Страница 61 из 107
Пустые здания, темные окна, тишина - ветер метет пыль с мостовой. Сюда почему-то не ходят... Ошибка - за поворотом обмахиваются хвостами две лошади. 'Вечер добрый! - кивают головами двое мужчин. - Тоже из отчаянных? Увидеть во всей полноте ощущений?' 'Ощущений? - переспрашивает Сергей. - Здесь не так, как везде?' 'Конечно, - кивает постарше. - Говорят - этот город еще продолжает жить...' 'Пока не увидел', - скептически пожимает плечами второй. 'Увидишь', - успокаивает первый...
'Простите', - он двинулся дальше по улице. Через пару шагов оглянулся - снимают с лошадей спальники... Туристы, мать вашу. Увидеть им, ощутить...
Конец. Над крышами вздымается громада дворца. Сергей задирает голову - низкие облака почти цепляют за вершину... У ажурных ворот - военные в форме.
Он остановился - все началось здесь. Море людей, умоляющие лица: 'Ваше высочество - что делать?' Если бы он только знал...
'Это ваша земля. Вы знаете, что должны делать...' Последний вздох этого мира. Последний крик отчаявшейся души. Последняя ошибка целого народа - избравшего предметом любви не того человека...
Я знаю, что вам сказать, дорогие мои. Я скажу только одно - 'простите...'
Вздохнул и зашел в первый попавшийся дом. В просторном холле поставил тарелку на пол. Присел, снял очки и зажег маленький огонек свечи. Облокотился о стену и приготовился ждать. В стрельчатом окошке виднелись низко бегущие облака...
- Ваше сиятельство, - в кабинет заглянул рослый капитан. - Проверили...
- Ну?
- Видело много людей... Все утверждают - она...
Князь Иарр смотрел в окно - высокие шпили, древние крыши... Он давно не из тех, кто верит в сказки и чудо. Но этот город - давно пошатнул все основы здравого смысла...
Она могла быть жива. А если так - не могла не вернуться...
- Ваше сиятельство... А вдруг...
- Что вдруг?
- Вернулась...
Он не верил в мифы - разве когда был мальчишкой... А разве она сама - не вела себя как мальчишка? Она ведь не думала о здравом смысле и последствиях - когда делала свои шаги...
Он принял решение:
- Перекрыть город, закрыть дорогу. Гвардию - на улицы. Проверить все гостиницы, постоялые дворы... Заглядывать в лицо каждой женщине, каждой девушке - каждой девочке, черт возьми...
Капитан просиял и скрылся за дверью...
Илл искала его до позднего вечера. Бродила в толпах народа и бесконечно оглядывалась... Город гудел: 'Говорят - видели...' - 'Не может быть!' - 'Жива?!' - 'Вернулась?!' - 'Никто не знает... Может, только глянуть - чем мы тут занимаемся, как живем...'
Она даже пару раз пыталась объяснить: 'Люди, это ошибка! Просто похожа - вы перепутали...' Но никто почему-то не слушал...
Илл искала Сергея до ночи - пока совсем не стемнело, и на улицах не зажглись фонари... Фонарщики подносили длинные пики - и вспыхивали огоньки. Почти как свечки в старые незапамятные времена...
Когда стало совсем поздно, постучалась в первую попавшуюся гостиницу на неприметной улочке. Сняла маленькую комнатку - и принялась вытирать слезы у окошка. Надо только дождаться утра - завтра большой день, все образуется...
Скрылись в темноте стены и камень - полная глухая ночь... Не проглядывали сквозь облака луны, не горели в старом городе фонари... Сергей откинул голову и закрыл глаза...
'Ты только представь, - блики костра на возбужденном лице Лимм. - Дети, мамы... Ты хочешь рисовать? - рисуй! Танцевать? - танцуй! Писать стихи? - пиши! Только то - что просит душа...' 'А если лежать и смотреть в потолок?' - встревала неугомонная Тина. 'Лежи! - не сдавалась Лимм. - Всю жизнь не пролежишь - пролежни выползут...' Тина смеется: 'А если дать по затылку подруге?' 'Дав... - чуть не попалась Лимм, тут же опомнилась: - Я тебе покажу затылок...' Девчонки хохочут. 'Все равно... - закатывает мечтательные глаза смуглянка. - Вы просто не знаете Гидру... Везло - до сего времени...'
