Страница 76 из 295
Размахнулся жадным до крови мечом,
Снес одним ударом
Все три головы;
Прыгая, покатились они,
Лязгая челюстями, скрежеща.
Хлынула бурно черная кровь,
Рухнул замертво змей.
Рожденный в погибельный век,
Кровожадный разбойник о трех тенях,
Богатырь Тимир Дьигистэй
Сразу не понял,
Не разглядел,
Не разобрался — откуда беда.
Тяжело, с разбега
Обрушился он
С широкой змеиной спины,
На камни грохнулся животом;
Черная печень его сотряслась
В чреве могучем его;
Охнул он, простонал:
— Ох! Отлетели,
Оторвались
Девять журавлиных голов
[177]
! —
Сел потом, ощупал свои бока.
В этот миг
Богатырь Нюргун
Выхватил из-под его ноги,
Из-под когтистой лапы его
Айталыын Куо — сестричку свою;
Покатал ее в ладонях своих,
Заклинанья произнеся,
В нечто маленькое ее превратил,
Как бы в комочек волосяной,
И всунул в ухо коня.
Тут коня повернул Нюргун
В сторону Средней земли и сказал:
— Добрый конь мой,
Посланный мне судьбой,
Когда позову тебя,
Где бы ты ни был,
Тут же вернись ко мне! —
Ласково, всей пятерней,
Хлопнул Нюргун коня
По крутой спине;
И умчался конь...
Порожденное в смутные времена
Чудовище поддонной тьмы,
Вор-невидимка,
Разбойник ночной,
Тимир Дьигистэй-исполин
Разглядел противника, наконец
Побагро́вел он,
Почернел;
Безобразное адьарая лицо
То краснело, как железная ржа,
То бледнело до синевы.
Из выпученных бельмастых глаз,
Выкаченных на черный лоб,
С треском сыпались
Искры огня.
Растопырились пальцы его,
Выпуская десять
Острых когтей,
Словно косы-горбуши, кривых...
А рук самих не видать,
Темного лица не видать,
Только чернела огромная пасть,
Как обрывистый глубокий овраг,
Кустарником обросший густым;
Синий, семисаженный язык,
Раздвоенный, как у змеи,
Обвивался вкруг шеи
Дюжей его,
Что была обвязана по кадыку
Ветхою шкурой льва.
Поднялся исполин,
Огромный, как тень,
Икая и бормоча,
Ударил по бедрам себя,
Разъял свою черную пасть,
Железные оскалил клыки,
Похожие на сошники,
Будто улыбнуться хотел;
Искривился весь,
Да как заорал,
Так что зычный голос его
Слышен стал за три дня пути;
Многоголосое эхо вдали
Оглушительно отозвалось,
Загремел, потрясся
Подземный мир,
Гоготанье в бездне пошло.
ЭСЭХ ХАРБЫЫР
Уо, бабат!
Я тебе говорю!
Уо, тасат!
Я тебе скажу!
Ох, проклятье!
Ох ты, потеря моя!
Как же это я упустил из рук
Ненаглядную подругу мою,
Драгоценную добычу мою,
Красавицу крохотную мою,
Зеницу очей моих,
Десну железных зубов моих!
Как же я упустил из рук
Жаворонка моего!..
Аар-дьаалы!
Аарт-татай!
А, проклятый мой враг!
А какой огонь в глазах у него,
Как лучом, меня он
Взглядом прожег...
Нипочем ему было сюда прилететь!
Мечом блестит его верхняя часть,
Копьем в гранит уперлась
Нижняя богатырская часть!..
Но ты предо мною не заносись,
Недоносок, пестрый щенок!
Ты знаешь ли, кто пред тобой?
Я — ратоборец, достойный тебя!
За похищенную невесту мою
Жизнью заплатишь ты...
Я толстую кожу твою разорву,