Страница 138 из 162
Вернувшись в Александрию, Элур удалил с кафедры благочестивого Тимофея Салофакиола, смиренно ушедшего в монастырь в Канопе, где некогда предавался монашеским подвигам, восстановил имя Диоскора в диптихах Александрийской церкви, и торжественно перевез останки этого патриарха в серебряной раке.
«Энциклион» был встречен восторженно и Иерусалимской церковью, патриарх которой Анастасий (458–478) торжественно подписался под ним. Казалось, планы Василиска реализуются. Но он забыл, что после 28-го правила Халкидона весь Восток не стоил ничего, если его не поддерживает Константинополь.
Тимофей Элур и прочие вожди монофизитства ещё мечтали собрать Вселенский Собор в Иерусалиме, низложить ненавистного им Акакия, поставив на патриаршее место Феопомпа, занимавшего при дворе должность магистра оффиций, и окончательно ниспровергнуть Халкидон. Но вести из Исаврии о воссоединении Зенона с Иллом и Трокундом и волнения в столице заставили Василиска срочно менять планы и снаряжать новую армию для борьбы с ними. Нуждаясь в деньгах, Василиск пошёл на очередной непопулярный поступок — наложил руку на церковное имущество. Волнения в Константинополе перешли в открытый многотысячный бунт, прошедший под эгидой защиты православной веры от императора-еретика. Патриарх Акакий приказал убрать в траур Софийский собор. Василиск тут же велел членам сената прекратить всякие связи с Акакием, но эта мера уже ничего не могла дать: святой подвижник Даниил сошёл со своего столпа и возглавил православных[906]. Отовсюду к дворцу шли горожане и монахи, чтобы снять Василиска с царского трона[907].
Войск в городе не оставалось — они все ушли с Арматом, и теперь единственной надеждой оставались готы Теодориха. Но и тот понял, что ставка на Василиска ничего ему не даст. Рассказывают, что он даже приказал своим солдатам убить царя, но те не нашли его. Только теперь император понял, какую ошибку он совершил. Первоначально Василиск попытался скрыться из города, но потом вернулся в храм Святой Софии, публично отрёкся от своего «Энциклиона» и подписал «Антиэнциклион» в защиту Халкидона.
«Мы приказываем, чтобы апостольская и православная вера, которая издавна господствовала в кафолических Церквах с самого начала и до нашего царствования, господствует и при нашем царствовании и должна господствовать постоянно, та, в которой мы были крещены и в которую верим, единственно господствовала, неуязвимая и непоколебимая. Мы предписываем, чтобы и то, что было содеяно в наше царствование — будь то «Энциклион», либо другие послания — ради веры или церковного порядка, не имело силы и прекратило действовать. Мы предписываем также возвратить богобоязнейшему и святейшему патриарху и архиепископу Акакию те епархии, правом рукоположения в которые обладает трон этого царствующего и славного города. Это божественное наше постановление, ни для кого не двусмысленное, имеет силу божественного указа»[908].
Тем самым Василиск утратил свою последнюю опору — монофизитов, не потерпевших предательства недавнего покровителя; в результате император остался совершенно один. По всему городу бушевали пожары, в огне которых погибли многие ценные рукописи, хранившиеся в Константинопольской библиотеке.
Тем временем Зенон исполнил своё обещание и назначил сына Армата, мальчика Василиска, своим кесарем, так что тот даже командовал войсками на параде. Из гавани Пилы войска Зенона переправились на европейский берег и в конце августа 476 г. беспрепятственно вошли в Константинополь. К ним тут же подошли сенаторы и остатки дворцовой стражи, признав Зенона своим государем, а жители радостно приветствовали его, как освободителя от еретика.
Вместе с семьёй Василиск бежал в храм Святой Софии, где спрятался в баптистерии в надежде на милость победителя. Зенон вошёл в храм, возблагодарил Господа за удачное окончание похода, и на ипподроме всенародно вновь был провозглашён императором. Вывели Василиска, которому царь дал слово не проливать его крови. Но не проливать крови не означало — не убить. Зенон немедленно распорядился заточить его, жену и сына в крепость, где они и были уморены голодом[909]. Так закончилась попытка национальной партии восстановить свою гегемонию — попытка неудачная, навсегда оставившая чёрный след в истории Церкви, как реакция монофизитства на Православие.