Сколько их - таких вечеров... Память никогда не забудет... Ничто...
Страшный зал Совета. Тела вокруг стола. Арман, Доррог... Кровь-кровь-кровь... Ручейки, реки народа - стекающиеся ко дворцу... Огромная толпа людей - ворчит, клокочет, беспокоится... Распахиваются огромные двери - стремительно выходит девушка, волосы взлетают за плечами...
Сергей вдруг осознает - это уже не память... Это уже не его воспоминания - он уже что-то видит - совершенно посторонними глазами....
Толпа клокочет: 'Ваше высочество - что делать?' Она смотрит, синими глазами... Красивая, стройная, в серебристых доспехах - как Афина, богиня войны... С болью оглядывает людей... Набирает ладошкой пригоршню земли и медленно спускается по ступенькам... 'Это ваша земля... - ветер подхватывает невесомый песок, взметает легкой дымкой перед глазами... - Вы знаете, что должны делать...' Серьезное лицо, приспущенные ресницы - во всех подробностях, до мельчайшей клеточек, до самой незаметной морщинки... Пронзительная, полная боли синева - в которой тонут все самые страшные беды мира....
Трогается с места и набирает скорость неведомый ритм... Бой барабанов, зов военного горна... Крики людей, топот копыт, бряцанье оружие... Сильнее и сильнее - больше и больше...
Сергей резко открыл глаза. Темная комната, уснувший город... Но ритм не пропал, не исчез с остатками сна - продолжает набирать скорость в ушах неведомый зов... Все сильнее топот, все больше дыхание людей, все громче звук военной трубы...
Он подскочил и выглянул в окно. Мертвая улица, еле видимая в неясных отблесках далеких фонарей... И хрип лошадей, крики бегущих людей... Дикий ритм начинающегося боя - подхватывает, увлекает - зовет за собой...
Выбегает на улицу - всюду цокот, лязганье доспехов и оружия... Война - последний бой этого мира... Барабаны достигают конечной точки, апогея призыва - обрываются... В тишине звучит протяжный звук далекого горна... И все сразу срывается с места в карьер - быстрее и быстрее...
Сергей тоже срывается - несется по улице: 'Я с вами...' Бешенный ритм - все сильнее и быстрее... Неожиданно перед глазами вскидывает голову и храпит испуганная лошадь - он торопливо распутывает поводья... Выбегает заспанный 'турист', свет прямо в лицо: 'Ты что, воруешь?!!' Замолкает и испугано пятится назад: 'Вы?!! Прямо из сна?!!'
Он ничего не видит - прыгает и с места берет в галоп - вдоль по улице, только вперед... Дикая гонка, бешеная скачка - колотятся волосы за спиной, мелькают спящие улицы... Звук военного горна, топот копыт вокруг - прижимается к гриве - быстрее, еще быстрее... Он должен догнать...
Храп, хлест, и вой взвинченных нервов... 'За Архелай...' - доносится издалека впереди. 'За Архелай!!!' - подхватывают со всех сторон... Мелькнули сторожевые башни въездных ворот - огромное бесконечное поле... 'За Архелай...' - невероятная гонка с ветром. Неохватный азарт боя... Дыханье и топот со всех сторон...
Мелькает внизу песок и трава, проносятся мимо завесы дыма... Отчаянная фигурка, все ниже к шее коня - свист ветра в ушах, и необозримое поле брани... Все ближе и ближе....
Дробный топот остается за спиной - он догоняет самого себя - на самой вершине набравшего скорость клина... Еще ниже - ветер лупит в лицо, на зубах пыль - боль из груди - 'За Архелай...' Впереди всех... Первый на встречу с адом...
Это все было. Не слово разума, а яркое озарение - было. И закончилось... Огромным полем трупов и каркающим вороньем...
Галоп смерти. Атака раз поднятого, и уже никогда не останавливающегося сердца... Это не запись нейронов в пространстве гео-поля земли. Это души воинов - продолжающие побеждать каждый день - в бесконечном споре со смертью...
Это не закончится сотни и тысячи лет. Длинный бесконечный бой - дикий азарт, топот копыт, крики атаки...