Страница 8 из 17
— Здравствуй, «Овод»! Вот, пока дожидался, собрал молодых опят, будет тебе, чем оправдаться.
— Спасибо, Иван Иванович, удружили, а как же себе? Может, отсыплете.
— Нет, у меня припасена и вторая кошелка, полная грибов.
— Когда же вы успели?
— Далеко ходить не пришлось, тут кругом все усеяно грибами, мне хватило одной поляны, чтобы собрать две корзины.
Они вошли в избу и, присев за стол, стали о чем-то тихо говорить.
— Так, с первым вопросом ясно, перейдем ко второму. Что тебя в нем смутило? — спросил Сорокин.
— На сборах в лагере он был инструктором и мастерски владеет боевыми приемами спецназа. Недавно у него была возможность дважды меня ликвидировать, сила была на его стороне, но он этого не сделал, а, наоборот, помог мне. Я понял, что он меня сразу узнал, улыбнувшись мне, как старому знакомому.
— Он говорил с тобой о тех временах и о лагере подготовки диверсантов?
— В том-то и дело, что нет, он даже намеком в беседе не упоминал об этом. Вот это для меня странно.
— Ты думаешь, он что-то задумал?
— Возможно. Его уступчивость чрезмерно подозрительна.
— В таком случае я дам команду спецгруппе «Оса» распотрошить его и ликвидировать.
— Я думаю, только распотрошить! После этого мне необходима с ним встреча с глазу на глаз.
— Я ее тебе устрою, «Овод»!
Пришелец, распрощавшись, вышел из избушки, сел в автомобиль и уехал.
Иван Иванович присел на скамеечку, закурил сигарету и задумался. Он вспомнил еще совсем молодого «Овода», когда тот вернулся из секретного и опасного задания живой. Тогда за успешное выполнение задания он получил свою первую награду — орден Красной Звезды. Вся спецгруппа, кроме «Овода», во главе с тем инструктором, которого только что упоминали, не вернулась. Значит, они все погибли. А сейчас, через много лет, выясняется, что Павел Жмайлик жив. Он даже псевдоним оставил себе прежний, «Питон».
— Что же ты делаешь, «Питон», в этом тихом городке? Ведь твоя родина — Белоруссия, — произнес Сорокин.
Афганистан. 1995 г.
Вертолет ВС США летел на высоте триста метров, облетая небольшие возвышенности. В кабине пилотов в правом кресле находился полковник ЦРУ Брокман. Он попросил командира экипажа передать ему управление. Командир, улыбнувшись, кивнул ему, Брокман взял управление в свои руки и стал рассказывать:
— Да, когда-то в молодости я был первоклассным пилотом вертолета. Воевать пришлось во Вьетнаме, там я попал в переделку, был сбит, ранен, потом плен. Спасибо русскому «спецу», который меня отпустил. Благодарен я этому русскому «Апостолу», его все местные люди знали по этому псевдониму, он там пользовался уважением среди «вьетконговцев». Дай-ка вспомню. Ах, да, его имя, кажется, Михаил. Если бы не авторитет «Апостола», не было бы меня сейчас, а значит, и моих детей.
— Надо же, как вам повезло, — отреагировал пилот.
— Еще как повезло, — произнес полковник.
Брокман подумал: «Когда буду в России, надо бы найти «Апостола» и поблагодарить».
В салоне вертолета в удобном кресле расположился генерал Джеймс Дрейк, именно он был инициатором разработанной им программы по распространению современного наркотика «Z-999», этого сильнейшего оружия против молодого поколения России. Сейчас он летел с Брокманом, чтобы прорубить «окно» с юга. Не считаясь с международной Конвенцией, ему необходимо было с юга нанести удар по России.
Сейчас, как и прежде, Брокман сжимал в руках ручку управления вертолетом. Вот он сделал вираж вправо, затем вираж влево, огибая небольшие горы. Впереди показалось глубокое ущелье, в которое нырнул вертолет. Управление вертолетом в ущелье держать нужно было уверенно, никаких отклонений в сторону, иначе нарушится режим полета — и гибель. Командир экипажа, контролируя полет, подстраховывал Брокмана. Неожиданно вертолет вылетел из опасной зоны, под ними оказалась небольшая равнина и речушка, которая, петляя, проходила мимо. Брокман немного убрал обороты двигателя, сделал крутой вираж и профессионально посадил вертолет на заранее обозначенное место. Заглушив двигатель, Брокман спросил пилота:
— Ну как?
