Страница 72 из 107
От троих лежащих донесся невнятный хрип...
- Что? - резко обернулся Ойво. - Он хочет что-то сказать? Он хочет что-то сказать... - подходит, опускается на колено и приклоняет голову, слушая невнятный хрип. Потом резко выпрямляется: - Чушь! Он сказал мне - чушь! Ойво говорит чушь? - наклоняется к раненому: - скажешь это Одину, незнакомый воин... Ты храбр - значит увидишь властителя Мира. Передашь - мы долго ждем ответ...
- Я передам, Ойво...
Далекий незнакомый возглас...
- Что? - он не поверил ушам. Кто-то выкрикнул из толпы? Нашелся кто-то - кто смог выкрикнуть прямо из толпы?
Толпа встрепенулась - начал нарастать непонятный шум... Народ отпрянул в стороны, как будто увидел духа древнего Вахха - Ойво шагнул и нахмурился... Кто-то приближался, сорвав с головы меховой ушбанур - толпа пропускала, тараща глаза...
Он не поверил глазам. Все генералы за спиной не поверили глазам - медленно подходила она... Предвестник заката - черная звезда. Совершенно одна...
Ваххи не ошибаются - они видят души в глазах, как внутренний свет. Поэтому их ненавидели мордохи... Одна. И в глазах - не ненависть, а боль...
Сергей устал делать выбор. Устал от разумности и доводов...
Просто устал. Он не бросит друзей - даже если у них только вздох. И истекают последние часы небесного 'Голоса'. Просто - не в силах. Потому как стонет и исходит кровью душа...
Он сдернул с головы меховую шапку с прорезями:
- Я передам, Ойво...
Толпа вдруг выдохнула и отпрянула - они что, боятся? Урги? Его? Слабую и беззащитную девушку? Реальность воспринималась с трудом...
- Я передам, Ойво, - сказал Сергей, поднимаясь по ступенькам.
На веранде лежали оставшиеся друзья, обложенные красным трилистником и толстыми шкурами, чтобы не умерли до заката. Он даже различил приоткрытые глаза Огга... Лея и Чекка - белее самой смерти...
Бесстрашный Ойво, собравший под началом сотни тысяч - круглит и без того круглые глаза:
- Ты?..
Он что, на самом деле похож на демона?
'Хуже, - шепнул голосок памяти. - Ты предвестник конца целого народа...'
Но первый страх уже позади, воины пришли в себя - прошелестела волна щелчков, и на него со всех сторон уставились арбалеты. Крепкие руки схватили с боков - он пробовал стряхнуть, но с его силами легче остановить трактор.
- Надо поговорить, Ойво, - воззвал к хану. - Только два вопроса...
- Мы поговорим, и ты ответишь. Но спрашивать будешь уже у Одина...
Его потащили, под горой распахнутых глаз - еще не опомнились...
'Она последняя, - голоса за спиной. - Считали, что утонула...' 'Все равно проверить - каждый холм, каждый куст...'
'Он захочет узнать... - убеждал сам себя. - Не может не захотеть...'
Его посадили в тесную комнату, с толстыми решетками. Вместо двери тоже решетка, и за ней два здоровенных урга - стараются не смотреть. Демон заберет души? Он горько усмехнулся.
Не прошло и получаса, как влетел Ойво - именно влетел, и резко затормозил у решетки. Он всегда такой? Сергей не стал подниматься - просто взглянул в черное лицо.
- Зачем ты пришла, царица? Что вам нужно в земле Зерой?
Один из тех редких случаев - когда полностью предвидишь события. Правда, для этого не надо семи пядей во лбу... Он взял себя в руки - момент истины. От этого разговора зависело очень многое.
- Мы не нападали на селения на границе, Ойво. Не все так просто в мире людей.
- Люди не знают - где правда и ложь. Я не верю людям, - он говорил быстро, не задумываясь, как будто заранее зная ответ. - Ты не ответила...
- Что было тысячу лет назад? - не отступал Сергей. - С кем воевали люди и ваххи? Почему все происходит в этом мире? Почему за тысячу лет не ушла энтропия?
- Много вопросов, царица, - черный вождь даже усмехнулся, и даже - просквозило какое-то сомнение... - Я не оракул. И - слишком поздно.
- Почему?
