Страница 86 из 303
- Нет, - улыбнулся Ален. – Просто интересно стало. Деревня на отшибе, дальше – один лес, а избы новые попадаются, и люди хорошие, понимающие.
- А как же! – истово закивала бабка. – Люди у нас хорошие. Вот хоть Дормидонтовну взять…
- Бабушка Евсея, а у вас ничего не подгорит? – как бы невзначай спросила я. – Что-то паленым запахло…
По избе и впрямь расползались клубы сизого дыма.
- А батюшки! – всплеснула руками старушка. Под шумок мы удрали на свежий воздух.
- И что? – обреченно поинтересовалась я. – Пойдем к Пахому? Проверить, каким образом он ребенка жене заделал?
Парни сложились вдвое, сдерживая рвущийся наружу смех.
- Думаю, самым что ни на есть обычным образом. – Алену каким-то чудом удавалось сохранить серьезность, но по огонькам в темно-синих глазах было видно, каких трудов ему это стоило. – Нет, мы пойдем в другое место. Неужели ты не поняла, кто оборотень?
Я добросовестно перебрала в голове всех приезжих, названных бабкой. Помимо Пахома, зятя Дормидонтовны, там были Зеновий и Калепий, братья жены кузнеца, Ксана – чья-то жена, третья по счету, Итен – подмастерье мельника…
- Мельница, - уверенно сказала я. – Ну, конечно, мельница. Стоит отдельно, деревенские общаются, как правило, с хозяином, не обращая внимания на подмастерье, зимой свободного времени много…
По словам бабки, Итен пришел в конце лета, как раз началась самая работа, да так и остался, сказав, что ему некуда идти. Нелюдим, как правило, сидит в своей комнатушке на мельнице, вдали от хозяйского дома.
- Ну что, идем знакомиться? – предложил Ален.
- Идем. Только… Ален… - Я замолчала. Может быть, оборотень и причастен к исчезновению людей, но Алена он сегодня спас. И мне совсем не хотелось убивать его. Неблагодарно это как-то будет…
- Я знаю, Элька. – Ален чуть приобнял меня. – Не волнуйся, никто не будет с порога швыряться заклинаниями. Мы идем просто знакомиться. – Магистр интонацией выделил последнюю фразу, обращаясь к братьям. Терен, видевший оборотня, не возражал, Лежек по природе своей не был кровожадным и к тому же был в курсе недавних событий, так что тоже не стремился к немедленной расправе.
- Седлайте коней, парни, - обратился к ним Ален. – Прогуляем их до мельницы.
Путь оказался не таким и дальним, можно было и пешком дойти. Верхом мы добирались до Вилейки, притока Игрицы, минут пятнадцать.
Мельник весьма удивился, завидев въезжающих на его двор четырех вооруженных мечами всадников, и принял нас вначале за отряд стражников, присланный за каким-нибудь очередным свежевведенным налогом. Узнав, что мы не имеем к силовым структурам никакого отношения, а являемся в некотором роде избавителями от всякой нечисти, мельник смягчился и пригласил нас в дом выпить горяченького.
- А и нечего вам здесь делать, господа маги, - сообщил он, вытерев усы от пивной пены. – Нету у меня нечисти, гхыр ее побери! Вот совсем нет!
Ален изобразил удивление.
- Совсем? Ни овинников, ни банников, ни мучников, которые муку рассыпают и жернова портят?
- Хвала богам, нет, - выдохнул мельник. – Дайна я приглашал по осени, он прошелся по двору, водой побрызгал, пошептал что-то – и все, нечисть как корова языком слизала. А о прошлом годе и, правда, водились и мучники, и овинники.
- Разрешите мне для очистки совести все-таки осмотреть помещения, раз уж мы сюда заехали. И адептам полезно на работу дайна полюбоваться.
- Да пожалуйста, - махнул рукой мельник. – Дайны – люди святые, после них никакой нечисти нет и быть не может.
Я лично поставила бы аррен против гроша, что дайн здесь не причем. Просто рядом с оборотнем ни одна домашняя нечисть жить не будет. Поэтому и пропали они в начале осени, когда Итен поселился на мельнице.
Мы добросовестно обошли все жилые и нежилые помещения, время от времени пуская голубоватые поисковые импульсы – для вида. Хозяин некоторое время ходил с нами, потом ему надоело, и на саму мельницу он не пошел, предпочтя остаться в тепле и уюте собственного дома.
