Страница 57 из 71
— Ну что ж, ясно, что большой денежный приз ушел, леди и джентльмены. Может, кто-нибудь хочет спеть за бутылку виски? Марк... э-э... Кларк, не хотите ли подойти сюда и помочь вашей даме забрать денежки?
О Боже! Карла смотрела в сторону Кларка, но не видела ничего, кроме огней. Пожалуйста, Боже, сделай так, чтобы он не услышал этого «Марк», пожалуйста!
Она испытала облегчение, когда разглядела, что Кларк улыбается и проталкивается к ней сквозь толпу. Добравшись до сцены, он радостно обратился к ней:
— Потрясающе, детка! Дай я тебя поцелую! — Голос его разнесся по залу. Руки пробежали по изгибам ее тела с оскорбительной откровенностью. Кларк играл на публику.
Карла, для которой его объятия были как холодный душ, тут же протрезвела и теперь старалась держаться от него подальше, в то же время притворяясь влюбленной.
Остаток вечера Карла пила только воду, продолжала трезветь и изображала нежность к человеку, которого начинала ненавидеть. Но она и не представляла, насколько ее ненависть возрастет к утру.
Глава 9
— Марк! — Сьюзен обняла брата. — Я так беспокоилась о тебе! — Она закусила губу и, не выпуская его руки, сделала шаг назад. — Ты ужасно выглядишь...
— Ты что-нибудь знаешь о Карле?
— Нет. — Сьюзен сморщилась. — Марк, как же тебя угораздило влипнуть в эту историю? Не могу поверить.
— Сам не знаю. — Глаза Уайтхеда наполнились болью. Он провел рукой по взлохмаченным темным волосам. — Я все время думаю о ней, Сьюзи.
— О Карле? Не волнуйся, Кларк действительно любит ее.
Марк хотел услышать совсем другое. Именно в этом и заключалось все дело.
— Пока ты был в больнице, у меня несколько раз возникало странное чувство, будто что-то не так.
— Клянусь тебе, Сьюзи, до свадьбы я представления не имел о том, кто я такой.
— Марк, ты уже говорил с адвокатом? Это Кэрол Форестер, да? Она защищала Кларка, когда тот попал в переделку.
— Да. Похоже, у нее сложилось впечатление, что я свихнулся.
— А нельзя ли внести залог или сделать что-нибудь в этом роде? Чтобы вытащить тебя отсюда?
— Кэрол говорит, что на это нечего и надеяться.
— Но почему? Других же выпускают.
— Считается, что мое поведение до сих пор было непредсказуемым. Кэрол говорит, что худшее из всего, что я совершил, это отъезд с Карлой. Мне следовало объявиться сразу же, как только восстановилась память.
— А почему ты этого не сделал?
— Разве тебе не случалось разозлиться и начать делать вовсе не то, что следует? — Он встал и зашагал по камере. — Я хотел выяснить, что за кашу заварили Кларк с Карлой. Хотел узнать, что заставило родного брата предать меня.
— Он всегда завидовал тебе, Марк. Уайтхед остановился.
— Но почему? Он пользовался полной свободой и не имел никаких обязанностей.
— Марк, пока Кларк бездельничал и ни за что не отвечал, ты надрывался, чтобы превратить отцовскую компанию в источник существования для всей семьи. — Она улыбнулась. — Папа оставил фирму тебе, потому что знал: только ты способен это сделать. Ни у Кларка, ни у Элтона нет твоего упорства.
Марк сжал кулаки, сунул их в карманы джинсов и откинул голову.
— Кларк разрушил все. Просто взорвал... Сьюзи, а как же Карла? Что он с ней сделает?
Сьюзен покачала головой. Она хотела как-то успокоить Марка, но боялась, что банальные слова только разожгут его гнев и страх за Карлу, вызовут горечь от крушения всех надежд.
— Не знаю. Марк, Карле придется самой позаботиться о себе. Ты здесь бессилен.
— Я должен выбраться отсюда! — Марк отошел в дальний конец небольшой камеры. — Чем скорее удастся использовать больничные записи, тем лучше. Кэрол уже запросила их как вещественное доказательство.
— Слава Богу! Так она поверила тебе? Скупая улыбка тронула уголки губ Марка.
— Как только я показал ей свои шрамы.
— А что они докажут?
— То, что все это время полиция искала не того брата. — Марк пожал плечами. — Может, они даже докажут, что я и не стремился выдавать себя за Кларка.
— Но ведь ты не веришь, что Карла замешана в этом деле с подменой грузовика?
