Офицеры

На джин спецы не налегали, выпили понемногу, чтобы только почувствовать, как огонь разливается по жилам. Здесь было не то место, чтобы рисковать ясностью головы. В этой бешеной стране нигде нельзя было чувствовать себя в безопасности, и меньше всего — в логове Джошуа Агильеры, кото­рого спецы между собой называли генерал Джорик.

Устроив всех гостей так, чтобы они находились под постоянным контролем, и предоставив им со­ответствующий их статусу комфорт, генерал Агиль­ера отбыл в секретную ночную экспедицию. Его со­провождали «черные ягуары» — личная охрана, со­стоящая из самых бесстрашных и преданных боевиков, обученных русскими специалистами — предшественниками Ставра и Шуракена. Как во­дится, генерал щедро осыпал их милостями и ка­рал с особой жестокостью. Желая выразить Аль-Ха-адату как выгодному деловому партнеру свое осо­бое расположение, покидая резиденцию, он отдал слугам распоряжение, которое, по его мнению, ли­виец должен был особенно высоко оценить.

Аль-Хаадат переоделся в шелковую пижаму и улегся в помпезную, как в шикарном борделе, по­стель, занимавшую полкомнаты. На пороге спальни бесшумно появился слуга. Он поклонился и, подож­дав, пока Аль-Хаадат соизволил обратить на него внимание, сказал, что, исполняя волю своего госпо­дина, он привел гостю женщину.

Другой слуга втолкнул в спальню белую девуш­ку. Как отпрыск правящего клана, генерал Агилье­ра учился в Европе, и, глядя на наряд девицы, нетрудно было догадаться, в каких заведениях сфор­мировалось его представление о прекрасном. Узкий лоскуток трусиков, пояс и чулки с широкими ман­жетами, бюстгальтер с алмазной застежкой между грудями — вся эта амуниция из белого кружева от­кровенно просматривалась сквозь полупрозрачную тунику, отделанную пухом. Проститутка была юная, стройная, со свежей, ослепительно-белой кожей. Блондинка с голубыми глазами, она была бы насто­ящей красоткой, если б не бледное, насмерть пере­пуганное лицо. Она смотрела так, что казалось: только дотронься — заорет, а то и исцарапает, как дикая кошка. Во всем, что не касалось бизнеса, Аль-Хаадат был человеком изысканным, дома его ждал нежный, искусно обученный мальчик, и воз­ня с затравленной черномазым мерзавцем прости­туткой не сулила ему никакого удовольствия.

— Уведите ее, — сказал он, — я не люблю евро­пейских женщин.

Слуга схватил девушку за руку и потащил к две­ри. Но тут Аль-Хаадату пришла в голову замечатель­ная мысль.

— Подожди, — остановил он слугу. — Господин генерал прислал мне эту женщину, значит, я могу рас­поряжаться ею по своему желанию?

— Да, господин.

— В таком случае отведите ее к коммандос, ко­торые сопровождали меня сюда. Они молодые сви­репые самцы. Женщина — это как раз то, что им сей­час больше всего нужно. Скажите им, что это я при­слал ее.

Слуги увели девушку. Очень довольный своим великодушием, Аль-Хаадат погрузился в обдумыва­ние сомнительных моментов в сделке с генералом Агильерой.

Оружие спецам пришлось сдать охране, но ин­дивидуальные рации у них остались. Они связались со штаб-квартирой русской военной миссии. Совет­ника на месте не оказалось, ответил его секретарь и переводчик Димка. Ставр и Шуракен сообщили, что сидят под замком на вилле генерала Агильеры и до­мой вернутся только завтра после отбытия купца. До­гадаться о цели визита Аль-Хаадата не составляло труда. Спецы уже давно поняли, что через Сантиль-яну валом вдет на продажу оружие, но они считали, что это не их вопрос, и чем меньше они будут знать об этих делах, тем дольше проживут.

Спецам принесли ужин и очередную бутылку джина, хотя за обедом к спиртному они почти не при­тронулись. (Слуги, допившие джин, были им за это весьма признательны.) Ставр и Шуракен с профес­сиональным интересом смотрели американский бо­евик о работе спецслужб, когда в дверь вежливо по­стучали, затем щелкнул замок, она открылась, и... у парней отвалились челюсти. На пороге стояла строй­ная блондинка в какой-то туманной накидушке и кру­жевных лоскутках, скорей обозначающих, чем при­крывающих самые интересные места. Одна из черных физиономий, маячивших за ее спиной, кажется, от­крывала рот и издавала какие-то звуки, но Ставр и Шуракен временно утратили способность понимать человеческую речь. Черт знает, как давно они не

видели ни одной белой женщины, кроме семи католи­ческих монашек. Повстанцы захватили их в залож­ницы и пытались обменять на дизель-генератор. Как специалистам по антитеррористическим операциям Ставру и Шуракену приказали их освободить. Спецы отбили монашек и вручили их представителю Крас­ного Креста не оскверненными даже в мечтах.

