Страница 15 из 22
Но не все дни были такими праздничными, как дни олимпиады. Были дни горькие, как июльские 1922 года, когда тифлисцы хоронили легендарного Камо (С. А. Тер-Петросяна), старого большевика-подпольщика и боевика-конспиратора. Были дни тревожные, когда из разных районов Закавказья поступали вести о разбое банд.
В 1922 году границу Грузии нелегально перешел бывший полковник князь Чолокаев (Чолокашвили). Созданная им банда в 200—250 человек была в августе уничтожена во время душетской операции, проведенной сводным отрядом под командованием командира Грузинской стрелковой дивизии С. Левктадзе.
Весной 1923 года в Геокчайском уезде Азербайджана вспыхнуло восстание, инспирированное бывшим офицером царской армии (выдававшим себя за турка) Джемалом Эффенди. Бандиты вели среди местного населения тюркофильскую и антисоветскую агитацию. Играя на религиозных настроениях и выдавая одного из главарей за правнука Шамиля, бандиты 20 февраля прервали железнодорожное и телеграфное сообщение на участке Кюрдамир — Сагиры между Ганджой и Баку. 21 февраля в район мятежа был отправлен сводный отряд, так называемая Геокчайская группа. Командующим группой Егоров назначил командира 2‑й стрелковой дивизии А. И. Тодорского.
В тот же день командарм телеграфирует в штаб Северо-Кавказского военного округа о готовящейся операции и просит закрыть перевалы в долину реки Самур, чтобы не дать возможности бандитам просочиться на север, в Дагестан.
Восстание в Геокчайском уезде было частью большого контрреволюционного выступления, подготовленного организацией «Иттихад Ислам», насчитывавшей до 1500 человек. Бандиты провели принудительный набор верховых лошадей. Устроили склад запасов хлеба и риса. Для перевозки грузов использовали верблюдов.
Джемал Эффенди объявил себя пашой и отдал приказ об аресте коммунистов, комиссаров и всех сторонников Советской власти. Готовились восстания в селах Сур-Сур, Нижний и Верхний Шильян. Члены организации приводились к присяге на Коране.
В планы мятежников входило поднять 22 марта, в первый день праздника «новруз-байрам», восстание не только в Геокчайском, но и в Кубинском, Нухинском уездах. Окружив банду 22 февраля, Тодорский отрезал ее от районов, откуда мятежники могли получить помощь. Отряд Азербайджанской военной школы разбил банду помощника Джемала, которая намеревалась разрушить железнодорожные пути у Кералалы. А. И. Егоров телеграфировал Тодорскому: «[В] дополнение переданных приказаний через помнаштарма подтверждаю: 1. Общее руководство операцией возлагаю на Вас; 2. бандитизм ликвидировать [в] кратчайший срок и [с] бандитами расправиться беспощадно и сурово; 3. население, относящееся недоброжелательно к Соввласти, разоружить, пособников и укрывателей арестовать»[78].
23 февраля выступившие из Каракоюклы по почтовой дороге на Кюрдамир части Джемала атаковала 2‑я стрелковая дивизия. В бою у Мусакерта банда была разбита. Джемал убит. Приказом по армии Егоров и Мясников отметили подвиг командира пулеметного взвода 5‑го стрелкового полка Жукова, который лично уничтожил главаря банды.
С подавлением Геокчайского восстания крупных выступлений на территории самого Закавказья уже не было. Бандиты действовали теперь главным образом в пограничных районах. В одном Ленкоранском районе с территории Персии только за декабрь 1922 года было совершено 68 нападений (за сентябрь, октябрь, ноябрь — 53, т. е. в среднем каждые два дня). 26 января 1923 года, докладывая об этих нарушениях границы главкому, Егоров предложил обратиться к персидскому правительству «с требованием принять меры к прекращению налетов и разоружению и уводу персбандитов в глубь Персии, указав, что в противном случае будет признана необходимость преследования бандитов и в пределах персидской пограничной полосы»[79].
Предупреждение было сделано, и персидское правительство арестовало главарей банд Ахмеда Рассулова, Наджафа Кулихана и др.
В районе армянской границы бесчинствовала банда из Индырского вилайета Турции. 8 сентября 1923 года в районе села Шамиран (в 6 километрах восточнее Сардарапата) бандиты ограбили крестьян, расстреляли 24 человека. 11 сентября Егоров приказал произвести в этом пограничном районе, для устрашения бандитов, боевые маневры. Командиру Армянской дивизии предложили выделить армянский кавалерийский полк, а начальнику артиллерии перебросить один бронепоезд и один дивизион тяжелой артиллерии. 16 сентября маневры прошли, и на короткое время набеги прекратились.
