Страница 27 из 28
Дойдя до берега большого озера, он остановился там, убил буйвола и стал питаться его мясом. Когда мясо кончилось, начал он копать рогом буйвола корни и употреблять их в пищу. Раз увидел он, что летит большой коршун, держа белую змею. Страж тогда снял с себя пояс, закусил его и бросился преследовать коршуна. «Во рту огонь горит!» — крикнул он и уронил пояс на землю, а коршун уронил змею. Человек тот подобрал змею, положил ее на охапку травы и прикрыл шляпой.
Между тем из воды вышло много драконов верхом на конях. Выйдя на берег, они стали искать что-то, но не могли ничего найти. После этого к стражу подъехал белый человек в белой одежде, верхом на белом коне и обратился к нему с такой речью: «Я царь драконов Цаган-лабай-тедкегчи[37]. Я потерял своего сына и не могу отыскать его. Не видел ли ты его, человек?» — «Какого вида твой сын?» — спросил страж. «Мой сын — белая змея». — «А, в таком случае, — воскликнул страж, — это я его освободил, отняв его у большой птицы». Сказав это, он достал из-под шляпы белую змею и передал ее царю драконов. Царь драконов с радостью принял своего сына, посадил потом к себе на коня того человека и повез его к себе во дворец. Вернувшись домой, царь драконов собрал всех драконов и устроил радостный пир по случаю того, что сын его нашелся. Затем страж, чувствуя, что не в состоянии оставаться долее, доложил царю драконов о своем желании вернуться. Цаган-лабай-тедкегчи тогда сказал ему: «Ты сделал для меня доброе дело! Раньше ты освободил мою дочь, а теперь нашел и отдал мне единственного моего сына. Я теперь хочу воздать тебе за твои благодеяния!» Сказав это, он пожаловал стражу суку красного цвета, пестрый ковер и палку из раковин. Проводив его до края воды, царь драконов наказал ему: «Если ты будешь нуждаться в чем-либо, в каких-нибудь предметах или кушаньях, ударь раковинной палкой по ковру, и все тогда появится». Затем царь драконов предсказал стражу: «От тебя родятся четыре сына, которые сделаются царями-владыками Джамбудвипы». Страж привел собаку, которую подарил ему дракон, к себе. Сука стала по ночам превращаться в деву и была по ночам его женой; с наступлением же дня она надевала опять собачью шкуру и ходила под видом суки. Однажды, когда ее муж ушел, дева сняла с себя собачью шкуру и в своем прекрасном образе пошла купаться. Тут пришел ее муж, взял да и сжег ее собачью шкуру. Вернувшись, дева сказала мужу: «Теперь ты уже не будешь в состоянии удержать меня!» — и прибавила еще несколько беспокойных слов.
Потом пошла она еще раз купаться; у нее тогда оторвалось несколько волос, которые уплыли вниз по воде. А при устье той реки жил один могущественный царь. Служанка этого царя пошла за водой и зачерпнула в ковш вместе с водой и волосы. Когда она посмотрела, то оказалось, что волосы те были пятицветными и состояли из семи драгоценностей. Служанка пошла к царю и поднесла ему найденные волосы. «Очевидно, в верховьях этой реки живет красивая девица — владетельница этих волос», — сказал царь и отправил воинов с приказом разыскать и привести к нему ту девицу.
Когда воины, подымаясь вверх по реке, стали приближаться, жена, заметив их, сказала своему мужу: «Увы! Теперь мы не сможем жить вместе! Нет никакого средства! Пока не истечет год, я буду тебя поджидать, прибегая к хитрости. Пятнадцатого числа месяца Пауша[38] — этот день пусть будет назначенным днем встречи — я выйду в павильон царского дворца. Ты же в это время подойди к тому месту, надев на себя платье из сорочьих шкурок, и начни разные танцы под павильоном. Тогда уж я сумею что-нибудь устроить!» Едва она успела сказать это, как явились воины, забрали ее и представили своему царю.
