Страница 40 из 76
В Африке игра на барабане стала высоким искусством. За счет использования одновременно двух барабанов для выбивания из них своеобразного двоичного кода наподобие азбуки Морзе умелые «говорящие барабанщики» могли доводить до слушателей сложную информацию в радиусе до шестидесяти миль. Опасаясь восстаний и бунтов, плантаторы Южной Африки быстро сообразили, что к чему, и стали запрещать игру на барабанах, когда рабство перекочевало в Америку. Хотя кольцо и круг были разрушены, исчезла и религиозная традиция. Музыкальные африканские традиции продолжали развиваться в виде полевых и охотничьих криков, элементов христианской молитвы, негритянских песен и других форм вокального выразительного искусства под аккомпанемент банджо или скрипки, которая вытеснила барабаны и стала основным музыкальным инструментом. «Кукурузные голоса», с помощью которых рабы передавали информацию, вернулись эхом в африканские саванны пигмеев Конго, людей африканского буша. Выкрики, крики и вопли, богатые по эмоциональному выражению, стали использоваться для информационной связи между людьми. Фольклорные песни черных, песни о работе, о любви, напевы для детей, гимны и другие музыкальные произведения распространялись местными музыкальными врачевателями. Часто эти беглые рабы, которые попадали на север, не имея ничего, кроме дешевой скрипки, становились поэтами, журналистами, историками, юмористами й хроникерами на первом этапе появления африканцев в Америке. '
Несмотря на то что тайец в кругу постепенно сменился танцем в паре или соло, элементы традиционных музыкальных форм и их целительные ритмы сохранились. Флойд описывает эволюцию блюза от музыки сенегальских гевел (гриотов или бардов), которые выполняли акробатические номера, рассказывали различные истории или задавали публике загадки. Он соединяет джазовую импровизацию с африканскими древними танцевальными номерами, в результате которых часто наступал коллективный транс и возникало духовное единение.
ГГо иронии судьбы с утратой традиционных ценностей, как отмечает Флойд, африканская культура постепенно растворилась в белой культуре, как и сообщество черных. Он предполагает, что сейчас идет процесс образования новой глобальной или планетарной музыки, основу которой составляют европейские, африканские и афро-американские традиции. Хейл Смит, популярный композитор и автор «Инерфлексии», говорит: «Мои учителя Марселл Дик, Дюк, Бенни Картер и Моцарт являются частью моей сути».
ИНТЕРЛЮДИЯ
Руки (и голоса) над водой
Наблюдается тенденция к слиянию музыки из различных мировых культур. Пол Виитер, джазовый саксофонист, часто использует русские фольклорные мелодии, музыку для органа, японские барабаны и флейту коренных американцев, когдаиграет в соборе святого Джона Божественного в Нью-Йорке. В Японии ансамбли кото исполняют Баха и Моцарта, а музыканты-экспериментаторы в Гонконге играют в пентатоиическом ключе из пяти нот различные мелодии, куда примешиваются африканские песнопения.
В альбоме «Бах для Африки», записанном группой «Лам-барена», чувствуется блестящее смешение музыки Баха с традиционными африканскими ритмами. Эта музыка, посвященная Альберту Швейцеру, напоминает те замечательные произведения, которые ои в свое время привез из Африки для пациентов госпиталя миссионеров. Для того чтобы проделать это упражнение, необходимо купить этот альбом. Поставьте его, закройте глаза, затем с одной стороны комнаты представьте себе традиционный немецкий оркестр, исполняющий Баха на органе и фортепиано, а на другой стороне комнаты представьте традиционных музыкантов из Габона с их барабанами и другими традиционными инструментами. Пока будет звучать музыка, представляйте себе диалог между этими культурами — разговор, который невозможен на обычном языке. Почувствуйте радость и все замечательные свойства такого единения севера и юга.
На недавнем концерте в Боулдере я побывал в сопровождении высокопоставленной чиновницы из методистской общины белых. Мы слушали великолепную негритянскую группу. В конце представления женщина сказала: «Я поняла политические и социальные реалии положения женщин за полчаса в большей степени, чем за всю мою жизнь». Исайя Барнуэлл, певица из этой группы, вокальный диапазон которой очень велик, проводит международные семинары по вокальной выразительности. В Файнд-хорне, ее родном городе, она поет так, как будто является властителем человеческого духа.
