Страница 272 из 295
Веслами хлопающего по волнам,
Того, чья постель —
Ревущий поток,
Чье подножье — бурный поток,
Слугу своего
Дуолаан Хара
[336]
Не пошлешь ли ты
Немедля ко мне?!
Угощение богатое в торока́х
Я тебе за это везу!
Только молвил это Эр Соготох,
Видит —
Сверкающая, в огнях,
Лодка длинная
Подплывает к нему;
Девять выступов у ней кормовых,
Девять выступов — носовых.
Зашумела морская зыбь,
Загремел прибойный буран;
Грузно шлепая веслами по волнам,
Зычно над морем гудя,
Лодка огромная подплыла,
Уперлась в береговую гряду;
И огромный, сутулый,
О трех горбах,
Лодочник Дуодаан Хара,
Из-под ладони смотря́,
Оскалив зубастую пасть,
Черной закивал головой,
Человеческим голосом заговорил.
ДУОДААН ХАРА
Аарт-татай! Алаатыгар!
Многие приходили сюда,
Ноги имеющие — ходить,
Спорили многие тут со мной,
Чья опора лишь пятки их.
До сих пор еще никого
Через море не переправил я,
Потому что никто мне в дар не принес
Не то, что стегно коня,
А не бросил даже куска
С ладошку величиной!
Здесь я прежде много рыбы ловил,
А теперь обезрыбело
Море мое...
За девять последних лет,
В девять верш моих
Девять всего
Попало костлявых щук!
За последние восемь лет
Только восемь железных рыб
Удалось загарпунить мне!..
Убогую добычу мою
У меня отнимает
Хозяйка сама,
Жадная Уот Усуутума;
Что поймаю я —
Пожирает она...
Горе великое я терплю,
Голодом лютым томлюсь,
Горемыка несчастный я!
Горемыка всегда
Горемыку поймет,
Хоть годами ты молод,
А горе видал.
Думаю — наградишь ты меня,
Досыта угостишь
За услуги мои,
За труды...
Все, что хозяйке моей обещал,
Полностью мне отдай!
А когда твой богатый дар
Очутился в утробе моей,
Переварится в брюхе моем пустом,
Немного с меня возьмет
Ненасытная хозяйка моя,
Будет тогда для меня
Потеря невелика! —
Так ухмылялся, скаля клыки,
Лодочник-великан...
Переправился через морскую ширь
Одинокий Эр Соготох,
Вступив на берег другой,
У молодого конька своего
Вырвал из гривы
Три волоска,
Против солнца
Трижды ими взмахнул,
Заклятье произнес:
— Эй вы, три волоска!
Обернитесь в трех кобылиц! —
И по́ ветру бросил их.
Тут же, отколь ни возьмись,
Три кобылицы, косясь и дрожа,
Появились на берегу,
Кинулись было прочь они,
Да лодочник, Дуодаан Хара,
Изголодавшийся за́ девять лет,
Разинул широкую пасть,
От земли до неба рот распахнул,
И три кобылицы
На всем скаку,
Бедненькие, не чуя беды,
Прямо в глотку влетели ему;
Только хряснули кости их
У чудовища на зубах,
Только гукнула
Глотка его...
Выросший сиротой
Одинокий Эр Соготох
Эриэдэл Бэргэн,
Вооруженный мечом-пальмой
Из огромной кости ребра,
На резвом своем коньке,
Радуясь, что беду миновал,
Что преграду преодолел,
Крупной рысью путь продолжал
По неведомой стороне...
На кресте девяти дорог,
На распутье восьми дорог
Огляделся Эр Соготох
И увидел —
Едет навстречу ему
На одышливом