Страница 39 из 64
Конечно, счастливая мамаша могла бы замять это дело еще в роддоме. Договориться, к примеру, с главврачом, сделать ему небольшой подарок и отказаться «втихую» от черного ребенка. И там же без лишней огласки усыновить новорожденного малыша, от которого решила отказаться какая-нибудь несовершеннолетняя московская мамаша. Но она повела себя очень глупо. Испугавшись мести законного супруга, она устроила в роддоме скандал, что ей подменили родного белого ребенка на черного. Это заявление так возмутило медперсонал, что главврач приказал составить соответствующий акт с подписями свидетелей родов и выставил молодую мамашу вместе с новорожденным за ворота вверенного ему учреждения. А там ее ожидал недоуменный и грозный взор новоиспеченного папаши.
Фээсбешник оказался не умнее своей жены. Он, конечно, не поверил причитаниям супруги о том, что ребенок подмененный. Пригрозив ее удавить, он прибыл в детсад УПДДК и начал там «качать права». Его гнев вылился на голову ни в чем не повинной Софки-тусовки. Сотрудник органов орал и матерился, пару раз доставал пистолет, грозил закрыть это «гнездо разврата» и пересажать весь его персонал.
На резонный вопрос Софки: «А какие, собственно, к нам претензии?» – горе-папаша отвечал, что у него есть на детский сад «масса материала», к тому же он провел расследование и выяснил, что это учреждение – единственное место, где его жена могла общаться с представителями другой расы. Еле его выпроводили.
Но фээсбешник не утих. А все потому что молодая мамаша вела себя противоречиво. С одной стороны, она продолжала утверждать, что ребенка подменили, а с другой – проявляла к нему искренние материнские чувства. Это подлило масла в огонь домашних разборок. Чтобы хоть на какое-то время избавиться от скандалов, кормящая мать вышла на работу, но муж и там ее доставал, а кроме того, продолжал досаждать Софке, угрожая привести свои угрозы в исполнение. В этих боях Софка закалилась и осмелела. Когда фээсбешник явился в очередной раз со своими претензиями, она выставила его вон, сама перейдя в атаку.
– Какое отношение ваши семейные разборки имеют к нашему образцовому детскому учреждению? – кричала она. – Дома разбирайся, козел рогатый… – И глаза ее при этом пылали праведным гневом.
Потом она вызвала проштрафившуюся мамашу.
– Ну, – сказала Софка тоном следователя, – признавайся!
Воспитательница принялась хныкать:
– Клянусь, не знаю, откуда все это. Может, это бацилла какая в меня залетела. Или фильм с негром в главной роли посмотрела во время беременности. Я вообще очень мнительная.
– Вот что, – строго сказала Софка. – Я ведь тебе не муж. Это ему ты можешь лапшу на уши вешать по поводу своей мнительности. Меня уже достали эти скандалы, поэтому предупреждаю в последней раз: или ты рассказываешь мне все, как было, или пишешь заявление об уходе. Но если честно признаешься, то об этом ни одна живая душа не узнает. Выбирай.
Внезапно слезы у мамаши высохли. Она поняла, что с Софкой-тусовкой можно говорить как женщина с женщиной.
– Знаешь, Софа, – доверительно произнесла она, – это какое-то чудо природы. С мужем я занимаюсь этим почти каждый день и еще двух постоянных русских любовников имею. И никогда не предохранялась – не могу я зачать, и все. Мне еще в шестнадцать лет в женской консультации такой диагноз поставили. Сначала я огорчилась, а потом решила, что нет худа без добра. Трахаюсь в свое удовольствие и без всяких последствий. А что касается негра, то ты его знаешь. Военный атташе посольства Ганы. Ну, такой красавец здоровенный, он к нам двух своих близнецов по утрам завозит. Глянулся он мне. Тем более что негра у меня никогда не было. Индус был, араб был, даже японец был – ничего, кстати, особенного. А тут захотелось мне черненького. И скажу тебе, Софа, как на духу, всего один разочек и попробовала. Ну, сколько там времени у нас было – прямо у него в машине в обеденный перерыв. И вот результат. Но это я рассказала тебе как женщина женщине, а для мужа ребенок у меня подмененный.