XIII. ЗЕНОН (476–491), ПОВТОРНОЕ ПРАВЛЕНИЕ
Глава 1. Исавр у власти. Война с остготами
Итак, свершилось ранее невиданное событие — свергнутый император вернулся на царский трон. По случаю своего возвращения Зенон, исправляя непопулярные меры предшественника, издал указ о льготах по налогам и недоимкам. Первым делом он поставил великолепный храм в честь святой мученицы Феклы в Селевкии Исаврийской и богато одарил его церковной утварью. Очевидное свидетельство того, что история о покровительстве этой святой вовсе не относится к области легенд.
Поскольку, несмотря на все будущие перипетии, его царствование продлится целых 17 лет, коснёмся кратко личности монарха. Зенон родился в Исаврии в 431 или 437 году — источники разнятся в этом вопросе. Ранее чрезвычайно воинственный и боевой (не зря же он являлся вождём исавров, и на нём св. Лев остановил свой выбор), со временем он изменился. Современники замечали, что после повторного воцарения Зенон стал куда более мягкосердным, не разрешая смертных казней и пыток, по крайней мере, без очень серьёзных оснований. Как свидетельствуют древние источники, император был человеком мягким, не любившим крутых мер, несколько легкомысленным и склонным принимать советы тех, кому он верил. Видимо, его опыт государственного управления был недостаточным, и вокруг себя он поставил людей, без ведома императора корыстно решавших многие вопросы. Так, за его спиной происходила широкая продажа государственных должностей, причём не разово, а, можно сказать, на постоянной основе[910].
Правда или нет — неизвестно, но в столице ходили упорные слухи о любострастии Зенона. И, как говорят, зная за собой такой грех, царь усиленно старался искупить его милостынями. По этому поводу даже ходила легенда, согласно которой Зенон однажды пытался силой овладеть дочкой одной вдовы, и, отчаявшись, та молилась Богородице с просьбой отмстить Зенону за такую обиду. Но Пресвятая Богородица, явившись вдове, ответила: «Ничего не могу Я сделать против царя Зенона, ибо он милостив к убогим и рука его всегда отверста на благотворения»[911].
В первый же день возвращения к власти ему предстояло решить, пожалуй, самый главный вопрос — на какую политическую группировку он смог бы опереться? Разумеется, национальная партия, свергнувшая Василиска, не испытывала к исавру никакого расположения, хотя и привела его повторно к власти. Главой партии была и оставалась царица Верина. Более того, нельзя было дать никаких гарантий, зная бывшую царицу, что через короткое время она не выдвинет нового кандидата на престол вместо непопулярного Зенона. Полуразгромленная германская партия едва ли могла в настоящую минуту сыграть самостоятельную роль; кроме того, готы не любили исавров — людей чужой крови. Оставался единственный естественный союзник, благодаря помощи которого Зенон и вернул себе власть, — исавры. Они и получили самые высокие награды за свои труды.
Наиболее могущественным фаворитом, которому Зенон был обязан своим возвращением, стал полководец Илл. Ему пожаловали консульство на 478 г., а в 479 г. назначили магистром оффиций. Его положение было столь высоким, что сам царь выехал встречать его в Халкидон, за 50 км от столицы, вместе с высшими сановниками двора, когда Илл, покончив с делами в Исаврии, возвращался в Константинополь.
906
Там же. С. 116.
907
Кулаковский Ю.А. История Византии. Т. 1. С. 354, 355.
908
Евагрий Схоластик. Церковная история. Книга III, глава 7. С. 188.
909
Иоанн Никиусский. Хроника. Глава LXXXVIII. С. 547.
910
Кулаковский Ю.А. История Византии. Т. 1. С. 390, 391.
911
Терновский Ф.А., Терновский С.А. Греко-восточная церковь в период Вселенских Соборов. Чтения по церковной истории Византии от императора Константина Великого до императрицы Феодоры (312–842). С. 244.