Страница 41 из 145
– Мисс Джонс, я же писал вам, что я больше не хочу вас видеть. Почему вы не обратили внимания на мою просьбу?
Сара Джонс сделала шаг к Картеру, и тот непроизвольно отступил назад, будто ее близость была для него неприятной.
– Я эту встречу специально не планировала, – серьезно сказала она. – Так сложились обстоятельства. Я должна тебе признаться, что я и без этого в ближайшие дни собиралась тебя отыскать, чтобы поговорить. Ты для меня слишком много значишь, чтобы я вот так запросто отпустила тебя. Говард, я люблю тебя. Я действительно люблю тебя!
Тут лицо Картера омрачилось яростью, и он закричал так, что по всему лесу пошло эхо:
– Вы меня обманули и предали! Я собственными глазами видел, как этот органист ночью прощался с вами. Можно любить лишь одного человека, мисс Джонс, его или меня! Но мне в этот раз не повезло. Поэтому я вас прошу: оставьте меня в покое!
Отчаянный голос Говарда звучал как призыв о помощи. Даже если он говорил какие-то другие слова, все равно слышалось: «Любите меня, мисс Джонс. Вы мне так нужны!» И Сара правильно поняла эти слова.
Она взяла его руки, будто Говард был ребенком, и внимательно посмотрела ему в глаза:
– Ты даже представить себе не можешь, что от одиночества я иногда не знаю, как быть дальше. Школа для девочек со всеми проблемами, этот инспектор Гренфелл и наши с тобой отношения – все это не дает мне покоя ни днем, ни ночью. Разве нельзя понять, почему я прошу совета у мужчины, который находится рядом? Просто совета, ничего больше.
– И что же посоветовал вам Чемберс? – с иронией спросил Картер.
– Он сказал, что мне нужно пойти в полицию и объяснить как ко мне попала статуя.
– Почему же вы не последовали его совету?
– Именно так я и хотела поступить, но вдруг получила от тебя письмо и последовала твоему совету.
Сара чувствовала, что Говарда допекает один вопрос. Она видела его беспокойный взгляд и, чтобы не терзать его, спокойно произнесла:
– Ты наверняка хочешь знать, рассказала ли я Чемберсу о наших с тобой отношениях… Да, рассказала. Чемберс все знает. Я призналась, что люблю тебя. И только тебя, Говард!
– Но это же…
– Безумие, сумасшествие, я знаю… Но это правда. Это была единственная возможность, чтобы он отстал от меня.
Говард отвернулся. Ему было стыдно, что он, чувствуя себя уязвленным и обманутым, написал это письмо. Он готов был сейчас сквозь землю провалиться.
– Я соврал, когда написал в письме, что не люблю вас, – беспомощно залепетал он.
– И было бы враньем, если бы я сказала, что поверила в это, – ответила Сара и улыбнулась.
Оба с облегчением рассмеялись. Говард поцеловал Сару, но она мягко оттолкнула его.
– Нам лучше уехать отсюда, пока нас никто не увидел, – шепнула она.
Картер кивнул и огляделся по сторонам.
– Лошади! – взволнованно вскрикнул он и указал на север. Теперь и Сара заметила, что произошло. Лошади незаметно тронулись и потихоньку зашагали в сторону Сваффхема.
Говард, недолго думая, вскочил на велосипед и нагнал повозку через четверть мили.
– Я хочу, чтобы ты поехал со мной, – сказала Сара Джонс, когда Говард передал ей поводья.
Картер ждал этого предложения. Он молча погрузил велосипед в повозку, и они вместе поехали обратно в Сваффхем.
Когда Говард Картер на следующий день вернулся около полудня в Дидлингтон-холл, все уже были очень обеспокоены. Во-первых, потому что Говард исчез на долгое время и не давал о себе знать, и лорд Амхерст и леди Маргарет волновались из-за его отсутствия. Во-вторых, из-за неожиданного визита, который они хотели обсудить с Говардом.
Картер испугался, когда ему навстречу в холл вышел лорд Карнарвон.
– Этот случай со Спинком не давал мне покоя, мистер Картер. Поэтому я поручил своему секретарю провести расследование. Результаты вас не удивят.
– Сказать по чести, милорд, – отмахнулся Картер, – я тоже на днях пытался найти свидетелей, которые могли бы подтвердить мою версию событий. Все мои усилия были напрасны! Канатчик Хэклтон, по слухам, со своей семьей переехал в Ньюберри.