– Как женщина женщину я ее очень даже поняла и простила. Теперь мы лучшие подруги. А с мужем она развелась, – завершила свой рассказ Софка-тусовка.
Пьер расхохотался.
– Спасибо, Алекс, и за «тусовку», и за Софку. Ты меня развеселил. Еще одной русской загадкой для меня стало меньше.
– А что? Их много? – Ну, как же! Загадочная русская душа – модная тема. Русские обычаи тоже для нас загадка. Вот был со мной такой случай…
Русские блины
В Монте-Карло, неподалеку от главной площади, находится казино с названием «Русские безумства». Видимо, ваши соотечественники своей неуемной гульбой сильно врезались в память местным жителям.
А как напоминание о занесенной снегами России в одном из ресторанов Монте-Карло есть блюдо «Блины а-ля рюс». Когда я отмечал там день рождения, моя подруга робко спросила:
– Я могу заказать русские блины?
– Конечно, бери что хочешь.
– Но порция стоит триста евро!
– Ладно, – согласился я, – все-таки праздничный день.
А себе я заказал мясное ассорти на гриле. После легких закусок к нашему столу подкатили сверкающее блюдо и принялись разделывать жареную телятину, свинину и баранину, отрезая длинными ножами готовые куски.
Я предложил подруге попробовать мясца, но она отказалась и объяснила:
– Давно хотела отведать блинов по русскому рецепту.
Я же наслаждался отменным мясом, и только когда уже не мог на него смотреть, гриль укатили. А блинов все не было. Я поинтересовался у мэтра о заказе моей подруги, но он с важным видом сообщил:
– Я не забыл.
После третьего напоминания он торжественно пересек зал, остановился у нашего столика и на манер циркового шпрехшталмейстера произнес:
– Внимание, дамы и господа! Блины по-русски!
В зале погас свет. Из невидимых динамиков раздались звуки знаменитого «Танца с саблями» Арама Хачатуряна. Неистово размахивая стальными тесаками, в центр ресторанного зала вбежали артисты, переодетые в русские косоворотки. Они изображали яростный бой. Двое официантов, тоже в косоворотках, сделав большой круг по залу, подкатили к нашему столу тележку. Третий и четвертый официанты эффектными жестами приподняли серебряные крышки над стопкой блинов и большой хрустальной бадьей с черной икрой. Пятый официант положил на тарелку моей подруги блин. Шестой красавец в косоворотке серебряной ложечкой с длиннющей ручкой украсил блин небольшим количеством икры. Все это сопровождалось сверканием бенгальских огней. В зале раздались аплодисменты, потому что в этот момент к нашему столику были прикованы все взоры. Мэтр лично налил вино в наши бокалы, потом сделал знак. Тележку эффектно укатили, а фехтовальщики ретировались, к сожалению так и не убив друг друга. Музыка стихла. В зале зажгли свет.
Моя голодная подруга довольно быстро управилась со своим блином и поинтересовалась, а когда же ей подадут следующий. Я спросил о том же у мэтра.
– Сейчас принесем, простите, месье, но я подумал, что с блинами уже покончено, – ответил он с присущим ему достоинством.
– То есть как покончено? – не понял я. – Мы заплатили за них триста евро!
– Верно, месье, вы заплатили триста евро за артистов, костюмы и музыку, – сказал он и добавил доверительно: – Ведь это блины по-русски!
– Это, Пьер, типичный пример того, как тут у вас представляют себе русскую жизнь. Скажу тебе больше. Над Каннами, в Мужане, есть ресторан «Петербург». Невзрачное с виду сооружение – полукруглый металлический ангар. Построил его один француз, женившийся на русской красотке. Заведение, несмотря на всю его убогость, пользуется у французов большой популярностью. Хозяин придумал такой трюк – при входе всем посетителям наливают по чарке «русской медовухи », сделанной по какому-то самопальному рецепту (медицинский спирт с медом – жуткая дрянь!). Не привыкшие к таким крепким напиткам, французы сразу теряют голову – орут, поют хором, залезают на столы. Словом, делают то, что никогда бы не позволили себе во французском ресторане. А в мужанском « Петербурге » с удовольствием… В Московском Доме кино я был свидетелем сцены, от которой разорвалось бы сердце любого неподготовленного европейца.