Страница 22 из 26
Но путь в подземелье лежит через кухню. Другого пути нет. И времени на раздумья тоже нет. Скоро встанет солнце, все в замке проснутся, и тогда уж он точно не сможет прокатить по кухонному полу катушку и остаться незамеченным. Так что придётся перебраться на другой конец кухни сейчас, в присутствии этой мышененавистницы Поварихи.
Десперо подсобрал остатки отваги и сил и снова покатил катушку — вперёд и вперёд, к двери в подземелье.
Повариха тут же оторвалась от кастрюли и застыла. Только капли супа капали на пол с ложки.
— Кто здесь? — громко спросила Повариха.
Глава сорок четвёртая
Чьи это уши?
— Кто здесь? — снова окликнула Повариха.
Десперо предпочёл промолчать. Он замер.
На кухне воцарилась абсолютная тишина.
— Хм, — сказала наконец Повариха. — Никого. Должно быть, послышалось. Всё мои дурацкие уши: как разволнуюсь, они сразу слышат невесть что. И уши дурные, и сама я дура старая, дёргаюсь на любой шум! — Она снова повернулась к плите: — Просто боюсь, что застукают меня с этим супчиком.
Мышонок устало облокотился на катушку. Сердечко его колотилось, лапки дрожали, но тут произошло нечто совершенно удивительное.
Влетевший в окно ночной сквозняк заплясал над плитой и, подхватив ароматный парок, курившийся над кастрюлей, полетел дальше, в другой конец кухни, и донёс запах супа до самого носа Десперо.
Десперо поднял голову. Принюхался. Жадно втянул аромат супа в обе ноздри. Никогда в жизни не доводилось ему вдыхать столь восхитительный, неповторимый запах! Он словно пил его, и от каждого глотка становился сильнее и отважнее!
Повариха склонилась над плитой, окунула черпак в кастрюлю и вынула его полнёхоньким — с супом. Разок подув на суп, она нетерпеливо отпила с краю и проглотила…
— Хммм! — Довольно хмыкнув, она сделала второй глоток. — Чего-то не хватает. Кажется, соли.
Отложив черпак, она взяла огромную солонку с дырочками, перевернула и принялась вытряхивать соль в кастрюлю.
А оживший от запаха супа Десперо с новой силой упёрся плечом в катушку.
— Главное, идти побыстрее, — говорил он сам себе, отправляясь в путь через кухню. — И ни о чём не задумываться.
Повариха резко обернулась.
— Да кто здесь, в конце-то концов?! — возмущённо крикнула она, не выпуская из рук солонку.
Десперо снова замер. И спрятался за катушку, потому что толстуха решительно взяла в руки свечку и подняла её над головой.
— Гмм… гмм… — озадаченно хмыкала Повариха.
Неровный свет приближался.
— Что это? — ахнула она.
Свет упал на длинные уши Десперо, торчавшие из-за катушки с нитками.
— Так! Чьи это уши?
И тут свеча ещё немного сместилась и осветила Десперо целиком.
— Мышь! — возмутилась Повариха. — У меня на кухне мышь!
Десперо закрыл глаза. И стал готовиться к смерти.
Он ждал. Ждал… А потом вдруг услышал смех.
Тогда он отважился открыть глаза. И посмотреть на Повариху.
— Ха-ха-ха! — Она так и заливалась хохотом. — Это ж надо! Впервые в жизни я радуюсь, увидев на кухне мышь! Спрашивается — почему? Ха-ха! Да потому что мышь — это не королевский стражник. Она меня не накажет за то, что я сварила себе супчик! Мышь не сошлёт меня в подземелье за то, что я не выбросила свою ложку-поварёшку. Подумать только! Я, Повариха, рада видеть мышь!
Толстуха раскраснелась от хохота. Огромный живот её ходил ходуном.
— Ха-ха-ха!!! — не унималась она. — Ко мне пожаловала не какая-нибудь мышь! Особенная! С иглой на поясе! И без хвоста! Вот так мышка! Ха-ха-ха!!!
Она хохотала, закинув голову и оттирая выступившие на глазах слёзы.
— Ты кто: мальчик или девочка? Да ладно, не важно. Только вдумайся, мышаня! До чего ж чудные настали времена! А раз такое дело, нам с тобой надобно заключить мир. Нет, перемирие. Я не стану спрашивать, что тебе понадобилось на моей кухне, а ты за это никому не расскажешь, что я тут готовлю по ночам.
Она вернулась к плите, поставила свечку, снова сунула в кастрюлю черпак, вынула его до краёв полным супа и, причмокивая, отпила глоток.
