Страница 254 из 295
В нос ударил нам
Дух его земляной...
Налетайте, о́боротни, на него,
Раскрывайте пасти свои!
Скоро мы перебрасываться начнем
Толстым жиром его брюшным,
Мясом его
Глотки набьем...
Когда уранхайские молодцы,
Разбухшие телом
От белых яств,
Выросшие на пище мясной,
На густой похлебке тар-юэрэ
[327]
,
Попадали в ловушку к нам,
Падали вниз головой
В матушку огневую Смолу,
Наши ложки кровавые
Сами на пир
Прилетали, стуча-бренча.
Сами прибегали торчмя
Ржавые наши рожны...
Будем толстые кости
Глодать, смоктать,
Тук нутряной
Хватать, глотать!
Стук-бряк, стук-бряк,
Судьба-ворожба! —
А по берегу смоляного потока
Громоздились, словно плавник,
Длинные кости богатырей,
Плыли, шугой шелестя,
Короткие кости богатырей...
Бедренные кости
Погибших шаманов
Подпрыгивали,
Друг о друга стуча;
Черепа погибших шаманов
Подкатывались,
Бубнами грохоча.
Вот на том проклятом
Крутом берегу
Задержался Нюргун Боотур.
Преданный друг его —
Вороной скакун,
Шумно фыркнув
Парой гремучих ноздрей,
Горячо, протяжно заржав,
Человеческим голосом заговорил,
Уранхайской речью сказал.
ВОРОНОЙ КОНЬ
Анньаса! Анньаса!
В небесах назначенный мне,
Судьбой мне посланный друг,
Дорогой хозяин-тойон!
К задушевным речам
Коня своего
Прислушайся ты сейчас
Парой чутких своих ушей!
Через околдованную черту
Провала Ап-Салбаныкы,
Через балку трех
Преисподних бездн,
Какой дорогой,
С какой стороны
Ты хочешь перескочить,
Надеешься перелететь?
Бывало, сестра твоя —
Айыы Умсуур Удаган,
Превратясь в огонь,
Пробегала вмиг
По волнам смоляным
На берег другой;
Оборотни-абаасы
Восьминогими кошками, я слыхал,
По́ морю горящей смолы
Перебегали не раз;
Расплавлялись на этом пути
Медные когти их...
Если б сумел обернуться ты
Длинным железным копьем
И, вытягиваясь без конца,
Уперся бы острием
О далекий берег другой
И выбрался бы на него,
Наша громкая слава тогда
Еще выше бы поднялась! —
Такие слова
Богатырский конь
Громко сказал-проржал.
Только успел
Это вымолвить конь,
Мигом слетел
Богатырь-исполин
С крутого его хребта,
Скакуна своего повернул
В сторону средней земли,
Хлопнул по крутому бедру
И послал в пределы айыы.
Перекувыркнулся Нюргун Боотур,
Обернулся звонким
Стальным копьем
Длиною в три дня пути,
Перекинулся через поток смоляной,
Звякнув, брякнув,
Уткнулся в берег другой...
Очутясь на том берегу,
Превратился Нюргун в пчелу
Величиною с мешок
Из шкуры оленьей ноги,
В котором скупая старуха подчас
Прячет пожитки свои;
Загудел Нюргун Боотур,
Залетел в глубокий провал,
К подземному логовищу тому
О тридцати просторных нора́х,
Где Алып Хара обитал,
Аат Могойдоон-исполин...
Словно прорубь на крыше жилья,
Глубокий зиял проем;
На край его сел Нюргун Боотур,
В логовище заглянул.
Обладатель восьмидесяти восьми
Хитростей колдовских,