Страница 39 из 69
– Пожалуйста, Кинан, приходи завтра! Кинан обернулся. Гантирец стоял навытяжку, его щупальца были плотно намотаны на руки. Сенсар прилагал все усилия, чтобы лишний раз не испугать землянина.
– Я постараюсь, – наконец выдавил из себя Дэниэл.
Он хотел вернуться и верил в то, что сумеет преодолеть иррациональный страх, хотя сделать это было чрезвычайно трудно. В ту ночь Дэниэл долго не мог уснуть и встал совершенно разбитым.
ГЛАВА 18
В течение нескольких дней Сенсар не видел Райри. Она сослалась на занятость изучением человеческого языка, но, по мнению Сенсара, Райри просто старалась разжечь к себе интерес. Если так, то она выбрала неверную стратегию. В то утро Сенсар достиг не только первого уровня Джи, но даже второго и третьего. Сенсару наконец-то удалось восстановить душевное равновесие, и он не был намерен его терять.
На ежедневную встречу Кинан опоздал. Сенсар и не очень надеялся на его возвращение после того, как Кинан столь спешно ретировался в прошлый раз. Дэниэл старался держаться от Сенсара и гивиша подальше. Сенсар в то утро говорил куда тише, двигался гораздо медленнее, и через некоторое время Кинан совсем успокоился. Они оживленно беседовали, когда в комнату ворвалась Райри и, увидев человека, остановилась как вкопанная.
– Простите, если помешала, – сказала она. – Я вовсе не хотела прервать ваш разговор.
Сенсар насторожился. У него создалось впечатление, что Райри к этому и стремилась, и подозрения его оправдались. Вместо того чтобы уйти, Райри направилась прямо к землянину. Кинан тут же вскочил и стал отступать до тех пор, пока его спина не коснулась стены.
– Райри, оставь Кинана в покое, – сказал Сенсар, вставая. – Ты же пугаешь его!
– Я? – невинным тоном проронила Райри. – Каким образом? Я не хочу причинить ему вреда.
– Но он об этом не догадывается, и я тоже.
Сенсар быстро заговорил с землянином на языке людей, попросив его оставаться на месте. Испуг человека явно привлекал Райри. Кинан удивленно посмотрел на Сенсара. Едва он слегка расслабился, как щупальце Райри без всякого предупреждения метнулось в его сторону. За ним последовало второе. Первое щупальце опутало его грудь, прижав руки к туловищу, второе прикоснулось к лицу.
– Райри, отпусти его! – закричал разгневанный Сенсар.
Он молниеносно схватил щупальце, присосавшееся к лицу человека. Нащупав на руке Райри утолщение, Сенсар надавил на него изо всех сил. Райри отпустила землянина, но не от боли, причиненной ей Сенсаром. Райри наконец добилась внимания со стороны Сенсара Кейкайла Анэйры. Мир, столь тщательно создаваемый Сенсаром, рухнул в мгновение ока.
– Иди! – приказал он Кинану.
Человек что-то пронзительно пропищал в ответ, но Сенсар его уже не слышал.
– Оставь нас! – прогремел гантирец так, что затряслись стены.
Кинан задрожал и попятился к дверям. Там он остановился и опять попытался что-то сказать.
– Иди! – скомандовал Сенсар в третий раз и нетерпеливо добавил: – Не бойся. Просто нам с Райри нужно поговорить. Приходи завтра. Завтра я все объясню.
Но что мог объяснить Сенсар? То, что должно произойти здесь через несколько минут, не принято обсуждать. Объяснить, что такую решительную и сильную женщину, как Райри, удержать невозможно? Что она спровоцировала физиологический контакт, которого искала с самого начала полета? Как объяснить землянину, что одним прикосновением Сенсар зачеркнул все свои многодневные труды? Кинан все равно бы ничего не понял и никогда не поверил бы в то, что от Сенсара в сложившейся ситуации уже ничего не зависело. Ведь земляне всегда самостоятельно несли ответственность за проявление своих эмоций, в отличие от гантирцев. Хуже того, Кинан выразил явное неодобрение отношениям, сложившимся в гантирском обществе. Вряд ли следовало рассчитывать на понимание Кинана, ведь он не был гантирцем.