Страж вслед затем стал, согласно словам своей жены, ловить сорок, убивать и снимать с них шкурки. После этого он сшил себе из этих шкурок платье. Надев его, он отправился пятнадцатого числа месяца Пауша к царскому дворцу. Царь со своей супругой находились тогда в павильоне, который возвышался над дворцом. Страж начал плясать в своей одежде из сорочьих шкурок, что вызвало улыбку и смех царицы. Заметив это, царь сказал ей: «Как я тебя ни развлекал в течение этого года, что только тебе ни говорил, ты ни разу не засмеялась. Почему же ты теперь рассмеялась играм этого простого человека?» — «Я засмеялась тому, что этот человек надел одежду из сорочьих шкурок! — отвечала царица. — А как я буду хохотать, если ты, царь, наденешь такую одежду!» Царь не оставил без внимания слов царицы; он поднял на веревке плясавшего человека к себе наверх, надел его одежду из сорочьих шкурок и спустился вниз. Тогда тот человек принял вид царя и грозно повелел следующее: «Если снаружи придет человек в вывороченном наизнанку платье и станет называть себя царем, спустите на него собак!» Царя таким образом и убили.
У нового же царя родилось четверо сыновей. Старший из них прославился под именем благоверного индийского царя, потому что в один день перевел святое учение[39] на тысячу языков небожителей и людей и воздвиг тьмы храмов.
Следующий за ним прославился как хан монголов; он был преисполнен страшной силы и мощи и мог прострелить четыре повозки, не дав стреле упасть на землю.
Следующий за ним прославился под именем Гесер-хана[40], предводителя воинов, потому что благодаря своей волшебной силе мог испускать тьмы воинов из пор своего тела.
Младший же стал известен под именем Ирбис-Барса[41] («Леопард-Тигр»), царя богатств, посылающего в один день четырех воинов в четыре страны света и достающего волшебную драгоценность, удовлетворяющую желания.
В то время мир Джамбудвипа находился в цветущем состоянии.
Между тем царевич Амугуланг-Едлегчи доставил Волшебного мертвеца учителю Нагарджуне. До сих пор Волшебный мертвец находится в пещере скалы, называемой Серюн-ӧй («Прохладная роща»), на горе Цогту («Блестящая») в южной Индии и известен под именем Сиддитю-Алтан («Волшебное золото»). Вот почему, после того как Волшебный мертвец был туда доставлен, долголетие людей и их добродетели увеличились, дела их стали процветать, а право и религия распространяться повсюду.
Библиография
Переводы Сидди-Кюра с монгольского и ойратского:
Галсан Гомбоев. Шидди-Кур. Собрание монгольских сказок. Перевод с монгольского на русский язык[42]. Предисловие академика А. Шифнера. «Этнографический сборник РГО», вып. VI. СПб., 1864, стр. 1—102.
B. Jülg. Die Märchen des Siddhi-Kür, kalmükischer Text mit deutscher Übersetzung. Leipzig, 1866.
B. Jülg. Mongolische Märchen-Sammlung, die neun Märchen des Siddhi-Kür nach der ausführlicheren Redaction, mongolisch mit deutscher Übersetzung und kritischen Anmerkungen. I
Лер. Калмыцкие сказки. С шестью картинами. М., 1873.
Лерош. Калмыцкие сказки. М., 1872.
Sagas from the Far East, or Kalmouck and Mongolian traditionary tales with historical preface and explanatory notes, by the author of «Patrañas». London, MDCCCLXXIII[44].
Переводы отдельных рассказов из Сидди-Кюра встречаются в следующих сочинениях:
Найман Бадмаев. Сборник калмыцких сказок. Астрахань, 1899.
А. Н. Беннигсен. Легенды и сказки Центральной Азии. СПб., 1912[45].
B. Bergma
H’on Wlislocki. Märchen des Siddhi-Kür in Siebenbürgen. 1887.
«Contes Kalmoucks». «Revue Brita
O’Co
Перевод осьмой сказки монгольской Исидди, «Журнал новостей», 1805, т. 1, №2.
Г. Н. Потанин. Тибетские сказки и предания. «Живая старина», 1912.
G. L. Ramstedt. Kalmükische Sprachproben, I. Mémoires de la Société Fi
А. Д. Руднев. Баргу-бурятская сказка. «Труды Троицкосавско-Кяхтинского отделения Приамурского отд. РГО», т. III, вып. 2—3. Иркутск, 1902.
А. Д. Руднев. Хори-бурятский говор, вып. 3. СПб., 1913—1914.