Страница 120 из 146
При поднятии занавеса дверь средняя отворена; бабушкина мантилья брошена па кресло; всё в беспорядке; Клара стоит на коленях перед бабушкой со сложенными руками; бабушка стоит подле псе, поднявши трость.
Бабушка. Замолчи, несчастная! Я ничего не хочу знать и слышать!.. Не знаю, право, что меня удерживает?..
Клара. Бабушка! Сжальтесь надо мною!..
Бабушка. Оставить дом, несмотря на мой строгий приказ!.. а?.. да как ты смела?.. Приезжаю домой — ни души!.. Спрашиваю — никто не отвечает! Ни тебя, ни Белянки… точно вымерло всё!.. Вот и карауль девчонок! Box и воспитывай курочек!.. Оставить на минуту, а они расправят крылья — и поминай как звали! Неблагодарные!..
Клара. Бабушка! Клянусь, что этого вперед не будет!..
Бабушка. Да мне-то что от этого за польза?
Клара (встает). Всех виноватее Белянка. Если б она воротилась, когда я ее звала, то ничего бы и не было!
Бабушка. Негодная! О, только бы найти ее!.. Уж я бы ей дала знать, как выбегать на улицу!.. (Говоря эти слова, она взглядывает на корзину и видит в ней Белянку.) Ах, господи! да она здесь!.. Бедненькая! Как похудела!..
Клара (подходя к корзине). Неужели здесь?.. Ах, бабушка! Я, ей-ей, не знаю, как это сделалось, — это, верно, колдовство!..
Бабушка. Колдовство? Так!.. И ты ничего не знаешь?.. Ох, Клара!.. Хитришь. Из этого я вижу, что всё рассказанное тобою была басня!.. да, да, — одна выдумка!..
Клара. Ах, бабушка!.. вам грешно подозревать меня во лжи, — я всегда говорила вам правду.
Бабушка. Но можно ль поверить, чтоб беззащитная девушка могла ускользнуть от стольких опасностей 0 соблазнов?..
Клара. Да ведь я вам говорила, что всё это делалось каким-то колдовством; и если вы теперь еще видите свою Кларочку, то этим обязаны храбрости одного…
Бабушка. Кого это одного?
Клара. Да, одного человека, который с опасностью жизни защищал меня и курочку и сохранил нас от погибели.
Бабушка. И этот храбрец молодой или старый? а?.. Что ж ты не отвечаешь?.. а?.. Злодейка! верно, молодой?
Клара. Да, бабушка, молодой-с!
Бабушка. Несчастная!.. Погибшая!.. И, верно, говорил тебе о любви?
Клара. Да, бабушка, говорил-с!
Бабушка. Господи боже мой! Вот куда пошли мои труды и попечения!
Клара. Но, бабушка! он такой хор…
Бабушка. Молчи!.. Я ничего слышать не хочу!.. Чего я боялась, то и сделалось!.. По крайней мере, знаешь ли, кто он? Как зовут?
Клара. Кокорику.
Бабушка. Кокорику?!
Клара.
Бабушка.
Клара хочет говорить.
Клара (поддерживая ее).
(Ведет ее к креслу.)
Бабушка садится. Слышен крик.
Бабушка (в ужасе вскапывает и смотрит на кресло.) Кто здесь? Скажи!..
Кокорику сбрасывает мантилью, которою был закрыт.
Клара и Кокорику. Кокорику?!
Бабушка. Нет!.. Привиденье!..
Клара. Ах, какое счастье! вас сержант-то не убил?..
Бабушка (берет за ухо Кокорику и заставляет его сойти с кресла). Как! Ты опять здесь, разбойник этакой! а?.. Тебе мало, что нарушил спокойствие моего дома, ты еще осмелился пугать меня самое?.. а?.. Кто тебе позволил сюда прийти?.. а?.. Зачем ты пришел?.. И как вошел сюда?.. а?..
