Страница 29 из 66
То есть жителям Запада придется на своей шкуре познать все то, что мы познали, начиная с начала 1992 г. Им придется обнищать и превратиться в тех, кто вынужден искать любую работу. В общем, попробовать на себе все то, что обеспечили нам Ельцин, Гайдар, Чубайс (и далее по списку). Но вот согласятся ли западники все это терпеть — или взбунтуются?
Если же массы начнут бунтовать, то ухудшат экономическую ситуацию. А от этого усилятся бунты. Возникнет та самая страшная причинно-следственная петля. Социальные взрывы как часть экономического кризиса, переводящие его на грань революции и гражданской войны. И знаете, обстановка напоминает лично мне не только начало 90-х на наших просторах, но и начало 1930-х гг. в мире.
Причем в Европе одним из выходов для масс кажется сепаратизм (массы всегда тупы и ищут нарочито простые решения). Мол, на нас в Европе все равно никто не нападет. Мы все равно останемся в Евросоюзе. Но если мы отделимся от Мадрида (Парижа, Лондона, Брюсселя и т. д.), то нам не придется платить в Центр налоги. Мы оставим их себе — и сможем на локальном уровне решить проблемы с финансированием.
Впереди процесса оказалась сегодня Каталония (обогнав фламандских сепаратистов в Бельгии). Каталония потребовала де-факто своей независимости, в Барселоне в июле 2010 г. прошла миллионная манифестация сторонников сепаратизма. По проекту новой конституции (поддерживаемой манифестантами) каталонцы объявляются нацией, отдельной от испанской. Их язык становится в Каталонии даже не равноправным с испанским, а «предпочтительным». Конституционный суд Испании, признав все это незаконным, вызвал массовые выступления в Барселоне. Дальше проблема каталонской самостийности, боюсь, будет лишь нарастать по мере ужесточения кризиса в Европе и мире.
Но что будет, если Каталония (а это — 25 % ВВП страны) выйдет из состава Испании? Испания, лишенная такой налоговой базы, моментально станет банкротом (у нее и так страшная задолженность, 20 %-ная безработица и плохо скрываемые попытки получить помощь от МВФ). Без Каталонии страна не сможет выплатить даже проценты по своим долгам! А это значит, что Евросоюз начнет биться в финансовых конвульсиях. Тут от долгов маленькой Греции ЕС юзом пошел — чего уж говорить об угрозе дефолта Испании? Такой взрыв сдетонирует долги остальных «европостран». И покатится дальше такой ком, что не приведи господь.
Отделение Каталонии спровоцирует отделение Фландрии от Бельгии, а Падании — от Италии. С соответствующим приведением к угрозе дефолта обеих стран. Если же вослед за Каталонией последует и Страна Басков, то дефолт Испании просто предрешен. Евросоюзу не хватит никаких фондов, чтобы предотвратить свою катастрофу.
Но еще страшнее будет, если попытка Каталонии отделиться вызовет вооруженные столкновения и гражданскую войну в Испании. Думаете, нереально? Очень ошибаетесь.
Безоблачное небо и тень гражданской войны
Когда Барселона сотрясалась митингом сепаратистов, автор этих строк читал замечательную книгу Николая Платошкина «Гражданская война в Испании. 1936–1939».
Каталонский сепаратизм стал больной проблемой Испании в ХХ веке. Он вылез наружу после потрясений 1918–1921 гг. Примечательно, что в 1923 г. генерал-губернатор Каталонии Мигель Примо де Ривера при поддержке каталонской буржуазии поднял мятеж — и захватил власть в Испании. Кстати, он правил до 1929 г., подражая Муссолини: диктатор при живом короле страны. Создал свой аналог «Единой России»: партию начальства «Патриотический союз». И даже добился экономического подъема Испании. Но генералу де Ривере (андалузцу, а не каталонцу) пришлось жестоко подавлять партию «Каталонское государство», основанную в 1922 г. полковником Масиа. В ноябре 1924 г. Масиа пытался даже вторгнуться в Каталонию с вооруженным отрядом (из Франции), но попытку пресекли. В 1929-м был в зародыше подавлен еще один каталонский сепаратистский мятеж.