— Великолепно, господин полковник!
— Да, а прошло уже двадцать пять лет с тех пор, как я перестал летать.
— Старую школу видно по полету, Эдуард Карлович.
— Верно! Старая школа есть старая школа! Прежде чем сесть в кабину настоящего вертолета, сколько пришлось попотеть на тренажере, а потом полеты, полеты, огромный налет часов и днем, и ночью, горючего не жалели.
Через некоторое время генерал и полковник вышли из вертолета, их встретил капитан спецподразделения. Лихо козырнув, он подошел ближе к высокопоставленным офицерам ЦРУ:
— Здравствуйте, господа.
— Здравствуй, капитан Рейдар, — отреагировал генерал и продолжил: — Какова обстановка?
— Спецподразделение ждет вас, готовое выполнить любое ваше приказание.
— Хорошо, Билл, меня радует ваша уверенность.
Они прошли сто метров и вошли в палатку. Там сидел агрессивно настроенный молодой азиат. Дрейк и Брокман внимательно посмотрели на него, и генерал Дрейк, обратившись к капитану, произнес:
— Он по-английски понимает?
— Нет, господин генерал, он знает афганский диалект.
— Билл, переведи ему.
Дрейк присел на угол стола, на котором была разложена полевая карта. Обращаясь к азиату, он стал задавать вопросы, а Билл — переводить.
— Как тебя зовут?
— Ахмед.
— Правда, что Дауд Шах — твой брат?
— Да, правда, я его младший брат.
— Когда я узнал, что брат моего друга Дауд Шаха попал в беду, я приказал спасти тебя от талибов и сам со своим помощником специально прилетел сюда, чтобы своими глазами убедиться в этом. Сейчас я вижу, что ты жив и здоров, и поэтому лично хочу передать тебя твоему брату.
— Спасибо, спасибо, я этого никогда не забуду.
— Сейчас со мной ты полетишь на вертолете и скоро увидишь своего брата.
Азиат улыбался и качал головой в знак благодарности. Они вышли из палатки и в сопровождении капитана Рейдара пошли в сторону вертолета. В салоне вертолета их уже ожидало спецподразделение. Вертолет раскрутил свои винтокрылые лопасти до максимума, оторвался от земли и, набирая скорость, полетел в набор высоты. Набрав высоту две тысячи метров, он на максимальной скорости торопливо летел на север.
Примерно через час винтокрылая птица благополучно совершила посадку в окрестностях базы Дауд Шаха, в горах на севере Афганистана.
Дауд Шах радостно встретил прибывших американцев. Вдвойне был рад он освобождению своего брата Ахмеда, с которым они обнялись. Предводитель банды «Слуги дьявола» торжествовал, он был очень благодарен своим гостям за то, что такие высокие чины из ЦРУ обратили на него внимание и порадовали его своим посещением. Он пригласил их в дом, к столу, который изобиловал разнообразными блюдами и вином. Гости и хозяин принялись за трапезу. Выпив вина и плотно закусив, Дауд Шах еще раз поблагодарил их за спасение брата. Он понимал, его брат — это лишь повод, просто так высокие гости из Америки к нему не прилетели бы, значит, им было что-то нужно.
— Чем я могу быть вам полезен, господа? Теперь, как я понимаю, моя очередь вам помочь?
— Верно понимаешь. Кривить душой не будем, твоя помощь нам нужна.
— Я готов помочь! Две тысячи штыков я могу поднять хоть сейчас. Скажите, куда идти и что делать. Мои джигиты выполнят любой приказ.
— Спасибо, Дауд Шах! Нам не это нужно. Пусть твои люди сейчас выйдут из комнаты, нам надо переговорить.
По приказу главаря охрана вышла из комнаты. Генерал Джеймс Дрейк ближе пододвинулся к Дауд Шаху и тихо на местном наречии (язык он знал в совершенстве) сообщил ему суть своего предложения. Оно заключалось в следующем. Перед переброской через границу основного товара «Z-999» необходимо было проверить надежность этого «коридора», а поэтому необходимо было сделать контрольный переход с менее ценным товаром — героином, только после положительного результата можно было переправлять основной товар «Z-999». Дауд Шах от такого предложения был безмерно счастлив и дал на это мероприятие свое согласие. После этого они обнялись. Полковник Брокман передал Дауд Шаху дипломат с инструкциями, а также задаток в американской валюте.