Кокорику. Бабушка! Не сердитесь. Я пришел сюда затем, чтоб узнать, благополучно ли дошла до дому мамзель Клара, потому что я ее никак не мог догнать… и не знаю, как пришел сюда прежде ее. Подхожу к дому, дверь отворена; вхожу, пускаю Белянку на прежнее место, оглядываюсь — а вы стоите ко мне задом… я не знаю, как это вы меня не видали…
Бабушка. Видишь, какую историю рассказывает!.. Убирайся вон, или худо будет!.. Ведь я не Клара и шуток не люблю!.. Слышишь?.. Вон сейчас! (Подымает трость и идет к Кокорику.)
Клара (удерживая ее и бросаясь на колени). Бабушка! Милая, добрая бабушка! Не бейте его!
Кокорику (также бросаясь на колени сзади Клары). Бабушка! успокойтесь и бросьте вашу палку, — вы только измучите себя!.. А ведь я ни за что не уйду отсюда. (Встает.) К тому же палка — не свой брат… и я совсем не привык к таким увещаниям!..
Клара переходит направо к бабушке.
Я же пришел к вам по делу, важному делу… я принес вам письмо от нашего пастора, с которым я сейчас виделся и во всем ему открылся. И он, по просьбе моей, решился к вам написать. Извольте, прочтите!.. (Подает ей письмо.)
Бабушка. Письмо от пастора?.. дай скорей!.. Ах, боже мой! ведь я так-то не вижу, а очки потеряла.
Кокорику. Нет, вы вчера забыли их в моем кармане, а нынче я вам их возвращаю. (Подает ей очки.)
Бабушка. Как! и это твое дело?.. Ну, повеса!.. (Надевает очки.)
Клара. Бабушка! Читайте поскорей! Может быть, пастор советует вам… отдать меня замуж.
Бабушка (снимая очки). Замуж? (Берет ее за ухо.) Раненько собралась!.. раненько!.. да!.. Если б он и в самом деле советовал, то где найдется жених для такой невесты, как ты? У тебя теперь ровно ничего нет.
Клара. Как, бабушка, ничего нет?
Бабушка. Да так, внучка! Наше дело проиграно, всем завладел твой проклятый двоюродный братец — и ты ничего не получишь из наследства.
Клара. Неужели ничего? Ах, боже мой! Какой он жадный!.. Да вы бы, бабушка, поговорили с ним, попросили…
Бабушка. Попросили!.. Поговорили!.. А где мне прикажешь его сыскать?.. Я его и не видала!..
Кокорику. И я то же скажу вам, бабушка! Вы напрасно его не поискали, а, кажется, найти не трудно. Наденьте-ка очки!
Клара. Да разве вы его знаете?
Кокорику. Как самого себя; я с ним никогда не разлучался.
Бабушка. Как! Ты знаком с ним?
Кокорику. Да еще как знаком-то! Я знаю, где <щ теперь, знаю даже, что он влюблен в вашу внучку до страсти, знаю, что он за ней ничего не потребует приданого, а только одну ее, знаю…
Бабушка. Но скажи, пожалуйста, где он теперь?
Кокорику. Он… перед вами!
Клара. Как! вы?
Бабушка (вместе с Кларой). Как! Ты?..
Кокорику. Да, я, прелестная Клара! Карл Патю, прозванный Кокорику за то, что раньше всех просыпался и всех будил на работу. Мне хотелось прежде узнать ваше сердце и доказать вам мою преданность и потом уже сказать, кто я в самом деле. Мой крестный отец никогда меня не выгонял, а ждет меня, как родного сына… Клара! прости меня за это дерзкое испытание.
Клара (стыдливо). Ах, братец! если б я знала…
Кокорику. Если б и знала, то лучше бы не могла себя вести.
Бабушка. Вот неожиданное превращение! Как! да неужели в самом деле ты?.. ох, виновата!.. Вы тот самый…
Кокорику. Я, я, бабушка! Простите и вы меня за маленькие вольности; право, я всё это делал из любви к вашей прекрасной внучке. Вы сейчас горевали, что у Клары нет приданого, я ей отдаю всё мое имение, а у меня его очень довольно, не считая нового наследства. За всё это я прошу одной награды — руки ее.