Волшебство на троих

Женщины хутора, включая все еще бледную, но вполне уже бодрую и веселую Кайлу, вынесли мое постепенное превращение из эльфа в человека. (Мы совершенно искренне объяснили это прекращение действия одного заклинания, не вдаваясь в подробности.) Они кормили нас до отвала вкуснейшей жареной рыбой, творогом и овечьим сыром. Правда, полностью отлично приготовленной едой мне наслаждаться не удавалось. Тошнота, начавшаяся еще на «Казарке», очевидно, вызывалась не только и не столько морской болезнью, но и беременностью. Мне пришлось обратиться к хозяйкам с просьбой поискать в запасах кое-какие травы. Алроса, мать Теннара, крепкая статная женщина, которой никак не подходило звание трехкратной бабушки, застыла на месте, прищурилась, обвела меня пристальным взглядом и, пробормотав что-то вроде: «И куды ж тебя, деточку, понесло в таком положении», - выдала мне настойку, сделанную по рецепту ее прабабки. Присовокупив к ней обещание, что она обязательно мне поможет, и сама Алроса применяла ее в свое время.

А бурная деятельность женщин продолжалась. Выяснив, что у меня и Лежека пропали все вещи, они мигом снабдили нас всем необходимым и приволокли из кладовки тонкую ткань, пообещав сшить самые лучшие рубашки.

На мои робкие возражения они только отмахнулись и с гордостью продемонстрировали мягкость и прочность материи, собственноручно сотканной свекровью Кайлы из шерсти разводимых на хуторе овец. Мне оставалось только признать поражение и предложить свою помощь. Иголкой я худо-бедно владела, а за совместной работой проще расспросить хозяек о том, что меня интересовало больше всего – как найти учителя Алена. Может быть, и на Мерейн плыть не потребуется. Вдруг выяснится, что означенный некромант живет прямо на Лидгарте? Или где-нибудь поблизости?

Увы, надежды не оправдались.

- Когда, говоришь, девонька? – переспросила Алроса, сноровисто и аккуратно обрабатывая шов. – Полсотни лет назад? Я тогда еще и не родилась… Это надо кого-нибудь постарше спрашивать… Торвальд, внучок, - обратилась она к вертевшемуся неподалеку вихрастому семилетнему мальчишке. – Сбегай, приведи-ка бабушку Талину. Она там, у амбара, на солнышке греется.

Мальчик понятливо кивнул и исчез за дверью.

С бабушкой Талиной, самой древней обитательницей хутора, мне еще не доводилось встречаться лицом к лицу. Поэтому, когда оная старушка возникла на пороге дома, я вздрогнула и невольно прочитала заклинание, снимающее морок. Ничем другим, кроме иллюзии, не объяснялось ошеломляющее сходство Талины с бабкой Мелисьей. Но, очевидно, подобные старушки встречаются повсеместно, поскольку видение не растворилось в воздухе, а просеменило к лавке и плотно уселось на нее, вперив в меня нетерпеливо-любопытный взор подслеповатых глазок. Еще до того, как она заговорила, я знала, какой у нее будет голос: резкий, скрипучий, с повизгиванием в конце фраз.

- Ты хто ж такая будешь, деточка? Или такой?

- Бабушка Талина, это гости к нам приехали, - преувеличенно громким голосом объяснила Алроса.

- Ась? – приложив руку к уху, надежно спрятанному под теплым, несмотря на лето, платком, переспросила бабка.

Я вздохнула. Ленора и Кайла, быстро переглянувшись, хихикнули и вернулись к недошитым рубашкам.

- Гости к нам приехали. Колдуна ищут, - еще более громко произнесла Алроса.

- Колдуны? Не надо нам никаких колдунов. От них молоко у лосей скисает! – всполошилась старуха, закрываясь от меня сложенными крестом пальцами и бросая на меня победный взгляд.

Алроса терпеливо продолжала расспросы. Без особого, впрочем, результата. Бабушка Талина категорически отказывалась отвечать на поставленные вопросы. Может, по причине старческого маразма и плохого слуха, может, из-за исключительно вредного характера, может, из-за всего, вместе взятого. Кое-что из нее, правда, удалось вытянуть. Полвека назад, когда Талина была молодой и красивой девушкой (во что, честно говоря, верилось с трудом. Я не дала бы ей меньше сотни лет), на Лидгарт прибыл некий мужчина в черном плаще, сверкнул молнией, напустил дыма в таверне, призвал мракобесов, выпивших весь эль в бочонке, и исчез. Куда исчез – осталось загадкой. Как и то, существовал ли этот мужчина на самом деле.

