Страница 44 из 48
9. В связи с этим стоит подробнее рассмотреть вопрос о тех евреях, которые не только отказались вступить в большевистскую банду, но и оказывали ей самое деятельное сопротивление. Многие из них разделили участь простых русских людей. Не трудно догадаться, как в любой банде воспринимается отказ примкнуть к ее «деятельности» и чем это грозит «отступнику». А потом и обрушившиеся на них сталинские репрессии, когда они, без вины виноватые (а иногда и подлинные герои своей страны), получили несколько десятилетий унижений по пресловутому «пятому пункту», отвечая скопом за ту банду, рядом с которой и стоять не хотели. В 1924 году в Берлине на русском языке была издана книга еврейских авторов, эмигрировавших из «комиссарской России». Она называлась «Россия и евреи». Вот что пишет один из авторов Иосиф Бикерман: «Русский человек никогда не видел еврея у власти… Теперь еврей на всех углах и на всех ступенях власти. Русский видит теперь еврея и судьей и палачом, распоряжающегося, делающего дело советской власти. А власть эта такова, что, поднимись из последних глубин ада, она не могла бы быть ни более злобной, ни более бесстыжей…», «… В этой смуте евреи принимают деятельнейшее участие в качестве большевиков, меньшевиков, автономистов, во всех качествах, а все еврейство в целом, поскольку оно революции не делает, на нее уповает и настолько себя с ней отождествляет, что еврея – противника революции всегда готово объявить врагом народа…» Практически все состоятельные евреи, занимавшиеся частным бизнесом, враз потеряли и свое дело и свои сбережения. Их деньги также легли на счета и в сейфы свердловых и троцких. Деньги в чужих карманах бесили большевиков вне зависимости от национальной принадлежности. Они не считали буржуазным злом лишь те деньги, которые лежали в их собственных карманах (весьма показательна история о том, как Ягода дважды обворовывал отца Свердлова еще до революции). Среди защитников Зимнего дворца – юнкеров школы прапорщиков инженерных войск встречаются еврейские фамилии. Евреи принимали участие в беспримерном по своему героизму Ледовом походе добровольцев Корнилова. Еврейская буржуазия финансировала белые отряды куда щедрее, чем вся пресловутая Антанта (одному только атаману Каледину было передано еврейской общиной 800 тысяч рублей). Евреи-офицеры воевали под предводительством Корнилова, Деникина, Юденича… Большевиками была запрещена иудейская религия и ивритская культура. Были ликвидированы крупная и средняя еврейская буржуазия. Вот уж воистину: «Революцию устраивают Троцкие, а расплачиваются за нее Бронштейны». Преступная группировка, захватившая власть, в конечном итоге обманула всех: спонсоров, мировое сообщество, своих религиозных собратьев, не говоря уже о русских «социалистах» и прочих идиотах, мечтавших о «всемирном братстве». Но им не удалось обмануть историю. А что может быть страшнее, чем когда на твою могилу плюют все народы и все религии мира?..