Итен был там. По крайней мере, этот высокий светловолосый мужчина должен был быть Итеном. Вроде бы других подмастерьев у мельника не было. На вид ему было лет тридцать-тридцать пять, но, как и в случае с магами, подлинный возраст у оборотня по внешнему виду крайне сложно определить. А еще меня привлекли его глаза: желто-зеленые, с вертикальной щелочкой зрачка. Заметив мой пристальный взгляд, оборотень моргнул, и зрачок стал обычным.
- Добрый день, - преувеличенно громко и вежливо поздоровался Ален. Итен бросил на нас взгляд и ничего не сказал, но по тому, как напряглись его мыщцы и сжались в тонкую черточку губы, было ясно – он нас узнал.
- Не надо нас бояться, - спокойно сказал Ален.
- Я не боюсь, маг, - огрызнулся Итен. Голос его меня удивил – почему-то я считала, что оборотни говорят хрипло, словно лают. У Итена же был мягкий баритон, чуть растягивающий гласные – так говорят на юге. Даже несмотря на ненависть, с которой он произнес слово «маг», голос звучал певуче и плавно. – Убирайтесь!
- Мы пришли просто поговорить.
- Я не хочу разговаривать с вооруженными людьми! Убирайтесь!
Ален без слов снял свой меч и отложил его в сторону, жестом показывая нам сделать то же самое. Снимая собственное оружие, я случайно чуть вытащила его из ножен. Гравировка вьюнка горела зеленоватым светом, явно указывая на наличие в помещении нечисти. И я точно знала, кого именно. Это было ясно и без меча.
- Теперь мы безоружны, - произнес Ален.
- Я видел, маг, как вы расправились с кабанами, - выплюнул Итен. – Для вас оружием являются собственные руки. Вот если ты их отрубишь… Хотя и в этом случае я еще подумаю.
- Если бы я хотел, то уже давно воспользовался бы магией, - по-прежнему не изменяя тона, сказал Ален. – Мы хотим просто поговорить.
- Ты уже и так говоришь, - пробурчал оборотень. – И успокой своих телохранителей, маг. У них руки чешутся бросить заклинание.
- Это не телохранители, а адепты.
- Адепты? - Итен внимательно всмотрелся в меня. Я не отвела взгляда, хотя кожей ощущала его неприязнь. – Ты привел адептов посмотреть, как убивают оборотней?
- Итен, я понимаю, что у тебя могут быть причины не любить магов, но еще раз повторяю – мы не причиним тебе вреда. Мы просто хотим кое-что узнать.
Оборотень задумался. Мы молчали, ожидая его решения. Я удивлялась, как Ален может держать себя в руках, не реагируя на очевидную грубость. Будь на его месте Терен – все уже кончилось бы дракой. Если не Терен, а Лежек или я – скорее всего, тоже. Только до драки прошло бы чуть больше времени.
Наконец, оборотень досадливо тряхнул головой.
- Хорошо. Руки постарайся держать на виду. Так, на всякий случай. Что ты хотел узнать?
- Почему ты делаешь это?
- Делаю что? – прищурился Итен.
- Почему ты убиваешь нечисть и разбрасываешь ее около деревни?
Оборотень удивленно поднял бровь.
- Я был уверен, что ты спросишь, почему я спас тебе жизнь, маг.
- Это был бы второй вопрос. Для меня значительно важнее узнать ответ на первый.
Итен резко выдохнул.
- Оба ответа связаны. Я не хочу, чтобы кто-нибудь погибал в этом чертовом лесу.
- Что-то у меня не вяжется, - не выдержал Лежек. – Ты убиваешь жителей деревни, при этом не хочешь, чтобы они умирали в лесу. Ты ненавидишь магов и при этом спасаешь одному из них жизнь. Я считал, что истинные оборотни сохраняют сознание в обеих ипостасях.
- Какой хороший мальчик, - язвительно протянул оборотень. – И все-то он знает… И про ипостаси оборотней, и про их отношение к магам… Да, я ненавижу все ваше племя. Но при этом… Никто не заслуживает смерти под копытами кабана на глазах у своей девушки.
Ален и глазом не моргнул при последних словах Итена. Тот, не дождавшись возможной реакции, гневно продолжил:
- И кто тебе сказал, что я убиваю жителей деревни?
- Никто не сказал. – Ален не дал Лежеку ответить. – И, если ты помнишь, меня и не интересовало это. Я спрашивал про убитую нечисть. Ты делаешь это для того, чтобы испугать людей и не пускать их в лес?