Где-то через час я, устав от бесполезных расспросов и скрипучего визга бабки, незаметно выскользнула за дверь и села на небольшую скамеечку у стены, откинув голову на замшелые камни и закрыв глаза. Неяркое солнце куталось в полупрозрачные облачка. Ветерок шевелил волосы, принося с собой запахи свежевыпеченного хлеба, молодой травы, соленой морской воды и свинарника. Обитатели последнего, блаженно похрюкивая от удовольствия, валялись в грязи. Озабоченно квохтали куры, сосредоточенно копаясь в земле. Я тщательно собирала обрывки мыслей, в клочья разодранных беседой со старушкой, попутно наслаждаясь миром и спокойствием.

Может, конечно, Аленар, который с утра убыл вместе с ребятами в неизвестном направлении, оставив меня заниматься шитьем, сумеет что-то выудить у старухи в голове. Хотя я в этом сомневалась, поскольку попробовала лично и тут же захлебнулась в бессвязных обрывках мыслей. Тогда остается Мерейн, как мы изначально и планировали… Будем надеяться, что в родном селении Ингвара найдутся более здравомыслящие старики.

Рядом присели хихикающие девушки.

- Не помешаем? – участливо осведомилась Кайла. Я лениво покачала головой, не открывая глаз.

- Элька, не расстраивайся. Бабка всегда такая, сколько я себя помню, - посочувствовала Ленора. Я молча кивнула.

- Знаешь, я кое-что вспомнила, - неуверенно произнесла Кайла.

- Что? – неохотно ответила я, просто чтобы поддержать разговор и не обижать девушку.

- Ты не первая спрашиваешь про колдуна.

- Да? – уже более заинтересованно проговорила я. – А кто еще? Давно?

- Давно. Я тогда еще девчонкой была. Лет десять назад.

Я внутренне напряглась. Десять лет назад. Очень может быть, что это…

- Красивый молодой человек. Точнее, юноша. Это тогда он казался мне взрослым, а на самом деле ему вряд ли и двадцать-то исполнилось.

- Темноволосый и синеглазый? – не выдержав, уточнила я.

- Точно! - удивилась Кайла. – Такой красивый… И очень отличался от наших мужчин, потому я его и запомнила. А как ты догадалась?

Меня царапнула по сердцу ревность. Я задушила ее на корню, напомнив себе, что, во-первых, Кайла видела Алена – а это был он, больше некому - десять лет назад, а, во-вторых, она замужем. Поэтому просто пробормотала что-то о ведьминских способностях и попросила девушку рассказывать дальше. Кайла, очень довольная тем, что вызвала мое любопытство, с воодушевлением продолжила.

- Он приехал весной, с первым кораблем, и имел при себе только тощую сумку. Правда, деньги у него водились. Я сама видела. Мы в тот день крутились у Съенны, моей двоюродной тетки. Интересно же! Корабль пришел, первый после длинной зимы, и торговцы обязательно заходили в таверну промочить горло и поделиться новостями.

Я понимающе кивнула.

- И вот приплыл такой красавец, - восторженно говорила Кайла. – И он, как и ты, начал спрашивать про колдуна.

- У Съенны?

- Нет, тетка не смогла с ним поговорить. Она с ног сбивалась, разнося тарелки и подавая пиво. У Айны.

У Айны. Конечно, это логично. О волшебниках лучше спрашивать у людей, имеющих отношение к магии, пусть даже опосредованное. У нас тоже мелькала такая мысль, вот только общение с шаманкой не задалось с самого начала. Мне стало нехорошо. Я что, собственными руками порвала ниточку, ведущую к некроманту? Вряд ли Айна теперь захочет даже видеть нас в Рейквике, не то что разговаривать.

Однако следующие слова девушки успокоили меня.

- Только она ему ничего не сказала, - рассмеялась каким-то своим воспоминаниям Кайла. Заметив мой недоумевающий взгляд, она пояснила:

- Айна предложила ему себя взамен неизвестного колдуна.

Я не нашла слов для ответа, раздираемая на части острым желанием все-таки вернуться в селение и выцарапать шаманке глаза. И в то же время понимала, что не имею повода для ревности – десять лет назад Ален понятия не имел о моем существовании. Как, впрочем, и я о нем.