Страница 47 из 84
После того как часть племени, оставив Ярохора, вернулась к большому порталу и соединилась с брошенными изгоями, наступила зима и на север накатили холода. Людям приходилось бороться за жизнь, и они пошли по самому простому пути. Все вместе беглецы переселились в пещеры, охотились, ловили рыбу и собирали подмороженные ягоды. За счет этого выжили, а весной некоторые женщины родили первых детей. И когда настала теплая пора, народ Вайда стал понемногу расселяться. В долинах строились дома, охотники запасали дичь и дрова, а женщины собирали грибы и выделывали шкуры. Обычное дело. Люди начинали все заново и трудились. Но несколько человек постоянно находились возле портала в иной мир и чего-то ждали. Видимо, они считали, что портал откроется вновь. Однако их ожидание было напрасным. Магические врата были закрыты.
Прошел год, а за ним другой и третий. Потом минуло целое десятилетие и еще одно. Портал, по-прежнему, не открывался, а люди стремительно дичали. На все племя только одна кузница, и запасы металла были скудными. Одежда из льна и хлопка истрепалась и ей на смену пришли меха и кожи. Соль находилась далеко и за ней раз в год уходили караваны. Верховых животных не было и все делалось вручную. Так что, по-хорошему, народу Вайда следовало бы покинуть суровый север, но люди упрямо продолжали оставаться на месте, и в это же самое время на стенах пещер, в которых проживала половина племени, стали появляться иероглифы. Множество знаков, которые рисовали старики, наносились на гладкие поверхности, а молодежь их запоминала.
"Вот так люди стали дикарями и дальше, видимо, ничего интересного уже не будет", - подумал я тогда, но поспешил с выводами.
В один ничем не примечательный летний день к вождю племени, старому воину, который продолжал караулить магические врата, пришел человек, и он привел своего сына. О чем они разговаривали, я так и не разобрал, а затем парень вскинул вверх ладони и в воздухе загорелся знак, а портал засветился. Но сил подростку не хватило. Он не смог открыть переход в иной мир, и свалился без чувств.
Свершилось! В племени родился чародей, сила которого была похожа на ту, которую использовал Ярохор. И для племени это оказалось великой радостью. А когда подросток пришел в себя, его окружили старики, и был долгий разговор. После которого молодой маг стал применять другие знаки.
Знак Зов, а рядом с ним Олень. И к стоянкам племени вышло большое стадо оленей.
Знак Вода и Рыба. И на берег ближайшего озера стали выбрасываться лососи и горбуши.
Знак Металл. И в горах полыхнуло зарево, которое обозначило выход на поверхность земли богатой железной руды.
Один человек, без особого труда, накормил все племя. Но вождям этого было мало. Они хотели иного, и вскоре подросток вновь попробовал открыть портал. Только не большой, который был запечатан, а новый, поменьше размерами, и это у него получилось.
Магические ворота открылись и первыми в него вошли воины, которые спустя сутки вернулись с добычей. Мужчины народа Вайда принесли тюки с одеждой, золотую посуду и с ними было несколько рабов. Успех! И с этого момента для северян началась новая жизнь. Молодой чародей выполнял приказы старших сородичей, и так продолжалось достаточно долго. Следующее видение показывало мага уже взрослым мужчиной, который был женат, имел детей и много улыбался. Без сомнения, счастливый человек. Ведь его уважали и любили, а родное племя благоденствовало и не знало ни в чем нужды. Но покой чародея нарушили старейшины, которые вновь потребовали от него открыть большой портал, и после долгого спора он согласился.
Маг вышел к магическим вратам и опять загорелся древний иероглиф, который стал наливаться силой. А портал засветился, и казалось, что он вот-вот откроется. Однако этого не произошло. Чародей не выдержал нагрузки, схватился за сердце и упал. Он умер и старейшины, которые поняли, что они снова остались без магии, рвали свои седые бороды и плакали. Глупцы!
Таким было видение, которое посетило меня в Савассе, и я понимал, что мой талант управлять древними иероглифами сродни тому, каким обладали надорвавшийся чародей народа Вайда и Ярохор. Только пользы мне пока от этого никакой, и где-то вдали маячила угроза со стороны неведомых врагов...