10. За всю историю Вселенской Церкви не было таких страшных, масштабных и кровавых гонений на христианство, как за период «октябрьского переворота». К 1917 году в России насчитывалось 117 миллионов православных по вере людей. Более 54 000 храмов со штатом более 100 000 священнослужителей. То, что произошло потом, сложно осознать даже спустя почти столетие. По указанию Советов повсеместно вскрывались раки с мощами святых (вскрытие мощей преподобного Сергия Радонежского специально для Ленина было заснято на кинопленку – этот бес хотел видеть святотатство своими глазами). Церкви закрывались повсеместно, превращаясь в овощехранилища, дома для сумасшедших, склады… Все это напоминало не столько борьбу с религией, сколько торжествующую пляску бесов, добравшихся, наконец, до своей главной цели – православия. Наивно думать, что закрывались только церкви. Были закрыты принадлежащие Церкви богадельни (дома для инвалидов и престарелых), детские приюты, больницы, школьные помещения. Все их постояльцы были выброшены на улицу, обрекаемые на голодную смерть. Были ликвидированы практически все монастыри, уничтожался созданный духовными усилиями на протяжении сотен лет институт монашества. Погибли ценнейшие иконы и фрески старых мастеров. Никто не в силах говорить о какой-то их «материальной» стоимости. Они были бесценны. Большевики глумились над духовным гением всего русского народа. Под видом «помощи голодающим» были изъяты и проданы за бесценок бессмертные произведения искусства, представлявшие не столько материальную, сколько историческую и духовную ценность. Впрочем, нетрудно догадаться, что и эти деньги пошли не голодающим (документы финансовых потоков от этой «экспроприации» сохранились до наших дней и свидетельствуют фактами), а на оплату услуг наемных отрядов, органов ЧК, на нужды компартий Германии, Турции, в бюджет Коминтерна и на прочие «нужды революции»… Убивали не только священнослужителей, но и церковных старост, расстреливались Крестные ходы. Верующих запугивали таким террором, который не снился и римским аренам, но… В 1937 году, согласно всеобщей переписи, две трети сельского населения и одна треть городского по-прежнему не только считали себя верующими, но и писали об этом в заполняемых документах, прекрасно осознавая, чем это может для них обернуться… Невозможно отрицать, что уничтожение Русской православной церкви было главной задачей богоборческой власти. Как и предупреждал Достоевский, это была поистине религиозная революция. По данным иеромонаха Дамаскина, к 1939 году в Советской России осталось 1277 церквей (из 54 тысяч). На свободе пребывали только четыре правящих архиерея… В дореволюционной России было около тридцати тысяч монашествующих и более 110 тысяч белого духовенства, более ста епископов… Большинство из них были убиты, умерли от голода, пропали в ссылках и лагерях, тысячи приняли мученический венец, предаваемые столь чудовищным пыткам, каких не было со времен средневековья. Указ ВЦИК и Дзержинскому, за подписью Ленина гласил: «…попов надлежит арестовывать как контрреволюционеров и саботажников, расстреливать беспощадно и повсеместно. И как можно больше. Церкви подлежат закрытию. Помещения храмов опечатывать и превращать в склады». За казнь священников выплачивались премии. И их убивали. Распинали, варили в котлах заживо, скальпировали, удушали, заливали рот расплавленным свинцом, топили, насмерть забивали плетьми и рубили шашками… Их не просто убивали. Их мучили за имя Христа. Вот всего несколько примеров: В 1918 году в Херсоне три православных иерея были убиты путем распятия на крестах. Епископ Соликамский Феофан (Ильменский), подвешенный за волосы, был окунаем в прорубь до смерти от переохлаждения. Епископ Михайловский Исидор (Колоколов) был посажен на кол. Епископ Пермский Андроник (Никольский) – похоронен заживо. Архиепископ Нижегородский Иоаким (Левицкий) – повешен вниз головой в соборе Севастополя. Епископ Сарапульский Амвросий (Гудко) – убит, привязанный к хвосту мчащейся лошади. Архиепископ Воронежский Тихон – повешен на царских вратах церкви (вместе с ним были убиты сразу 160 священников в монастыре Св. Митрофания). Убит знаменитый на всю Россию московский протоиерей Иоанн Восторгов, осужденный за «антисемитскую пропаганду». Мефодий, епископ Петропавловский, заколот штыками (в штыковую рану убийцы воткнули крест). Одним из первых среди духовенства был убит настоятель Казанского собора в Петрограде протоиерей Философ Орнатский, известнейший проповедник и создатель множества детских приютов (его расстреляли вместе с сыновьями, причем отказались приводить приговор в исполнение не только красноармейцы, но и китайские наемники. Убит выстрелом из нагана большевистским комиссаром). Протоиерей Иоанн Кочуров после долгих избиений убит путем волочения по шпалам железнодорожных путей. Священнослужитель старец Золотовский принудительно одет в женское платье и повешен… Великая княжна Елизавета Федоровна, основательница Марфо-Мариинской обители, женщина необычайной внешней и духовной красоты, отказалась покинуть Россию в трудные годы, сказав: «Я никому не причинила зла. Да сбудется воля Божия». Была арестована с другими членами царской семьи и в июле 1918 года зверски убита, заживо сброшенная в шахту Алапаевского рудника (согласно показаниям свидетеля, из шахты еще долго доносились молитвенные песнопения, исполняемые женскими голосами). Только с 18-го по 30-й год было умерщвлено более 42 тысяч священнослужителей.