В автобиографии «Прислушаться к каждому голосу» доктор Уолтер Тернбулл, основатель и дирижер хора мальчиков из Гарлема, рассказывает о том, как музыка привела его с хлопковых полей Миссисипи в Белый Дом и в ведущие концертные залы Европы. Когда он основал хор мальчиков из Гарлема двадцать шесть лет тому назад, он не ставил перед собой задачи создания международно признанной группы исполнителей. «Я просто хотел поделиться радостью музыки с афроамериканскими детьми. Музыка поднимает людей над обстоятельствами жизни и возвышает их сердца. Она обладает волшебным свойством, способным превращать детей, у которых в кармане нет ни гроша, в великих исполнителей, пользующихся успехом на сцене».
Тернбулл, который собирает бедных, необученных ребят и учит их петь в сопровождении музыки Баха, Моцарта, Генделя или Леонардо Бернштейна, а также джаз и молитвенные песнопения, как-то спросили: «Что отличает этих детей от других, о которых мы читаем, что они выходят на улицы, чтобы грабить людей и употреблять наркотики?» Он ответил: «Мои дети ничем не отличаются. Они живут в тех же районах, они выходцы из таких же семей. Разница заключается в том, что есть кто-то, кто хочет для них что-то сделать. В ответ они также стараются сделать что-то хорошее. Просто для них здесь открылись новые возможности».
В хосписе в Луисвилле координатор по музыкальному лечению доктор Джой Бергер использовала молитвенную музыку в процессе работы с пациентами и их семьями. Однажды она начала играть для женщины, вены которой сковала судорога, поэтому сестра не смогла взять у нее кровь на анализ. «Она просто корчилась от боли, — рассказывала Бергер. — Я играла “БйЯЬзам в Джилиде”, и мы сосредоточились друг на друге и на музыке. Я увидела, что сестра спокойно взяла кровь на анализ. После этого женщина посмотрела на меня и сказала: “Возможно, это покажется странным, но музыка сняла боль”».
Терапия с использованием Барабанов
Среди музыкальных инструментов, которые иСпользуют в целительстве, барабан оказывает, пожалуй, наиболее сильное воздействие, связывая воедино традиционную и современную музыку, личность и общество. Джон К. Гелм, профессор из университета в штате Колорадо, демонстрирует в окрестных школах, как традиционный баран джемб, привезенный из Западной Африки, используется для единения людей путем синхронизации ритмов сердечных сокращений и дыхания.
Джемб представляет собой яйцеобразный барабан, который держат на бедрах или зажимают между колен. Гелм начинает бить по определенным участкам барабана для того, чтобы вызвать определенные ощущения в органах человеческого тела слушателей. Однажды во время представления в средней школе города Лафейетт, штат Колорадо, среди его слушателей оказался студент, у которого часто случались мышечные спазмы и которого всегда сопровождала медсестра «Как только я начал играть на джембе, то заметил, что пациент расслабился и начал “мурлыкать”, вторя звуку инструмента, — рассказал мне Гелм. — После концерта мне сказали, что мальчик часто стал <щущать записи, сделанные во время моего представления, и мог расслабляться так же, как и во время прослушивания живого звука».
Рэмо — это легкий синтетический ручной барабан, который также используется при лечении и массовых выступлениях. Он был изобретен Рэмо Белли, президентом компании «Рэмо инкор-порэйтед» в Лос-Анджелесе.
После того как была изобретена искусственная кожа для барабанов, появилась возможность производить легкие инструменты, которые не теряют своего звучания из-за влажности. При этом производителю не нужно отнимать жизнь у бедных жйЁотнЬЙс. Барабаны размером с блюдце или такие большие, как журнальный столик, стоят недорого, служат долго и необыкновенно приятно звучат. В зависимости от размера на них могут играть от одного человека до пяти. Однажды Гелм привел небольшую группу больных, страдающих болезнью Альцгеймера, в кружок, где люди играли на барабанах рэмо. В основном это были пожилые пенсионеры, мужчины и женщины. «Я сам контролировал ритм и уровень динамики с помощью басового барабана, — рассказывал он. — Спустя сорок пять минут непрерывной игры мы сделали паузу и наслаждались тишиной. Одна из пациенток вдруг сказала: “Я не слышала ничего подобного с тех пор, как меня привели в католический приют перед обедом”. Эта женщина не сказала ни слова за весь вечер и была настолько больна, что не могла общаться со своими сиделками. Игра на барабане вернула ей чувство реальности и возможность разговаривать, и это “окно связи” продолжалось от пяти до десяти минут».