Страница 67 из 144
Куин опустил ее на кровать и сел рядом. Положив руку на ее ногу, он начал круговыми движениями поглаживать ее колено большим пальцем.
— Мне так жаль, — хрипло произнесла она.
— Черт, нет, ни за что ни извиняйся. Никогда даже не думай и не говори об этом. Поняла? Это не твоя вина.
— А чья же?
— Не важно.
Дерьмо, он поверить не мог, что выкидыш будет продолжаться неделю или около того. Как такое возможно.
Гримаса, исказившая лицо Лэйлы, сказала Куину о том, что ее накрыла очередная волна боли. Оглянувшись, ожидая увидеть дока Джейн, Куин обнаружил, что они одни.
А это рассказало ему больше, чем все иное, что нельзя ничего поделать в сложившейся ситуации.
Куин опустил свою голову и просто держал ее руку.
Все началось с них двоих.
С ними двумя и закончится.
— Думаю, что я бы поспала, — нарушила тишину Лэйла, сжав его ладонь. — Да и ты выглядишь так, словно и тебе сон тоже не помешал бы.
Куин посмотрел на кушетку, располагавшуюся на другом конце комнаты.
— Ты не обязан со мной оставаться, — прошептала Лэйла.
— А где еще, по-твоему, я должен оставаться?
В голове Куина быстро промелькнула картинка, где Блэй раскрывает свои объятия. Какая фантазия, однако.
«Не прикасайся ко мне так».
Куин тряхнул головой, избавляясь от этих мыслей.
— Я буду спать здесь.
— Ты не можешь оставаться здесь семь ночей к ряду.
— Повторюсь: где еще.
— Куин. — Голос Лэйлы стал резким. — У тебя есть свои дела. Ты же слышал Хэйверса. Этот процесс займет столько времени, сколько ему потребуется, и, вероятно, будет не быстрым. Я вне риска истечь кровью, и честно говоря, мне кажется, что я должна быть сильной перед тобой, а у меня на это нет сил. Пожалуйста, просто приходи и проверяй мое состояние, но если ты обоснуешься здесь на время этого процесса, я просто свихнусь.
Тихое отчаяние.
Это все, что Куин чувствовал, когда сидел на краю постели, держа Лэйлу за руку.
Вскоре после этого, он встал, чтобы покинуть комнату. Конечно, Лэйла права. Ей нужно как можно больше отдыхать, и действительно, вместо того, чтобы сидеть и глазеть на нее, и заставлять ее чувствовать себя как урод, он ничего не мог сделать.
— Я всегда рядом.
— Знаю. — Она поднесла его кулак к губам, и Куина ошеломило, насколько они оказались холодные. — Ты… большее, о чем я могла просить.
— Не-а. Нет ничего, что я…
— Ты делаешь все правильно и надлежащим образом. Всегда.
Зависит от точки зрения.
— Послушай, телефон всегда будет у меня под рукой. Вернусь через пару часов, проведать тебя. Если уснешь, я не стану тебя беспокоить.
— Спасибо.
Куин кивнул и отступил к двери. Когда-то он слышал, что к Избранным не надлежит поворачиваться спиной и решил, что соблюдение этого протокола не повредит.
Он прикрыл за собой дверь и прижался к ней спиной. Единственным, кого он хотел видеть в этом доме — парень, незаинтересованный в…
— Что происходит?
Голос Блэя выражал такой шок, что Куин, было, подумал, будто ему померещилось. А затем парень вошел в дверной проем холла второго этажа, словно все это время ждал его тут.
Куин потер глаза, а затем начал расхаживать. Его тело искало то, о чем Куин молил.
— Она теряет ребенка, — услышал Куин свой мертвый голос.
Блэй что-то пробормотал в ответ, но Куин не обратил на это внимание.
Забавно, но выкидыш не казался чем-то реальным до этого момента, пока он не сказал о нем Блэю.
— Что? — спросил Куин, осознав, что парень ждет от него ответа.
— Могу я чем-нибудь помочь?
Как странно. Куин всегда чувствовал себя так, словно бы появился из утробы матери уже взрослым. Опять же, у него никогда не было дерьма вроде «уси-пуси» и «мой маленький дорогой мальчик», никаких объятий, когда он поранился, никто не баловал его, когда он был напуган. В результате, то ли такой у него был характер, то ли его так воспитали, он никогда не возвращался мыслями в прошлое. Туда незачем было ходить.