- Почему? - он даже рассердился. - Ты убила моего брата, много воинов. Ты победила. Ты казнила поселки - не ты... Какая разница? Больше нет страха у людей. Ты не знаешь - оракул знает. Закончилось время ожидания. Теперь - время конца... Будет экспансия на восток. Придет много твоего народа. Придут мордохи... Здесь много лидия, много железа, много нефти. Но даже без этого, - он вздернул палец вверх. - Облака и энтропия сгубили ваххов. Нет солнца, нет света - дети рождаются все меньше и слабее...
- Почему не вышли к солнцу? - удивился Сергей. - Там много места...
- Ваххов не переносят мордохи.
- Расскажи мне все, Ойво, - Сергей поднялся и шагнул к решетке. - Все...
- Уже сказал - я не верю людям, царица.
Сергей сжал кулачками прутья:
- Что мне сделать, чтобы ты поверил?
- Зачем? - быстрый кочевник даже удивился.
Сергей молчал, глядя ему в глаза. Нарастала пауза...
- Ты красива, как горный цветок. Но ваххи верят душе воина, - наконец сдался черный ург. - Победи белого орла. Ваххи верят тому, кто победит орла... Мы услышим твои слова до заката.
- Я сделаю все, - сказал Сергей. - Если ты поможешь моим друзьям.
Снова в глазах какое-то сомнение...
Резкий пронизывающий ветер со всех сторон. Кочевники спрыгнули с лошадей, Сергей следом - узкая каменная тропа убегает наверх. Ойво протянул длинный нож:
- Принесешь глаз... Мы будем смотреть.
Дальше он двинулся один. Горы, заснеженные пики - шквальный ветер готов сорвать одежду. Узенькая тропка делает последний разворот и выводит на небольшую площадку...
Свалявшиеся перья, много мелких костей и веток. В паре метрах выше, в расщелине скалы - гнездо... Он осматривается - ничего, что может помочь...
Сергей не знал, как это сделать. Не знал - зачем и почему. Он только знал, что должен - у него не было выбора. Плевать, что надо драться. Плевать, что истечет кровью. Плевать, что убьет гордую невинную птицу...
Он прошелся по площадке и задрал голову вверх. Огромное сооружение из веток, скрепленное белым пометом. Тишина - орла пока не видно... Скинул толстую куртку и шапку - ветер сразу пробрал до костей. Подпрыгнул, ухватился за выступ скалы и подтянулся... Перехватил руку, нащупал ногой опору - продвинулся дальше... Грудь откровенно мешает - неудобно быть девчонкой... Край гнезда. Вонь, и три белоснежных яйца... Почему они не попросили яйцо? Обязательно - глаз...
Сверху вдруг резанул уши вопль - от неожиданности разжал руки и свалился вниз. Тут же вскочил и выставил нож...
Огромная птица закрыла полнеба - размах крыльев не меньше четырех метров... Плавный круг над площадкой и опустилась на камень - воздух снова задрожал от горького крика...
Сергей сжался - началось... Шагнул, выставив нож. Невероятная хищница опустила голову и выставила загнутый клюв... Еще шаг, еще...
Ветер трепал волосы - но он не чувствовал ветра. Он никогда не дрался с орлами, но знал - живым останется только один. Все тело, весь мир скрутился в единый комок, в тугой жгут... Снова клекот бьет по ушам - орел еще ниже пригибает голову, хмурясь большим черным глазом... Зачем это все? Урги верят только душам воинов... Значит - он должен победить душу воина...
Последний шаг. До огромной хищницы - не больше метра, он чувствует запах... В любой момент настигнет удар клюва или когтей. Но птица лишь замерла - продолжая коситься из-под полуспущенных век... Широкие перьевые наросты, как хмурые брови...
'Я знаю. Я все знаю - мы одно творение... Одинаковы и безвинны... Прости, у меня нет выбора...' Черный глаз смотрит прямо в лицо. Достаточно рывка, чтобы насмерть разбить голову или лицо... Сергей сжимает во вспотевшей ладони нож - прости... Внезапно белый гигант взмахнул своими непостижимыми крыльями, чуть не задев лицо - сильный порыв ветра заставил отшатнуться... 'Ты чувствуешь, да? Ты тоже все знаешь?'