФ — капитанами Раздобудько и Полковниковым.
Следующий день, 17 июля, стал для летчиков-североморцев одним из самых результативных дней с начала боевых действий в небе Заполярья. В этот день авиация противника нанесла ряд массированных ударов по всем нашим аэродромам и объектам Северного флота. Трижды в этот день летчики-североморцы вступали в схватку с авиацией противника. Особенно отличилось в этот день звено И-153 под командованием лейтенанта Воловикова. Во время отражения налета на корабли в районе Териберки летчики самолетов-бипланов заявили об уничтожении сразу четырех Ju88! Причем два сбитых самолета было на счету командира звена лейтенанта Воловикова. Всего же летчиками-североморцами было заявлено об уничтожении десяти самолетов противника: семи Ju88, двух Bf109 и одного Ju87. В этот день на два сбитых самолета увеличился список воздушных побед и Бориса Сафонова. Реальные потери Люфтваффе в этот день составили только два самолёта, сбитые огнём зенитной артиллерии, — Bf110D-З (сер. № 3710) и Bf109Е-3 (сер. № 1407).
События этого дня происходили следующим образом. Первыми подверглись налету армейские аэродромы. В общей сложности в частях ВВС 14-й армии на земле было уничтожено по одному СБ, И-16 и УТИ-4. Столь незначительные результаты, говорят о том, что к этому времени на наших аэродромах вся матчасть была рассредоточена и частично замаскирована.
В вечерние часы подвергся двум последовательным бомбардировочным ударам и аэродром Ваенга, где базировалась морская авиация. Во время первого налета две группы пикировщиков Ju87 из состава IV(St.)/LGl под прикрытием звена Bf109 нанесли практически беспрепятственно бомбардировочный удар. В результате на земле сгорел еще один И-16 из «сафоновской» эскадрильи. Первыми в воздух поднялось дежурное звено И-153 под командованием лейтенанта Родина, которое вступило в бой с истребителями противника. Вслед уходящим бомбардировщикам противника в воздух поднялось звено И-16 во главе с капитаном Сафоновым. Ему удалось уже над тундрой догнать Ju87 и атаковать их. О некоторых результатах боя можно судить на основании выписки из Донесения № 31 штаба 4-й ИАЭ от 17.07.41 г., представленному к 21:00.: «…В 19:25 произведен вылет 3 И-16, летчики капитан Сафонов, лейтенант Винниченко, мл. лейтенант Покровский на видимого противника. Капитан Сафонов произвел атаку на самолет Ю-87. Самолет Ю-87 западнее Мурмашей 10–15 км сбит. Из боя с другими самолетами вышел ввиду сильного огня с группы самолетов противника. Самолет капитана Сафонова имеет пробоину центроплана.» 8*.
Примерно через четыре часа, уже в конце уходящих суток, в период июльского солнцестояния в высоких северных широтах, Ju88 из состава 6./KG30 снова предприняли попытку атаковать аэродром Ваенга. На этот раз летчики-североморцы поднялись в небо ещё до появления над аэродромом вражеских бомбардировщиков. Борис Сафонов поднял в воздух все имевшиеся в исправном состоянии истребители своей эскадрильи — семь И-16. Кроме того, вместе с ними вылетело звено И-15бис. Тем не менее, части вражеских бомбардировщиков все же удалось неприцельно сбросить бомбы на стоянки самолетов. В результате этого получили повреждения от осколков разорвавшихся бомб почти все истребители И-15бис, стоявшие на земле. Уже на подступах к аэродрому завязался воздушный бой, в результате которого, по докладам летчиков, было сбито два Ju88 и один Bf109. Один из сбитых бомбардировщиков был записан на счет капитана Сафонова. Во многих публикациях и мемуарах ошибочно отмечается, что этот четвертый самолет противника Ju88 был сбит 18 июня. Однако, судя по записям «Журнала учета боевых вылетов 72-го САП», самолет противника был сбит во время боевого вылета в период времени между 23:00 и 23:45 17 июля, о чём, опять же, можно судить на основании выписки из Донесения № 32 штаба 4-й ИАЭ от 18.07.41 г., представленной к 24:00.: «С 22:08 по 22:54 17.07.41 г. три И-16, летчики капитан Сафонов, лейтенант Винниченко, мл. Покровский, произвели вылет по сигналу с КП полка.
В 23:00 17.07.41 г. произведен вылет 7 И-16, летчики капитан Сафонов, лейтенант Винниченко, мл. лейтенанты Сурженко, Котов, Покровский, Коган, Петров, на отражение налета самолетов противника.
Капитан Сафонов к востоку от аэродрома на расстоянии 15–20 км сбил 1 Ю-88. лейтенант Винниченко сбил 1 Ю-88 к юго-востоку от аэродрома на расстоянии 25–30 км.
Посадка самолетов произведена в период с 23:20 по 23:45. При посадке мл. лейтнант Коган задел за трактор, самолет разрушен, ремонту не подлежит. Мл. лейтенант Котов произвел посадку при не полностью выпущенными шасси, самолет скапотировал, характер повреждений уточняется. Остальные пять самолетов произвели посадку благополучно» 9*