— Конечно, Сьюзи. Теперь я знаю, что она ни при чем.
— Если бы я ничего не знала, то подумала бы, что ты к ней неравнодушен.
— Так оно и есть.
Откровенность брата ошеломила Сьюзен.
— Мне неудобно напоминать, но ты говоришь о девушке Кларка.
— Да. Кэрол тоже заметила это. Карла могла бы выйти замуж за меня. — Сьюзен задохнулась от изумления, а Марк тем временем закончил: — Но что теперь говорить об этом? Должно быть, она меня ненавидит.
— Да уж... — Она тяжело вздохнула. — Я так жалею, что познакомила ее с Кларком! — Сьюзен поджала губы. — Я думала, он будет к ней добр. Она ведь такая замечательная и всегда такая грустная... Понимаешь, я решила, что он сможет ее... развеселить, что ли.
— Сьюзи, а что ты вообще знаешь о Карле? — Марк наконец сел и переплел пальцы. — Ты знала, кем были ее родители?
— Я знаю только то, что они умерли еще до того, как Карла начала работать в баре.
И тут Марк рассказал сестре все, что сам знал о Карле, не подозревая, что выражение его глаз рассказало Сьюзен еще больше.
— Знаешь, что самое плохое? — Не дожидаясь ответа, Марк продолжил: — Когда я увез ее в Джанипер Фоллс, я знал, что Кларк потащится за нами. Я был убежден, что она тоже втянута в эту аферу, и как последний идиот считал, что смогу сам все выяснить и исправить. — Его руки снова сжались в кулаки. — А в результате подставил ее под удар.
— Кларк хорошо к ней относится. Он не обидит ее. — Но Сьюзен сама почувствовала, что в ее словах звучит не уверенность, а надежда.
— Ты помнишь Джулию? — Сьюзен кивнула, и он продолжил: — Помнишь, как наш маленький братец шарахнул меня гаечным ключом по спине, потому что сам мечтал переспать с ней?
— Ну да, а ты сказал папе, что ударился о камень, поскользнувшись в реке.
— Да. Дело в том, что годом раньше она кокетничала со всеми нами. Конечно, никакого секса не было. Так, детские забавы.
— Кларку не понравилось, что Джулия выбрала тебя?
Марк усмехнулся.
— Естественно, Кларку это пришлось не по вкусу. Он ведь привык считать себя пупом земли.
— Я не думаю, что Кларк будет бить Карлу гаечным ключом. — И тут ее осенило. — Так он сделал это, чтобы разлучить вас с Карлой?
— Старый трюк.
— Марк, я скоро буду разговаривать с мамой. Думаю, она понимает, что происходит что-то скверное, но мы с Элтоном стараемся ее успокоить. Не знаю... Мне кажется, здесь она пока ни к чему. Лететь ей по-прежнему нельзя, да и сделать она ничего не сможет. Только волноваться будет. Марк улыбнулся уголком рта.
— Я с ней сам поговорю, когда все кончится. — Как бы ни закончилось...
— Принести тебе завтра что-нибудь?
— Ты чудо, сестренка. — Марк обнял ее. — Спасибо, что пришла.
— О, совсем забыла... — Сьюзен остановилась у двери. — Элтон просил передать, что в компании все идет нормально. Воздушные перевозки тоже в порядке. Плохо одно: никто ничего не знает о Джесси.
— Поблагодари его, — сухо ответил Марк. — И, пожалуйста, если выяснится, что с Джесси, дай мне знать.
— Конечно... — Сьюзен замялась. — А если я узнаю что-нибудь о Карле, тоже расскажу тебе.
— Спасибо.
Он наверняка услышит о Карле только тогда, когда его братец завершит свою дьявольскую игру.
А пока нужно сосредоточить усилия на том, чтобы выйти из тюремной камеры. Марк очень огорчился, когда Сьюзен согласилась с предположением, что Карла возненавидит его. А если она по-прежнему любит Кларка, эта ненависть станет еще сильнее.
От отчаяния он ударил кулаком в крашеную стену. Как ни крути, Карла все равно пострадает. Если он с помощью больничных записей докажет свою невиновность, Кларк пойдет под суд. Но платить все равно придется Карле: она потеряет человека, которого любила и за которого, как она думала, вышла замуж. Марк разрушит ее жизнь. Не в силах справиться с душевной мукой, Марк решил утомить тело. Он лег на пол и отжимался до тех пор, пока на бетонный пол не закапал пот, а дыхание не стало прерывистым. Но душе по-прежнему не было покоя, и время тянулось медленно, как агония.