Страница 63 из 76
На этот раз она медленно повернула голову и взглянула на него. Ничего больше.
– Облачная девушка, – обратился к ней Фафхрд дружелюбно, но немного слишком повелительно, – позови свою госпожу. Я ее старый друг.
Она продолжала смотреть, ни словом, ни жестом не давая понять, что слышит и собирается исполнить то, о чем он ее просит, – лишь чуть насмешливо изогнула бровь.
Фафхрд продолжал, теперь значительно суше:
– Я Фафхрд, капитан «Морского Ястреба». Как ты видишь, мне нужна помощь. Скажи об этом своему капитану. Не беспокойся, мы с ней хорошо знакомы.
Поглядев на него еще немножко, жительница небес согласно кивнула и неторопливо спустилась на палубу. Там, бросив на него еще один взгляд, она не спеша отправилась к корме.
Фафхрд разозлился:
– Пошевеливайся, девчонка, а если тебе нужны формальности, то передай королеве Арилии, что один старый друг почтительно просит ее аудиенции.
У дверей кормовой каюты она остановилась и пронзительным нахальным голосом крикнула:
– Так это ты из почтительности пописал на наш корабль? – после чего приподняла край своей сорочки и скользнула вниз.
Фафхрд с достоинством откашлялся, хотя демонстрировать негодование было абсолютно некому – вокруг не было ни одной живой души, за исключением чаек. Осмелев, он решил спуститься поближе к верхушкам мачт. Однако для этого ему пришлось нырнуть головой вниз, а любые резкие движения по-прежнему вызывали у него страх падения. Все же попробовать стоило, и он нацелился прямо на корабельные снасти, полагая, что если случится самое худшее, то, по крайней мере, реи и ванты смогут задержать его падение.
Сопя от напряжения, он одолел примерно четверть пути, когда нахальная девчонка вновь появилась на палубе. На этот раз за ней следовала (наконец-то!) и сама Фрикс, похожая на предводительницу амазонок-пираток. На ней было надето что-то вроде формы из белого кружева с серебристой отделкой, высокие, до колен, сапоги из белой замши, широкополая шляпа из того же материала, украшенная страусовым пером, и пояс из змеиной кожи с многочисленными серебряными украшениями. Одежда подчеркивала грациозность фигуры, белизна оттеняла черные как смоль волосы и бронзовый загар. С пояса прекрасной амазонки свисала длинная узкая сабля в украшенных серебром ножнах.
Увидев голого Фафхрда, который, пыхтя и отдуваясь, медленно спускался к ней по воздуху, стараясь не делать при этом резких движений, королева небес резко что-то приказала своей одетой в кружевную сорочку спутнице; та поднесла серебряный рог к губам, дунула в него, и до ушей Северянина донесся сладкий, волнующий душу звук.
Вслед за этим на палубе возникли еще шесть высоких гибких женщин, похожих на Фрикс фигурой и одетых как приличествовало рядовым такого капитана, только с их поясов свисали не мечи, а предметы, которые Фафхрд определил как небольшой кинжал, крохотный кисет и маленькую цилиндрическую фляжку. На коротко стриженных головках подчиненных Фрикс красовались разноцветные форменные шапочки: нежно-розовая, ярко-зеленая, желтая, кроваво-красная, голубая и золотисто-коричневая – именно в таком порядке выстроились они на палубе. За ними шла еще одна девушка, как две капли воды похожая на трубачку, только за плечами у нее висел не горн, а самострел, с которого свисала серебристая веревочная петля. Фрикс что-то сказала ей, указывая наверх. Та опустилась на одно колено, выгнула спину и, положив петлю на палубу, прицелилась в Фафхрда из самострела.
К счастью, он угадал ее намерения и потому остался совершенно спокоен, когда девушка выстрелила.
