Страница 69 из 72
— Добрый день, мистер Мэрфи, — поздоровалась, подойдя к прилавку, Шеннон. — Выполните, пожалуйста, вот этот заказ, пока я подберу себе теплые вещи.
Мэрфи крякнул.
— И вот еще что, мистер Мэрфи…
Мэрфи снова крякнул.
— Не придерживайте весы пальцами, — твердым тоном сказала Шеннон.
Лавочник усмехнулся:
— Это Бич тебе наговорил.
— Ему не надо было говорить мне об этом. Я сама знаю, что вы уже не один год обвешиваете меня. Молчаливый Джон считал это компенсацией за близость к дому. Но я так не намерена считать. Если понадобится, я отправлюсь за продуктами и в Каньон-Сити.
— Ну зачем так горячиться, миссис. Я не собираюсь попадать в черный список к Бичу.
— А в мой?
— И в твой, — согласился Мэрфи. — Умные люди всегда находят со мной общий язык.
— Чудесно. Мой вьючный мул у крыльца. Пожалуйста, погрузите продукты, когда все будет готово.
— Это будет стоить три доллара сверху.
— Один.
— Два.
— Доллар с четвертью.
— Вы очень мало набавляете, миссис.
— Вовсе нет. Бетси и Клементине вы грузите бесплатно.
— Ну, они находят способ расплатиться за мои услуги. — На лице Мэрфи расплылась плотоядная улыбка.
— Полтора доллара, — холодно сказала Шеннон. — Договорились?
Мэрфи со вздохом кивнул.
Шеннон вручила лавочнику список необходимых продуктов и подошла к разложенной на полу одежде. К тому времени, когда она отыскала себе две теплые куртки, четыре шерстяные рубашки, две пары шерстяных брюк и кое-что еще из числа тех мелочей, которые защищают от пронизывающих зимних метелей, Мэрфи упаковал в мешок и погрузил продукты на вьючного мула.
— Добавьте это к счету, — сказала Шеннон, положив одежду на прилавок.
— Угу… Я так думаю, что мне скоро придется заказывать всякие женские тряпки… Мужику, должно быть, противно смотреть на девчонку, если она одета, как он сам.
Губы Шеннон побледнели, но она не произнесла ни слова за то время, пока Мэрфи делал подсчеты. Услышав названную сумму, Шеннон удивленно раскрыла глаза.
— Могу я взглянуть на счет? — протягивая руку, сказала она.
— Зачем?
— Проверить правильность суммы.
Мэрфи передал ей счет. Нервно поглядывая на Шеннон, он ожидал, пока она проверяла его расчеты.
— Вы прибавили тридцать один доллар двенадцать центов, — сказала наконец Шеннон.
Что-то бормоча себе под нос, Мэрфи вычел тридцать один доллар из названной суммы. Шеннон протянула ему увесистый мешочек с золотом.
— У меня дома остались весы Молчаливого Джона. Я точно знаю, сколько золота в мешочке. Когда я вернусь домой, я взвешу оставшееся.
Мэрфи стрельнул в Шеннон взглядом, в котором кроме раздражения можно было прочитать и восхищение.
— Похоже, Бич научил тебя быть несгибаемой.
Шеннон еле заметно улыбнулась.
Мэрфи взял мешочек, развязал его и высыпал содержимое на весы. Золотой песок, чешуйчатое золото, самородки заполнили чашу весов.
Глаза Мэрфи округлились от удивления.
— Разрази меня гром! Не иначе, Бич нашел новую жилу!
— Что вы имеете в виду?
— Такого золота на участке Молчаливого Джона отродясь не бывало.
— Не поняла, — озадаченно сказала Шеннон.
— И цвет, и форма — все не такое, — нетерпеливо пояснил Мэрфи. — На участке Молчаливого Джона золото с медным отливом. И нет песка с таким бледным оттенком. А это вообще…
Мэрфи быстро отсортировал крупные, с рваными краями самородки с удивительно чистым золотым блеском. Он провел ногтем большого пальца по одному из них. На золотой поверхности отпечатался глубокий след.
— У этих штучек слишком неровные края для речных самородков… И в них совсем нет примесей, как у золота, выкопанного в твердой породе, — уверенно заявил Мэрфи. — Я не видел такого золота с тех времен, когда один шустрый парень хотел продать мне участок и подбросил туда чистые слитки из Дакоты. Зато такое золото, помнится, я видел на покерном столе в Лас-Круизе. Это золото пришло из Абахоса… Испанское золото, чистое, как сон младенца…
Холодок пробежал по спине Шеннон. Она вспомнила, как Рено и Бич говорили о слитках чистого испанского золота.