И все же, голос, которым он произнес вопрос, принадлежал ребенку:
— Остановить это?
Как будто только Блэй мог сотворить чудо.
А потом… парень сделал это.
Впервые на памяти Куина, Блэй, приглашающе развел руки.
***
— Остановить это?
Блэй содрогнулся, когда Куин произнес эти слова. За многие годы он видел парня во всевозможных настроениях и обстоятельствах. Однако ничего подобного не было. Никогда… парень не был целиком и полностью раздавлен.
Никогда он не выглядел как потерянный ребенок.
Несмотря на необходимость держаться подальше от всякой эмоциональной, связанной с парнем, херни, Блэй, непроизвольно развел руки.
Когда Куин подошел и встал напротив, тело бойца казалось меньше и хилее, чем в действительности. А руки, обвившиеся вокруг его талии, попросту лежали на ней, будто в мускулах не осталось сил.
Блэй удерживал их обоих.
Он ожидал, что Куин быстро отстранится. Обычно парень не мог выдержать любой интенсивный контакт, кроме сексуального, более полутора секунд.
Куин этого не сделал. Казалось, что он готов вечно стоять в дверном проеме гостиной.
— Иди сюда, — сказал Блэй, затягивая мужчину внутрь и закрывая дверь. — Ложись на кушетку.
Куин последовал за ним, его говнодавы шаркали вместо того, чтобы решительно вышагивать.
Добравшись до софы, они присели лицом друг к другу касаясь коленями. Взглянув на парня, в нем самом отозвалась вся печаль Куина, затронув настолько глубоко, что не в силах остановиться, он вытянул руку и погладил эти черные волосы…
Внезапно Куин попросту ослабел, его тело согнулось пополам и буквально рухнуло Блэю в объятья.
Часть Блэя осознавала, что он оказался на опасной территории. Секс — это одно дело, и с ним непросто справиться, после того, как парень его так хорошо оттрахал. Это тихое мгновение? Было всецело губительным.
Вот почему он вылетел к черту из той спальни днем раньше.
Однако, сегодня все было иначе, он мог контролировать это. Именно Куин искал утешения, а Блэй мог отказать в нем или же дать по своему усмотрению. Быть тем на кого полагаются, совершенно отличается от того, чтобы быть просителем… или нуждающимся в помощи.
На Блэя можно было положиться. В этом была некая безопасность, уверенность, стабильность. Это было не похоже на падение в бездну. И черт, если кто и знал что это такое, так это он. Богу известно, он провел там годы.
— Я бы все сделал, чтобы это остановить, — сказал Блэй, поглаживая спину Куина. — Мне жаль…
Ай, слова тут были дьявольски бесполезными.
Так они и сидели невообразимо долгое время; спокойствие этой комнаты завернуло их в своеобразный кокон. Периодически издавали звон антикварные часы на каминной доске, а затем, спустя много времени, на окна стали опускаться ставни.
— Хотел бы я, чтобы было хоть что-то, что я могу сделать — подал голос Блэй, когда стальные панели с лязгом встали на место.
— Тебе, наверное, пора уходить.
Блэй оставил это без внимания. Правда была совсем не тем, чем он хотел бы делиться: табун обезумевших мустангов, заряженные стволы, пожарные шланги, топающие слоны... даже приказ самого короля не смог бы оттащить его от Куина.
Какая-то часть его злилась на это. Не на Куина, а на его собственное сердце. Проблема в том, что с природой не поспоришь… и он начинал это понимать. В разрыве с Сакстоном. В признании матери. В этот момент, здесь.
Куин со стоном поднял туловище вверх и потер свое лицо. Когда он уронил руки, его щеки были красными, как и глаза, но не потому, что он плакал.
Несомненно, его десятилетняя норма слез вышла из него прошлой ночью, когда он рыдал от облегчения, что спас жизнь чьего-то отца.
Знал ли он тогда, что у Лэйлы так плохи дела?
— Знаешь, что самое тяжелое? — спросил Куин, звуча более похожим на самого себя.
— Что? — Бог знает, выбрать было из чего.
— Я видел малышку.