Кинан все еще оставался в комнате. Райри отчаянно сопротивлялась. Сенсар отпустил ее, и она рванулась вперед. Кинан успел выскочить за дверь и наглухо задраить ее за собой через панель управления. Райри остановилась и, собравшись с силами, неторопливо повернулась назад. Выдержав короткую паузу, она метнула щупальце в рукав Сенсара, нашла утолщение на руке и сдавила его точно таким же движением, как и он пять минут тому назад. Правда, сделала она это так сильно, что у Сенсара перехватило дыхание. Он невольно вскрикнул, а Райри рассмеялась в ответ. Он хотел вырваться из ее объятий, но левое щупальце Сенсара, влекомое неведомой силой, сомкнулось на руке Райри. Сенсар был поражен. Райри оказалась способной к деторождению? Но каким образом? Она приняла чудовищную дозу наркотиков или же природа в конце концов смилостивилась и предоставила ей единственный шанс стать матерью? Впрочем, какая разница? Кожа Райри испускала такие флюиды, что любой из самцов, очутившихся поблизости, сразу же потерял бы голову. Окажись Сенсар в углу комнаты, у него хватило бы времени выйти на один из уровней Джи, но они стояли рядом. Райри могла побиться об заклад, что Сенсар начнет просить защиты у землян, и была совершенно права.
– Райри, пожалуйста! Не делай этого! – умолял Сенсар.
Вместо ответа Райри безжалостно стиснула его сустав, парализовав руку и щупальце Сенсара. Через секунду Райри его отпустила. На мгновение Сенсару показалось, что она решила оставить его в покое, но тут на конце щупальца открылся крохотный рот и принялся обшаривать его тело в поисках желанного места. Когда место было найдено, Райри укусила Сенсара, и поток химических соединений хлынул в его тело. У него закружилась голова, колени подкосились, но Райри его удержала. Сенсару стало жарко, все тело взмокло от пота.
Щупальца Райри неторопливо скользили по его коже, впитывая влагу. Внезапно она задрожала и издала низкий гортанный звук. Взор Райри затуманился, более она себя уже не контролировала. Сенсар должен был прекратить это безумие. Райри инициировала случку, но именно те вещества, которые она ввела ему в кровь, теперь сводили ее с ума. Райри была куда крупнее Сенсара. Избежать совокупления можно было единственным способом – при помощи Джи. О, если бы сейчас ему удалось отключить полностью чувствительность тела и погрузиться в медитацию… Учение приносило немало пользы, но создавалось оно именно для таких моментов. Сенсар сосредоточил в себе все знания, полученные за годы тренировок, и усилием воли отправил себя на первый уровень. Попытка удалась. Дыхание Сенсара успокоилось. Не мешкая, он приступил к переходу на второй уровень. Мысленно он изо всех сил вцепился в спасительную лестницу, но, увы, тотчас же все сорвалось, и тело Сенсара забилось в конвульсиях. Почувствовав сопротивление, Райри снова укусила Сенсара, и новая порция химических соединений попала в его кровь. Правое щупальце Райри обвило его руку.
– Нет! – прокричал Сенсар. – Райри, я не хочу! Пожалуйста, не заставляй меня силой…
Райри нащупала то, что искала, и вновь укусила. Силы окончательно покинули Сенсара, с жалобным стоном он рухнул на пол. Райри наклонилась над ним, продолжая сжимать его руки и добиваясь полного повиновения. Глаза ее остекленели, лицо побагровело. Она повиновалась только инстинкту, полностью отдавшись буре, бушующей в ее теле. Ни Райри, ни Сенсар не получали никакого удовольствия. То была отнюдь не постельная игра, шанс развлечься или получить удовлетворение. Вопрос стал о жизни или смерти, и не для Райри или Сенсара, а для крохотной живой искорки внутри ее тела. О, сколько лет она ждала этого момента! Сколько раз пыталась стимулировать свою природу медицинскими препаратами – и все безуспешно! Но теперь, даже вопреки желанию Сенсара, химия сделает свое дело. Если бы пять минут назад он успел захлопнуть перед ней дверь, тогда, быть может, ему удалось бы этого избежать… Но сейчас было уже слишком поздно.
Лукас снова не выспался, но Кайли ничего не заметила, она и сама всю ночь глаз не сомкнула. После визита гантирцев на капитанский мостик напряженность на звездолете возрастала в геометрической прогрессии. Гантирцы более своих апартаментов не покидали, но инцидент мог повториться, и элементарная осторожность заставляла всех быть начеку. Встречи Кинана с Сенсаром лишь усугубляли напряженность. Несмотря на личное желание Дэниэла посещать гантирцев и обилие ценной информации, которую ему удалось получить, только он да Криставос считали, что пользы от этих встреч больше, чем риска.