«Нет! — тут же отвергла Шеннон свою догадку. — Бич не сделал бы этого! Просто Мэрфи ошибается».
Хозяин лавки оторвал взгляд от золота и посмотрел на расстроенное лицо Шеннон.
— Ты, конечно, мне не скажешь, где Бич отыскал такое золото.
Шеннон проглотила комок в горле и твердо сказала:
— На участке Молчаливого Джона.
Мэрфи рассмеялся:
— Я тебя не осуждаю за твои сказочки. Если бы у меня был такой богатый участок, я бы тоже молчал как рыба.
— Бич сказал мне, что это золото с участка Молчаливого Джона, — бесстрастным тоном проговорила Шеннон
— Хитрющий этот Бич. Коли ты этого не знаешь, то, стало быть, никому и не проболтаешься… Но меня на мякине не проведешь, миссис, потому что нет такого вида золота в долине Эго, которого бы я не видел… Я и перед Господом могу сказать, что это золото не отсюда.
В ушах зазвучали слова Рено:
«В горах Абахоса, в полуразрушенной шахте… В ней оказались слитки чистого золота, причем такие тяжеленные, что Ева с трудом могла поднять один».
Шеннон хотелось закричать, что Бич не может быть столь несправедливым к ней, но она не издала ни звука. Ей слишком много предстоит сделать, и она не станет сейчас тратить энергию на человека, который бродит по свету и не желает даже выслушать ее.
Она быстро составила в уме план действий. Прежде всего необходимо доставить продукты Чероки. Затем Шеннон поедет к Клементине и Бетси. А после этого отправится на ранчо Блэков и оттуда к себе домой. И все нужно успеть сделать до снегопада и до закрытия перевалов.
Впервые за все время Шеннон порадовалась тому, что у нее два верховых мула, которые достались ей от Калпепперов. Им придется изрядно потрудиться в ближайшие дни.
Через день, восседая верхом на одном из мулов и ведя на поводу другого, Шеннон подъехала к дому Калеба и Виллоу. Калеб в это время возвращался с северного пастбища. На крыльце появилась Виллоу.
— Шеннон? — воскликнула Виллоу, прикрывая рукой глаза от солнца и пытаясь рассмотреть всадницу. — Неужели и в самом деле ты?
— Да, это я, — ответила, спешиваясь, Шеннон.
— Какой приятный сюрприз! Входи, я через минуту приготовлю чай.
— Нет, благодарю… Красавчик, если ты еще зарычишь, я отдам тебя на растерзание воронам.
Рычание прекратилось. Красавчик послушно стоял у ноги хозяйки, глядя на приближающегося Калеба.
— Какие-то неприятности? — спросил Калеб.
— Ничего такого, чего нельзя исправить, — сухо ответила Шеннон. — Вы не снимете с мула вьюки?
Калеб внимательно посмотрел на девушку. Спешившись, он подошел к мулам и восхищенно произнес:
— Великолепные мулы! Судя по всему, виргинской породы.
— Калпепперы отдавали предпочтение виргинским мулам, — глухим голосом сказала Шеннон.
— Удивительно выносливые, — заметил Калеб.
— Очень выносливые, — бесстрастно согласилась Шеннон.
Калеб хотел что-то еще сказать, но вместо этого удивленно крякнул, снимая вьюки.
— Боже милосердный, — пробормотал он. — Что в них? Свинец, что ли?
— Золото Бича, — свирепо сказала Шеннон, высвобождая подпругу мула.
Виллоу и Калеб переглянулись.
— Я так понимаю, — проговорил, осторожно подбирая слова, Калеб, — что Бич работал на паях за зарплату.
— Я тоже так понимала. — Одной рукой она сняла седло, второй чепрак и быстро оседлала второго мула. — Но тут вкралась ошибка, — проговорила Шеннон, взбираясь на мула. — Мэрфи это подтвердил.
— Ты хочешь, чтобы я помог тебе рассеять твои сомнения? — озадаченно спросил Калеб.
Шеннон повернулась и посмотрела на Калеба, нисколько не пытаясь скрыть холодную ярость, которая распирала ее с того момента, как она поняла, сколь мало думал о ней Бич.
— Это золото добыто не в долине Эго, — выпалила Шеннон. — Бич заплатил мне собственным испанским золотом и удрал за тридевять земель. Но он немного просчитался.