Прерывая мои размышления, в лагере легиона пропела сигнальная труба. Общий сбор легиона! Из-за чего?
Поправив ножны с мечом, я выбежал с плаца к ротным палаткам и нос к носу столкнулся с Рунольвом.
- Что случилось? - спросил я его.
- Противник контратакует! По всему фронту! А пятнадцатый полк попал в окружение и просит подкреплений! - на бегу выдохнул он и добавил: - Мы идем на выручку!
"Значит, отдых отменяется", - промелькнула у меня мысль, и я встал на правом фланге своего четвертого взвода.
Глава 17.
- Ускориться! Подтянуться! - майор Агликано приподнялся на стременах, оглядел растянувшуюся по дороге колонну батальона и взмахнул рукой: - Никаких привалов! Марш-марш! Передайте по ротам - кто отстанет, шкуру спущу!
Комбат подгонял нас и правильно делал. Мы - штурмовики! Мы - самые лучшие солдаты морейского войска! Мы - на острие удара и в самом пекле! Мы - не имеем право на слабость! Поэтому, когда противник перешел в контратаку и попытался опрокинуть наши передовые части, а серьезно ослабленный штурмом Нархарда пятнадцатый пехотный полк попал в окружение, именно мы первыми покинули лагерь легиона и направились на выручку.
Впереди, в авангарде, конный взвод поручика Михара, а позади, в арьергарде, свежий линейный батальон, который отстал от нас на пару миль. Расстояние от стоянки легиона до поля боя, большого и богатого села Травена, около пятнадцати миль, и мы преодолели уже двенадцать. Привалы были короткими и жара допекала. На губах пыль, во рту сухость, а по спине течет струйка пота. Хотя нет. Лишней влаги в моем теле уже не осталось, а пот высох и застыл соляным ручейком.
В общем, тяжко. Но мы идем. Осталось всего три мили и батальон уже у цели, так что еще немного и бой. Разумеется, если враг не отступил. Однако это вряд ли. По сообщениям разведки и магов, которые поддерживают связь со своими коллегами в Травене, рубайятцы дерутся словно бешенные, накатят и отступят, а затем снова в атаку. Потому что впервые они вступили в битву не сами по себе, а при поддержке добровольцев из-за границы, тарримских конных стрелков и некромантов из Шитторо. А это значит, что придется иметь дело с новым противником, не только живым, но и мертвым. И пусть некроманты не всесильны и могут контролировать ограниченное число мертвяков, репутация у них жутковатая. Ну и, кроме того, всем известно, что некроманты, по крайней мере, верхушка темных магов в Шитторо, имеют доступ к порталам в иные миры, и что они могут оттуда притащить в наш, неизвестно. Достоверной информации об этом не было, а слухов хватало. В основном говорили про мощные боевые артефакты и про страшных монстров, которых невозможно убить. Но опять-таки это были только слухи, а каковы чернокнижники в реальном бою мы собирались проверить лично...
- К бою! - в уши ворвалась команда комбата.
- Первая рота! - мгновенно среагировал Рунольв, который временно, до прибытия нового командира, возглавил нас. - Сомкнуть щиты! Арбалетчикам зарядить оружие! Первый взвод прямо! Второй напра-во! Третий нале-во! Четвертый на месте!
Противника никто не видел, но команда была выполнена четко. Громыхая металлом и тихо матерясь, рота перестроилась в коробку и прикрылась щитами, а затем на холмах вдоль дороги замаячили всадники. Это были тарримцы, смуглые и курчавые дикари в малахаях. Одежка приметная, так что ошибки быть не могло. Лошадки приземистые, а луки небольшие, но опасные. Стрелы летят на двести шагов и могут быть с неприятным сюрпризом.
Тем временем на дороге появились всадники Михара. Они мчались к нам, и за ними шла погоня. Морейцы отступали, а противник, все те же самые тарримцы, гнался за ними по пятам и вел обстрел. К счастью, никто из наших конников не пострадал. Воины Михара добрались до батальона без потерь и прикрылись пехотным строем, а вражеские лучники попробовали осыпать штурмовиков стрелами.