Черные исчезли. Дверь за спиной девушки зак­рылась. В комнате повисла тишина штиля, предше­ствующего первому шквалу бури. Слышно было только, как шелестит кондиционер.

В первый момент при виде белых мужчин на лице девушки промелькнуло выражение, похожее на ра­дость. Но она поняла, что попала из огня да в полы­мя, и теперь с ужасом смотрела на двух полуголых мужиков, здоровых, как жеребцы. Они остолбенели при ее появлении, но, похоже, уже начали приходить в себя и осознавать, как им повезло.

— Черт возьми, какие гости в нашем доме! Отку­да ты здесь взялась, детка? — по-английски спросил Шуракен, садясь на диване.

— Не бойся, — улыбнулся девушке Ставр, — мы кусаемся, но очень нежно. Давай, смелей заруливай к нам. Как тебя зовут, куколка?

Девушка переводила напряженный -взгляд с од­ного на другого, словно пытаясь понять, что они го­ворят. Сквозь страх в бледном лице читалась безна­дежная решимость защищаться. Как только Ставр сделал движение вылезти из кресла, она закричала:

— Не трогайте меня! Ну пожалуйста, не трогайте меня!

Кричала она по-русски.

В комнате повисла странная тишина, которая на­ступает после внезапного раската грома или выст­рела. Потом Шуракен, теперь тоже по-русски, очень спокойно и неожиданно мягко спросил:

— Как тебя зовут?

— Наташа.

— Ты наша, русская?

— Да. А вы... вы?

— Мы тоже.

Наташа бросилась на шею Шуракена, который сидел ближе Ставра, и разрыдалась.

— Похоже, наступил сезон дождей, — сказал Ставр.

7

«Приглашаются девушки до 26 лет в Швейцарию для работы в кабаре и ночных клубах в качестве топ-лес-танцовщиц (без интима), з/плата от 3000$ в ме­сяц. Представитель в Москве», далее следовал теле­фон. Такое объявление прочитали в рекламной га­зете «Из рук в руки» пять девушек. Они были выпускницами хореографического отделения Ин­ститута культуры, в новые, особенно трудные для ар­тистов времена зарабатывали на жизнь, танцуя в мос­ковских клубах и ресторанах. Возможность поехать за границу и заработать наконец приличные деньги показалась им весьма заманчивой. Жанна, испол­нявшая в маленьком ансамбле роль главного адми­нистратора, позвонила по указанному в объявлении телефону. Приятный женский голос ответил, что от­бор производится на конкурсной основе. Изложив основные требования, дама на другом конце теле­фонного провода записала группу на просмотр. Де­вочки приложили максимум усилий, чтобы проде­монстрировать себя в лучшем виде, и их надежда сбылась — с ними подписали контракт. Бывалая дама, менеджер фирмы-посредника, заверила деву­шек, что взаимоотношения с мужчинами останутся их личным делом. После этого она забрала паспорта для оформления выездных документов. К их удив­лению, день вылета был объявлен очень быстро, оче­видно, в отделе виз в швейцарском посольстве у фир­мы все было схвачено. Девушек пригласили в офис, где не без элегантности, но по-деловому коротко от­метили их отбытие парой бутылок шампанского и та­релочкой сандвичей, после чего топлес-танцовщиц усадили в микроавтобус. Девушки немного забеспо­коились, когда обнаружили, что везут их не в Шере­метьево. Но сопровождавшая их дама-менеджер объяснила, что поскольку фирма берет на себя транс­портные расходы, то за ней остается право эти рас­ходы по возможности сократить. Через некоторое время она предупредила, что сейчас они будут про­езжать через КПП военного аэродрома, и попроси­ла девушек задернуть шторки на окнах и не разгова­ривать. Танцовщицы улетели на армейском тран­спортном самолете, тяжело груженном каким-то оборудованием в зеленых ящиках. Девушкам это даже понравилось, потому что выглядело как нача­ло увлекательных приключений. Летчики устроили