В 1934 г. каталонское правительство, объявив о принудительном выкупе земель у помещиков, подняло восстание и объявило о превращении Каталонии в государство в составе «Федеральной испанской республики». Но 7–9 октября испанские войска подавили попытку.
Ну, а потом Каталония отличилась во время войны 1936–1939 гг. между Республикой (признавшей автономию Каталонии) и национал-консерватором Франко. Каталонцы со своим правительством вовсю самостийничали — да так, что Франко их за свою победу крепко благодарить был должен. Каталонцы породили самых безбашенных анархистов с огромным влиянием на Каталонию. Какие они выкидывали фокусы, как озлобили крестьян своими опытами по «либертарному коммунизму» (причем их вожаки откровенно обогащались), как они на самом деле вызывали бардак в тылу республиканцев (на фоне порядка в тылу Франко) — можно прочесть в отличной книге Н.Платошкина.
Франко на 37 лет задавил все попытки Каталонии отделиться. И вот теперь, в пору кризиса «победившего неолиберализма», все возвращается. Память каталонских «рокошей» еще очень жива…
Нам скажут: «Да это же было аж в 1930-е!»
Никогда не говорите «никогда». Опыт истории (и нашей в том числе) показывает, что в пору жестоких экономических и системных кризисов наружу выходят даже самые древние конфликты. А тут они вовсе и не древние. Еще не все участники гражданской войны в Испании умерли.
Вам кажется дикой мысль о гражданской войне в Испании начала нашего века? Но я напомню, что еще в 1980-е гг. существовала прекрасная европейская страна — Югославия. С «рыночным социализмом», с уровнем жизни вполне себе европейским, культурная и развитая. Со свободным выездом граждан за рубеж. С промышленностью, поставлявшей отличные товары (мое поколение помнит их). Мы не делили жителей СФРЮ на сербов, хорватов, словенцев и т. д. В Одессе их называли «югами». Мы любовались открытием зимней Олимпиады в Сараево в феврале 1984 г., где симпатичные девчонки отплясывали в ярких, стеганых куртках-алясках и в теплых сапогах-«дутышах». Мы смотрели замечательное югославское кино. В Югославии были стриптиз-бары, рок-группы, полные магазины. Оттуда моряки везли кассеты с порнофильмами. Это был кусок Запада в южноевропейском варианте.
В тот момент никто из нас и подумать не мог о том, что спустя всего лишь семь лет Югославия окажется разодранной сепаратистами. Что мы увидим бомбежки городов, дикую резню, исламские жестокости. Что хорваты будут резать сербов, как при Анте Павеличе во Вторую мировую. Что людей в той войне будут варить и жечь заживо, насиловать скопом, подвешивать на перекладины за руки, иссекая им пятки — так, чтобы вся кровь из них вытекала. Что людей станут сгонять в концлагеря по этническому признаку, что сербским девочкам будут прибивать к пяткам подковы, что покатится волна самых диких этнических чисток…
Я напомню обо всем этом тем, кто сегодня, взирая на цивилизованную Европу, шепчет: «Здесь такое невозможно…»
Возможно. Еще как возможно. Особенно в горячей кровью Испании.
Сепаратизм, подхлестываемый глубоким системным кризисом Запада, сегодня усиливается. Все чаще люди на местах думают: «А не станет ли нам лучше, если мы отделимся от своих стран, создадим свои независимые государства и не станем платить налоги мадридам-парижам-римам-брюсселям?»
А если такой сепаратизм усилится — то усугубит кризис. Что, в свой черед, подхлестнет сепаратистские страсти, местничество и национальную рознь. И если в той же Испании начнется раскол страны, то цепная реакция его пойдет дальше. Уж в Бельгию с Италией — точно. И в Шотландию — почти наверняка.
Не увидим ли мы «супер-Югославию» в Европе? Не станем ли свидетелями ужасов сепаратизма, причем на фоне ожесточенных классовых столкновений? На фоне политического терроризма, уличных боев, пожаров?
И не увидим ли после этого восставшие тени Муссолини, Франко и Гитлера?
Никогда не говори «никогда». Все возвращается. Чувствуешь некое дежавю: опять все начинается с Испании. А экономические трудности сильнее всего бушуют как раз в странах бывшего «фашистского пояса» — в Италии, Португалии, Испании, Греции. И в Германии экономика — в отчаянном положении. Смекаете, чем это пахнет?