– Недалеко от замка Хайклер. Он там работает поденщиком.
– Милорд, вот только я боюсь, что мистер Хэклтон совершенно не поможет моему делу.
– Мистер Хэклтон не поможет, – перебил его Карнарвон, – но вот его дочка Джейн!…
– С ней я тоже уже разговаривал, милорд. Она говорила, что ничего не может вспомнить.
Лорд Карнарвон скривился в ухмылке, которая не подходила к титулу «лорд», но он наслаждался своим триумфом. Карнарвон указал себе за спину, где стояла робкая девочка – Джейн Хэклтон.
В громадном холле господского дома она казалась еще меньше, чем в тот момент, когда ее спас Говард. Джейн вежливо сделала книксен перед Картером – он не мог припомнить, чтобы с ним когда-нибудь такое случалось. И лорд Карнарвон попросил ее все рассказать.
То, как лорд Карнарвон выставил девочку на всеобщее обозрение, не понравилось Говарду. Но когда Джейн начала говорить, он забыл обо всем на свете.
– Мистер Картер, – начала девочка, – я хотела бы поблагодарить вас за то, что вы спасли мне жизнь. Я хорошо помню события той ночи и помню, что Роберт Спинк пришел вам на помощь только после того, как вы вынесли меня из дома. Но Роберт Спинк предложил моему отцу пять фунтов, чтобы я всем говорила, что это именно он спас меня из огня.
– Не может быть, – прошептал потрясенный Картер. Вокруг него собрались лорд и леди Амхерст, Перси Ньюберри, дворецкий Альберт и миссис Криклвуд. Они начали аплодировать, как только девочка закончила, и закричали:
– Браво!
Тут Джейн подошла к Картеру и поцеловала его в щеку, что было очень трогательно.
– Пять фунтов, – стыдливо произнесла она, – это большие деньги для нашей семьи. Но мой отец вернет их. Непременно!
Перед входом стоял экипаж Карнарвона, и лорд напомнил Джейн, что нужно торопиться.
Когда Картер на прощание пожал руку лорду и высказал слова благодарности, тот ответил:
– Картер, вы мне нравитесь. Нужно бороться за порядок и справедливость.
После того как обстоятельства приняли для него такой неожиданный оборот, Картер наслаждался лучшими моментами своей жизни. Все свое время юноша посвящал работе с драгоценными реликвиями египетской старины. Он с легкостью справлялся с самыми трудными заданиями, которые поручал ему лорд Амхерст: копировал рисунки, надписи, иероглифы, значения которых не понимал, но замечал постоянно повторяющиеся сегменты.
Так случилось, что однажды Амхерст посвятил своего рисовальщика в тайну, которая для Говарда давно уже таковой не являлась, потому что ему давно доверила ее Алисия.
Лорд повел Говарда в подвал, где хранилась мумия, и взял с молодого художника слово, что тот никому не расскажет об этом. Картер пообещал, но был очень удивлен, почему лорд хотел сделать из этого тайну. Его младшая дочь Алисия все равно не могла держать язык за зубами.
Во время летней жары прохладные своды под боковым крылом Дидлингтон-холла были довольно приятным местом, но не сейчас, осенью, когда на Брекленд [8] опустились английские туманы. Картера знобило, а воздух был такой спертый, что он боялся глубоко вдыхать. К тому же освещение здесь было никудышное, и это очень усложняло работу. Перед Картером поставили задачу – зарисовать саркофаг египетской мумии с разных сторон, а также сделать отдельные наброски, которые можно было бы потом сравнить с другими экспонатами с раскопок.
Десять дней Картер запирался в душном подвале, как того требовал от него лорд Амхерст, чтобы никто не мешал его работе. За десять дней, проведенные наедине с мистером Бобом, Говард рассмотрел все до мельчайших подробностей, чтобы потом перенести на бумагу. Картер работал в шапке и пальто, обвязывал горло толстым шарфом и иногда даже ловил себя на мысли, что ведет с мистером Бобом беседу: он всегда спрашивал его утром о самочувствии, хорошо ли он отдохнул. Иногда Говарду казалось, что мумия ему даже отвечает: «Спасибо, что осведомились, мистер Картер, за долгие столетия становишься неприхотливым». Или: «Сегодня утром довольно свежо, вы не находите? Я все еще никак не могу привыкнуть к английскому климату».
8
Брекленд – административный район графства Норфолк.