Смертельно влюбленный

Все, что делал Кобурн, он делал так, словно от этого зависела его жизнь.

Он все делал как в последний раз — ел, извинялся... целовался.

При этой мысли сумбур, творившийся в голове у Хонор, вдруг прекратился, и ее посетило внезапное озарение.

— О боже! — раздался в тишине ее стон, идущий из глубины сердца.

Неожиданно Хонор почувствовала, что не может просто сидеть вот так. Она распахнула дверцу машины и выбралась наружу. Спотыкаясь о мусор, добралась до двери гаража. У нее едва хватило сил открыть тяжелую железную дверь, застревающую в ржавых направляющих, настолько, чтобы просочиться наружу, что она и сделала, даже не думая о том, какие опасности таятся за дверью.

Она остановилась лишь на несколько секунд, чтобы сориентироваться в пространстве, затем кинулась бежать в сторону железнодорожных рельсов.

И как она не поняла этого раньше? Ведь все инструкции Кобурна были прощанием. Он не надеялся вернуться со встречи с ван Алленом и в своей неуклюжей манере чуждого сентиментальности человека говорил ей таким образом «прощай».

Он говорил с самого начала, что, скорее всего, не выживет, и сегодня пошел на встречу вместо нее, наверное, рассчитывая спасти ее таким образом.

Но ход его мыслей был абсолютно неправильным. Никто не собирается в нее стрелять. Если Бухгалтер верит в то, что у нее есть что-то важное, что-то такое, что может положить конец деятельности преступной группы, то никто не тронет ее, не выяснив, что же это такое, и не завладев этим.

Она была незаменима для бандитов, так же как для Кобурна, Гамильтона и Министерства юстиции. Мнение Бухгалтера о том, что она что-то знает или имеет, было для нее лучше любого пуленепробиваемого жилета.

А у Кобурна не было такой защиты.

Его защитой должна стать она, Хонор.

35

— Кобурн?

Ли крепче прижал дуло пистолета к виску Тома ван Аллена.

— Рад познакомиться.

— Я ожидал миссис Джиллет.

— Она прийти не смогла.

— С ней все в порядке?

— Замечательно. Просто чуть-чуть устала.

— Во всем этом нет ничего смешного.

— Да и не должно быть. Я просто пытаюсь сказать вам и снайперам, которые держат меня сейчас в прицеле своих винтовок с приборами ночного видения, что, если они убьют меня, миссис Джиллет и ее ребенок потеряются навсегда.

Ван Аллен покачал головой:

— Вы ясно объяснили ваши условия Гамильтону. А он не менее ясно — мне. Никаких снайперов тут нет.

— Соврите еще что-нибудь.

— Это правда.

— Прослушка? Говорите условные фразы для всех, кто вас слышит?

— Можете меня обыскать.

Кобурн обошел вокруг ван Алллена, но пистолет по-прежнему держал нацеленным ему в голову. Оказавшись с Томом лицом к лицу, Кобурн смерил его взглядом. Офисная крыса. Не уверен в себе и не в ладах с окружающими.

Угроза, похоже, почти равна нулю.

Честный или коррумпированный? Кобурну пришло в голову, что, пожалуй, честный, потому что у такого не хватит ни смелости, ни хитрости оказаться полезным мафии.

И именно поэтому Кобурн верил, что Том ван Аллеи честно не знает про снайпера на водонапорной башне за левым плечом Кобурна. И еще об одном в окне тормозного вагона. И о третьем, которого Кобурн заметил на крыше жилого дома в трех кварталах отсюда.

Этому надо было быть особенно метким. Угол прицела у него дерьмовый. Но справиться можно. Зато потом, когда он продырявит Кобурну голову, у него будет куча времени, чтобы смотаться.

Либо ван Аллен мастерски притворялся, что ничего не подозревает, либо действительно не был посвящен во все детали, и это пугало Кобурна куда больше.

— Где миссис Джиллет и ее ребенок? — спросил Том. — Их безопасность волнует меня больше всего.

— Меня тоже. Именно поэтому перед вами я, а не она.

Кобурн опустил руку с пистолетом. Ван Аллен проследил взглядом за его рукой и явно вздохнул с облегчением.

— Вы мне не доверяли?

— Нет.

— Какой повод я дал мне не доверять?

— Никакого. Просто не захотелось делать для вас исключение.

— Вы не доверяете никому.

