Страница 131 из 136
Пока меня одолевали терзания, желудку надоело стесняться, и он выразил негодование голодным бурчанием. Мелёшин ел вяло, не поднимая глаз от подноса. Я же выписывала из справочника, делая вид, что ничего особенного не рычит голодным зверем на всю столовую.
Вдруг Мэл прокашлялся и спросил:
- Почему не обедаешь?
- Не твое дело, - ответила грубо, и в животе солидарно рыкнуло.
Мелёшин нахмурился и поелозил ложкой в борще.
- Я хотел сказать...
- Не мешай. А то собьюсь. Очень сложная формула.
Мэл замолчал. Так и прошел наш обед, вернее, обед Мелёшина. Он практически ничего не съел и отнес полный поднос на мойку. Зажравшийся богатей! - бросила я злобный взгляд, сглатывая слюну. Приняв уход Мэла как молчаливое разрешение покинуть столовую, ринулась из помещения и, забравшись на чердак, изгрызла половину дневной порции сухарей.
После обеда институт опустел. Ну и что с того, что никто не отменял работу и учебу? А когда же прикажете гладить нарядные платья, завивать кудри и накрашивать ресницы? Повседневные будни достались тем, у кого один свитер и одна юбка на все случаи жизни.
На занятии у Стопятнадцатого я повторила ранее разученные заклинания и поблагодарила декана за "засирайку". Генрих Генрихович пребывал в благодушном настроении и мурлыкал под нос, изредка вальсируя рукой. Он тоже заразился духом предстоящего праздника. А кто бы заразил меня, хоть чуть-чуть?
- Эва Карловна, идете на новогодний вечер?
- Иду.
- Прелестно! Запланирована грандиозная программа. Обещан фуршетный стол.
При последних словах я навострила уши. Мне не послышалось? Стол? Видимо, высшие силы смилостивились, решив подправить упадническое настроение, и сделали неожиданный подарок. У меня тоже появился повод ожидать с нетерпением праздника.
- Здорово! Генрих Генрихович, а правда, что охранник зарезал кассиршу?
- Упаси бог, - замахал руками декан. - Только убийств нам не хватало. Он связал ее, вставил кляп и очистил кассу, а наш Монтеморт задержал преступника, показав себя во всей красе. Нашего стража теперь кормят на убой.
- Да, Монька не подкачал, - согласилась я. Понятно, почему пес разленился и плюет на мелкую преступницу вроде меня. От излишеств рациона мне бы тоже было недосуг ловить всяких мошенников. Важнее хорошо усвоить пищу и освободить место для новой порции вкусненького.
Потом спросила, надеясь, что просьба не прозвучала подозрительно:
- Генрих Генрихович, я начала писать реферат по символистике, но профессору не сказала, потому что он считает меня тупой. - При этих словах Стопятнадцатый посмотрел укоризненно. - Хочу попробовать свои силы. Сейчас набираю статистику по современным мастерам раритетов.
- Изучаете индивидуалов?
Я кивнула.
- Источников катастрофически мало. Не подскажете, в каком направлении двигаться?
Декан огладил бородку:
- Не так давно, при наведении в кабинете порядка на верхних полках, мне попалась на глаза подборка по интересующему вас вопросу.
Я подскочила:
- Неужели? А можно посмотреть?
- Непременно, Эва Карловна. Завтра и заходите, - пригласил мужчина.
- Обязательно! - Еще чуть-чуть и запрыгаю от радости.
На прощание Стопятнадцатый продекламировал с чувством:
- Особый праздник Новый год вагоны счастья нам везет! Увидимся на вечере, милочка.
Хорошее пожелание. Хочу заграбастать весь состав.
Оставшееся время я распределила по первоочередности задач и сперва отправилась в архив. В помещении приятно пахло.
- С праздником! - поприветствовала начальника. - Пойдете на вечер?
- Нет, - ответил он сиплым голосом. - Некогда.
Что ж, у каждого своя нелюбовь к массовым мероприятиям. Наверное, Штусс решил встретить начало следующего года в кругу семьи, в домашнем уюте и любви близких. При этой мысли в носу у меня засвербело. Может, позвонить отцу и поздравить? - подумала и тут же отбросила самую нелепейшую идею из всех возможных.
Архивариус опять определил для работы стол рядом с растительностью и опять принес стопку приличных на вид карточек. У меня начало складываться впечатление, что он поручал бессмысленную и ненужную работу. Подняв голову, я заметила в густой листве огромный лиловый цветок со щедро опушенными тычинками. Наверное, это он благоухал, источая тонкий сладковатый аромат, наполнивший помещение.
- Что за цветок? - поинтересовалась у начальника. - От него так вкусно пахнет?
- Понятия не имею, - пожал плечами мужчина. - Я не люблю растения.
- Но как? - растерялась я, обводя взглядом пышущее благолепие зелени. - Тогда зачем?
- Мне незачем, - пояснил Штусс. - Наши исследователи выяснили, что в архиве наблюдается природная аномалия, поэтому растениям здесь хорошо. Вот и тащат сюда из кабинетов, что ни попадя. Я давно бы избавился от всей этой мерзости, но не получается. Завалили меня ею.
Я оглядела жертвы неудачного ухода. Действительно, между горшками с великолепными здоровыми растениями ютились коробочки и баночки с чахлыми и дохлыми пеньками. На многих из них пробивались росточки и зеленели молодые листики.
- Кто же поливает хозяйство?
- Василиса Трофимовна приходит по пятницам, - сказал архивариус таким тоном, будто я должна была знать всех Василис в окрестностях института.
- И все-таки у вас отличный живой уголок.
Мужчина, задрав верхнюю губу, подвигал усами:
- Уже смирился. Регулярно пью капли от аллергии. Что поделать, не могу отказать страждущим в просьбах о помощи.
Отработав положенные часы и сдав архивариусу переписанные на сто рядов карточки, я пошла по пустому институту к Альрику, питая слабую надежду, что профессор сбежал начесывать чубчик, и остановилась как вкопанная перед стеклянной лабораторной стеной. Меня озарила светлая идея. Вернее, в моем воображении идея блистала подобно солнцу, а вот архивариусу она бы не понравилась. Хотя какая ему разница - одним растением больше или пятью?
Мне пришло в голову притащить в архив оставшиеся кустики разъедалы из оранжереи. Все равно погибшим растениям нечего терять - всеми листьями и корнями они почти в горшково-кадочном раю.