Страница 84 из 179
Возможно, Изабелла заранее договорилась, что будет искать убежища в Эно, если оставаться во Франции станет неудобно. К тому моменту уже было условлено, что Эно послужит стартовой площадкой для задуманного вторжения, и Мортимер, как только покинул Париж, направился прямо туда, а Изабелла в сопровождении Кента — в Понтье, на земли своего приданого, где принялась собирать деньги.{1087} Очевидно, она знала, что после Понтье ее хорошо примут в Эно; кроме того, ее присутствие должно было облегчить Мортимеру приготовления к походу.
Некоторые авторы утверждают, что о необходимости бежать из Франции Изабеллу предупредил Ричмонд после того, как получил письмо от короля Эдуарда, в котором тот «частным образом» побуждал его убить и королеву, и принца Эдуарда. Помня о том, как Эдуард тосковал по сыну, это утверждение следовало бы считать абсурдом, хотя вполне возможно, что угрозы жизни королевы в то время раздавались. Мы видели, как еще до ее отъезда из Англии Изабеллу предупреждали, что Деспенсеры хотят ее смерти, а позже она утверждала, что и сам король угрожал убить ее.
Как ни странно, Карл IV не сделал ни малейшей попытки преследовать Изабеллу; он также не выдал ее Эдуарду II, не разгласил сведения о том, каковы ее планы и где она находится. Напротив, он намеренно собрал флот якобы для вторжения у берегов Нормандии, отвлекая Эдуарда от истинного направления, с которого исходила угроза — от Эно.{1088} Мы можем быть уверены в том, что Карл знал все о возобновленном альянсе между графом Гильомом и королевой и потому наверняка понимал, что наделе его сестра без поддержки не останется. Соответственно ему почти не требовалось самому делать для нее что-либо.
Таким образом, получается, что Карл, продемонстрировав подчинение указаниям папы и избежав как отлучения, так и скандала, продолжал тайно поддерживать Изабеллу. Меры, принятые им против нее, очевидно, были блефом, предназначенным успокоить папу и обмануть Эдуарда II — возможно, именно Карл также направил к Изабелле Робера д'Артуа с предложением уехать в Эно.{1089} Из того, что случилось вскоре после этого, мы можем сделать вывод, что Изабелла ничуть не сомневалась, какую роль играет Карл, и тайно поддерживала связь с ним.
По-видимому, между любовниками было условлено, что Изабелла занимается политическим обеспечением, а Мортимер присматривает за практическими приготовлениями к вторжению.{1090} Около 24 июля Мортимер был в Зеландии «на службе у королевы Изабеллы»; в этот день граф Гильом приказал тамошнему начальнику порта оказывать ему всяческое содействие при заготовке провианта и найме флотилии кораблей, которая должна была собраться к 1 сентября между Роттердамом и Дордрехтом, портами, предоставлявшими наибольшие удобства для флота.{1091}
Из Понтье Изабелла направилась на восток через Вермандуа в Камбрэ, в плодородном и процветающем графстве Эно. «Когда она оказалась на территории [Священной Римской] Империи, то почувствовала себя намного лучше». Оттуда она поехала на север в Остревант, где поселилась в замке Бриженкур близ Валансьена. Он принадлежал «бедному рыцарю по имени сэр Юстас д'Амбретикур, который радушно принял ее и старался развлекать, как мог, так что впоследствии королева и ее сын пригласили этого рыцаря с женой и всеми его детьми в Англию и наделили всевозможными пожалованиями».[92]
Граф Гильом и его брат Жан д'Эно в то время пребывали в Валансьене и вскоре узнали о приезде Изабеллы в Эно. Сэр Джон[93] был «женатый человек и отважный рыцарь»,[94] но в то время был «очень молод и жаждал славы, словно странствующий рыцарь», поэтому он «сел на коня и, сопровождаемый лишь несколькими особами, выехал из Валансьена и вечером прибыл туда, где остановилась королева, чтобы оказать ей должные почести и выказать уважение». Фруассар, дающий весьма романтизированную версию этого события, уверяет, будто Изабелла была в сильно расстроенных чувствах и при виде сэра Джона расплакалась и стала жаловаться ему на свои беды.