— Чего-то не хватает… Пока чего-то не хватает… Только чего?
Десперо так и сидел на полу, не смея шевельнуться. Его парализовало страхом. Из его левого глаза выкатилась слезинка… Ведь он был готов принять смерть от руки Поварихи.
А она над ним посмеялась. Понимаешь, читатель?
Десперо даже сам удивился, до чего обидным показался ему этот смех.
Глава сорок пятая
Вот так суп!
Повариха помешала суп и, отложив черпак, снова взялась за свечу. Она снова захотела посмотреть на Десперо.
— Чего ж ты ждёшь? — удивилась она. — Беги! Беги же! В другой раз от меня живым не уйдёшь! Это твой единственный шанс.
До Десперо снова долетел аромат супа. Он поднял нос, принюхался. Усики его задрожали.
— Да. Представь. Пахнет самым что ни на есть настоящим супом. У нас, между прочим, пропала принцесса. Тебе, конечно, невдомёк, кто это. Да и на что она тебе сдалась? Но она такая милашка, спаси Господи её душу! И вот — пропала! Ужасные времена. А когда наступают ужасные времена, лучший ответ — это суп! Ну как, пахнет ответом?
— Пахнет. — Десперо кивнул.
Повариха снова повернулась к плите, поставила свечу и взялась за черпак — пора было помешать суп.
— Тёмные, мрачные времена, — заключила она и покачала головой. — А с супом этим… я просто лукавлю… пытаюсь себя обмануть. Кому нужен суп, если его некому есть? Если некому порадоваться этому супу всем сердцем…
Она вдруг перестала мешать. И взглянула на Десперо.
— Эй, мышаня! Супчику хочешь?
Не дожидаясь ответа, она взяла блюдце, плеснула туда немного супа и поставила блюдце на пол.
— Ну, иди сюда, — позвала Повариха. — Я тебя не обижу, честное слово.
Десперо подёргал носиком. Потрясающий, вкуснейший аромат! Не спуская бдительного взгляда с Поварихи, мышонок выбрался из-за катушки и подбежал чуть ближе к блюдцу.
— Не стесняйся! Пробуй!
Мышонок залез в блюдце, встал лапками прямо в суп и, прильнув ртом к душистой поверхности, сделал первый глоток. Вот так вкуснота! Куриный бульон, с чесноком, с кресс-салатом.
Читатель, ты помнишь, что точно такой бульон подавали на последний обед королевы?
— Ну как? — Повариха с тревогой ожидала приговора.
— Очень вкусно, — ответил Десперо.
— А чеснока не многовато? — Толстые пальцы нервно перебирали край фартука.
— Нет же! — сказал Десперо. — Замечательный суп.
Наконец Повариха улыбнулась.
— Вот и славно. Супчик ещё никому не повредил. Ни человеку, ни мыши.
Склонив головку, мышонок сделал второй глоток, а толстуха стояла над ним и, улыбаясь, приговаривала:
— Так, значит, вкусный, говоришь? И всего в нём достаточно?
Десперо успевал только кивать. Шумно, большими глотками он пил бульон и, лишь выпив всё, до последней капли, выбрался из блюдца — с намокшими лапками, каплями супа на усах и круглым, сытым животом.
— Неужто наелся уже? — всплеснула руками Повариха. — Ну, съешь ещё ложечку, а? Ну, пожалуйста!
— Не могу больше, — ответил Десперо. — И вообще я очень спешу. Я ведь иду в подземелье спасать принцессу.
— Ты? Спасать принцессу? — Толстуха опять расхохоталась. — Нет, вы только поглядите на него! Мышь спасает принцессу!
— Да, — твёрдо сказал Десперо. — Я принял вызов судьбы.
— Тогда иди. Уж кто-кто, а я тебе мешать не стану.
Повариха распахнула перед мышонком дверь, ведущую к лестнице в подземелье, и он перекатил катушку через порог.
— Удачи тебе! — сказала толстуха напоследок и, не удержавшись, снова хихикнула. — Уж ты спаси принцессу, не подкачай!
Закрыв за ним дверь, Повариха тяжело прислонилась к ней и пожала плечами.
— Ну не знаю! Если это не сигнал, что в нашем королевстве что-то прогнило, тогда и не знаю, что нас образумит. Подумать только: я, Повариха, кормлю мышонка супом! А потом ещё желаю ему удачи, потому что он, видите ли, отправился спасать принцессу! Ну и дела! Ну и времена!