— Вот теперь вы угадали.

Ван Аллен нервно облизал губы.

— Но мне вы можете доверять, мистер Кобурн. Я, как и вы, понимаю, что не должен провалить опе рацию. С миссис Джиллет все в порядке?

— Да. И мне хотелось бы быть уверенным, что и дальше с ней все будет в порядке.

— Вы считаете, что она в опасности?

— Да, считаю.

— Из-за того, что располагает информацией, обличающей Бухгалтера?

Поскольку оставался шанс, что Том ван Аллен солгал насчет беспроводного микрофона, на этот вопрос Кобурн решил не отвечать.

— Вот что должно произойти дальше, — сказал он. — Вы даете указание местному полицейскому управлению прекратить охоту на меня. Как и вы, я являюсь агентом Федерального бюро расследований при исполнении своих обязанностей. И не могу работать, когда за мной гонится свора сельских жителей, жаждущих нажать на курок.

— Кроуфорд не позволит так просто замять восемь убийств.

— Местный детектив по расследованиям?

— Из конторы шерифа. Он расследует убийство Фреда Хокинса. А убийства на складе как бы перешли к нему по наследству, когда Фреда...

— Картина ясна, — прервал его Кобурн. — Уговорите этого самого Кроуфорда дать мне отсрочку до того момента, когда миссис Джиллет будет в безопасности. Тогда я как следует просвещу его и относительно убийств на складе, и относительно смерти Фреда Хокинса.

— Кроуфорд не пойдет на это.

— Выкрутите ему руки.

— Может, вы дадите мне какую-нибудь оправдывающую вас информацию, которую я мог бы ему передать?

— Спасибо, нет. Ваш офис течет, как решето, и его контора не лучше.

Ван Аллен вздохнул. Вид у него был озабоченный.

— Все это по делу Бухгалтера?

— Да.

— Там что-то крупное?

— Снова правильно.

— Вы не можете ничего мне рассказать?

— Могу. Но не буду. Потому что, если бы вам полагалось это знать, Гамильтон уже сам рассказал бы. Он начал бы с того, что рассказал вам обо мне.

Том поморщился, словно ему больно было это слышать. Он также отметил про себя, что Кобурн уже все решил и пытаться переиграть условия бесполезно.

— Хорошо, я приложу все усилия, чтобы договориться с Кроуфордом. А что собираетесь делать вы?

— Я собираюсь передать вам миссис Джиллет, но никто не будет знать, когда и где. Я сам выберу время и место.

— Не думаю, что это пройдет.

— С кем?

— С Гамильтоном. Он просил передать вам, что время истекло.

— Пусть самого себя строит этот Гамильтон. Передайте ему мои слова. А еще лучше, я сам ему скажу. Я все еще иду по следу чего-то важного. И намерен завершить миссию, которую он мне поручил. Если вам надо прийти к Гамильтону с ответом, скажите ему это. А теперь давайте сядем в машину.

— Зачем?

— Все должно выглядеть так, будто я спокойно уехал с вами.

— Выглядеть? — Том оглянулся с таким недоумевающим видом, что Кобурн снова подумал, что если он притворяется, то делает это просто мастерски. — Для кого выглядеть?

— Для снайперов, которые держат меня под прицелом.

— Но кто может хотеть вас застрелить?

Кобурн нахмурился.

— Ну, угадайте же, ван Аллен. Вы знаете, кто. И единственная причина, почему они не сделали этого до сих пор, в том, что они по-прежнему не знают, где же Хонор Джиллет. Так что мы с вами садимся в машину и уезжаем отсюда вместе.

— И что потом?

— Где-то на пути отсюда к вашему офису в Лафайете я сойду. Когда вы приедете в офис, удивитесь. Как так? Меня нет с вами в машине. Того, кто первым выкажет разочарование, следует арестовать, потому что это и будет человек, пославший снайперов. Поняли?

Кобурну хотелось бы, чтобы Том ван Аллен понял его лучше, чем продемонстрировал его кивок.

— Тогда поехали, — сказал Ли.

Ван Аллен подошел к машине и распахнул дверцу водителя. Салон озарился внутренним светом, и Кобурн снова подумал о том, что опыта работы вне канцелярии у Тома ван Аллена явно маловато. Но он был рад этому свету, потому что тот позволил быстро заглянуть в заднюю часть салона. Между сиденьями никто не прятался.