Выслушав ее, сэр Джон рыцарственно решил бороться за дело этой опечаленной дамы. «Госпожа, — сказал он, — перед вами рыцарь, готовый, если понадобится, умереть за вас, даже если все прочие вас оставят. Посему я сделаю все, что в моих силах, чтобы привезти вас благополучно в Англию с вашим сыном и восстановить ваши права с помощью ваших друзей в той земле. И я, и все те, на кого я могу повлиять, рискнут своими жизнями ради вас, и мы соберем достаточное войско, если Господу будет угодно!»
Полная благодарности, Изабелла хотела было опуститься на колени перед сэром Джоном, но тот поднял ее со словами: «Боже упаси, чтобы королева Англии становилась на колени перед своим рыцарем! Утешьтесь, государыня, и обрадуйте всех ваших спутников, ибо я не нарушу своего обещания. Вам следует теперь отправиться на встречу с моим братом и вашей кузиной, графиней, и со всеми их милыми детьми, которые будут рады видеть вас — я слышал, как они говорили об этом».
«Сударь, — ответила Изабелла, — вы проявили ко мне больше доброты и сочувствия, чем весь прочий свет; и я благодарю вас пять тысяч раз за то, что вы пообещали с такой учтивостью. Я и мой сын будем навеки обязаны вам, и если со временем мы восстановим свое положение, как я надеюсь, милостью Божией и вашим старанием, вы будете щедро вознаграждены». Затем сэр Джон отправился в близлежащее аббатство Денэн. На следующий день, после мессы, он возвратился в Бриженкур, чтобы сопроводить Изабеллу в Мои. Собравшись уезжать со всей своей свитой, она сказала сэру Юстасу и госпоже д'Амбретикур, «что настанет однажды время, когда она и ее сын смогут отблагодарить их за гостеприимство и пригласить к своему двору».{1092}
Сэр Джон и королева прибыли в Мон к 3 августа, когда она подтвердила соглашение между Мортимером и графом Гильомом, согласно которому Гильом обещал ссудить войскам вторжения 140 судов, а Изабелла обещала выплатить из своих доходов от Понтье финансовую компенсацию за возможные потери; Карл IV согласился выступить ее гарантом.{1093}
В тот же день в лондонском Тауэре скончался Мортимер из Черка. Поговаривали, что его уморили голодом в мрачной камере тюрьмы. Адам Орлитон справил погребальную службу в аббатстве Уигмор 14 сентября.{1094} Роджер Мортимер должен был унаследовать земли своего дяди — но их, разумеется, объявили конфискованными. Теперь у Мортимера появилась еще одна веская причина искать отмщения Деспенсерам.
Граф Гильом поспешил пригласить Изабеллу и ее сына в Валансьен, «где их радостно и радушно приняли» хозяева города и горожане. Граф принял королеву в большом зале с галереями, в Голландском дворце, — это было великолепное помещение с полом, выложенными плитками, шестью застекленными готическими окнами и роскошной красной обивкой стен. Когда Изабелла устроилась в отведенных ей покоях, графиня Жанна явилась навестить ее «и оказала все возможные почести и уважение»; она также взяла на себя оплату всех расходов королевы на протяжении ее пребывания в Эно.{1095} Граф также нанес ей визит, хотя страдал от подагры и мог ездить верхом «лишь с трудом».{1096}
92
Фруассар. Семейство д'Амбретнкур впоследствии обосновалось в Англии и пользовалось большим почетом. В 1360 году сын сэра Юстаса женился на Элизабет Джульерс в церкви Уингема, в Кенте. Она была внучкой графа Гильома д'Эно и вдовой Джона, графа Кентского, второго сына графа Эдмунда.
93
В связи с промежуточным положением области Эно между территориями франко- и германоязычными личные имена ее жителей можно передавать либо в немецком варианте (Вильгельм, Иоганн), либо во французском (Гильом, Жан). Но поскольку мессир Жан д'Эно долго находился на территории Англии, и о нем писали английские хронисты, далее мы будем называть его, следуя английским образцам — сэр Джон. (Прим. перев.)
94
Эпитафия Филиппы д'Эно на ее гробнице в Вестминстерском аббатстве, написанная Джоном Скелтоном.