Борьба с бандитами, нападавшими с турецкой территории, была одновременно помощью кемалистскому правительству Турции, возглавившему движение за национальную независимость. Надежность восточных границ позволила Кемаль-паше перебросить значительную часть своих военных сил на запад. В телеграмме на имя Егорова основатель и первый президент Турецкой республики Мустафа Кемаль, или, как звали его турки, Ататюрк («отец турок»), передал «особый братский привет и благодарность за дружескую поддержку бойцам Отдельной Кавказской армии и ее командиру»[80].
Учитывая личный вклад командующего армией в борьбу с бандитизмом и создание национальных соединений Красной Армии, ЦИК Грузинской и Азербайджанской ССР наградили А. И. Егорова орденами Красного Знамени Грузии и Азербайджана[81].
В августе 1923 года отмечался славный юбилей Отдельной Кавказской армии. 14 августа Егоров выступает в газете «Заря Востока» со статьей «Второе пятилетие ОКА». В этот же день газета публикует приветствие ОКА от ЦИК и Совнаркома ЗСФСР и Реввоенсовета Республики. Накануне в театре имени Руставели состоялось торжественное заседание Тифлисского Совета совместно с профсоюзными организациями города и бойцами ОКА. Доклад «Об итогах пятилетнего строительства армии и дальнейших задачах ОКА» сделал Александр Ильич Егоров. Выступивший перед собравшимися Председатель ЦИК ЗСФСР Миха Цхакая отметил особую роль армии в укреплении дружбы народов Закавказья. Он повторил, как высокую оценку заслуг армии, слова из праздничного приказа Егорова: «Неся как факел перед собою идею интернационализма, армия воплощает ее в себе»[82].
14 августа на площади Свободы состоялся парад частей Тифлисского гарнизона. К 12 часам дня войска были построены в каре. С краткой речью к ним обратился командующий армией. За ним выступили Цхакая и представители от Тифлисского Совета и моряков-балтийцев. Комиссар грузинской дивизии Жгенти принял от Тифлисского комитета партии, Тифлисского Совета и Совета профсоюзов Грузии почетное Красное Знамя ОКА. Под звуки Интернационала оно было пронесено перед фронтом войск. Части грузинской дивизии, не принимавшие еще присяги, торжественно произнесли ее слова на родном языке. Затем состоялся церемониальный марш, в котором приняли участие Всевобуч, профсоюзные и комсомольские организации города со своими знаменами.
22 августа «Заря Востока» вышла с шапкой «Награждение ОКА» и сообщением «Вчера Реввоенсоветом ОКА получена из Москвы следующая телеграмма: «По постановлению Президиума ЦИК СССР от 17 августа ОКА награждена орденом Красного Знамени и наименована Кавказской Краснознаменной армией. Поздравляю армию с высокой наградой. Зампред РВСР Склянский»».
Комвойск Украины и Крыма
Суровы были январские морозы 1924 года. Ртутный столбик спускался до −30°.
21 января утром Егоров, прибывший в Москву на II Всесоюзный съезд Советов, был на приеме у С. С. Каменева. После разговора с главкомом аккуратным почерком на бланке командующего Кавказской Краснознаменной армии перечислил армейские проблемы, которые предлагал поставить на обсуждение Реввоенсовета Союза ССР. На отдельном листке сформулировал вопросы, которые, по его личному мнению, могли быть включены в повестку дня пленума. А вечером ему уже казалось, что все это он делал не утром, а больше года назад. В 18 часов 50 минут в Горках скончался Владимир Ильич Ленин.
78
ЦГАСА, ф. 25883, оп. 1, д. 1094, л. 40.
79
ЦГАСА, ф. 25883, оп. 1, д. 1094, л. 181—181 об.
80
Красный воин, 1922, 1 ноября.
81
В апреле 1934 года Президиум ЦИК СССР утвердил список лиц, награжденных орденами союзных республик, приравняв их к награжденным общесоюзным орденом Красного Знамени. Это С. М. Буденный, М. М. Великанов, А. И. Егоров, С. С. Каменев, Н. В. Куйбышев, В. С. Лазаревич, В. М. Мулин, С. А. Пугачев, Н. М. Синявский, А. И. Тодорский, И. А. Свиридов (см. ЦГАОР, ф. 3316, оп. 13, д. 20, л. 52 об.).
82
ЦГАСА, ф. 25873, оп. 1, д. 1585, л. 207.