Посланный ею снаряд со свистом рассек воздух. Привязанная к нему веревка распрямилась, не сделав при этом ни одного узла. Стрела с тупым наконечником была на расстоянии одного фута от лица Фафхрда, когда веревка закончилась. Гигант безбоязненно поймал стрелу, точно осу без жала. Шестеро высоких деликатного сложения морячек ухватились за противоположный конец веревки и принялись тянуть. Фафхрд почувствовал, как веревка напряглась и стала сокращаться, таща его за собой. В ту же самую секунду он почувствовал умиротворение, которое можно испытать лишь в объятиях истинно любящего и верного человека.
Дыхание его выровнялось, напряженные мускулы расслабились, он вдруг почувствовал себя столь же гибким (разумеется, настолько, насколько это пристало мужчине, уверил он себя), как и его шесть восхитительных спасительниц. Подрыгав ногами и взмахнув левой рукой, он предоставил им заканчивать эту необременительную работу. Он хотел даже закрыть глаза, так хорошо ему было, однако ему все же захотелось внимательно рассмотреть корабль, к которому его влекло. Облачная барка была воистину замечательным судном, и чем дольше он вглядывался в нее, тем более и более реальными становились ее паруса и реи.
Пока он, словно пойманная на крючок воздушная рыба, позволял забавляющейся команде заоблачного корабля втаскивать себя на борт, его посетила покаянная мысль о друзьях внизу, об их беспокойстве за него и, конечно же, о Мышелове, который был сейчас где-то глубоко под землей. Ему стало стыдно, но он тут же успокоил себя мыслью, что ушел не на совсем, а лишь на время, чтобы немного расслабиться и отдохнуть, и скоро вернется.
Оказавшись на одном уровне с верхушками мачт, он впервые задумался о том, как предстанет перед своими спасительницами. Сначала он хотел было перебраться на ванты и спуститься по ним на палубу самостоятельно, но потом отверг эту идею, так как не мог решить, спускаться ли ему вниз головой или готовиться приземлиться на ноги. Что касается наготы, то с этим он не мог ничего поделать и потому продолжал спускаться, держась одной рукой за стрелу, другую вытянув вдоль тела и выпрямив сомкнутые ноги. Проплывая мимо сидевших на рее фрегатов (нет, все-таки это были чайки!), он не мог удержаться, чтобы не помахать им в знак приветствия рукой.
Когда его спуск только начался, шестеро девушек, грациозно тянущих веревку, казались ему похожими друг на друга почти до неразличимости; приближаясь к палубе, он начал различать их индивидуальные черты. Первая в ряду, в шапочке нежно-розового цвета, умопомрачительная блондинка, поджарая, словно скаковой леопард (самое быстроногое животное Невона) из пустынных степей Эвамарензи, с грудями круглыми и плотными, точно половинки граната. Сквозь кружево ее униформы проглядывала сорочка розовато-оранжевого оттенка, в тон шапочке. Выражение лица у нее было довольно надменное, брови над льдисто-голубыми глазами высоко подняты, щеки впалые, на левой, возле носа, небольшая родинка. Клянусь Косом, это же Флой! Во время его с Фрикс предпоследнего свидания, которое происходило в принадлежащем королеве воздуха замке, что стоит на вершине уходящего в небо пика, венчающего горный хребет, протянувшийся вдоль северного побережья южного континента Невона, он на спор позволил связать себя так крепко, что его путы не давали ему пошевелить и пальцем, а потом наблюдал, как Фрикс и Флой сначала удовлетворяли каждая себя в одиночку, а затем друг друга, предаваясь умопомрачительно долгим и изобретательным ласкам, и все это время сначала Флой читала наизусть длиннейшую поэму – Похищение святой Хисвет и Скелдир, а затем Фрикс сухо, точно врач, описала каждую деталь того, что они с Флой проделывали друг с другом, – все это продолжалось до тех пор, пока он тоже не кончил, хотя и поспорил, что им не удастся довести его до такого возбуждения без прикосновений.
Но приближающаяся палуба вновь приковала его внимание. Протянув левую руку, он ухватился за трос и, подтянувшись, опустился сразу на обе ступни, не сгибая колен. Потом выпрямился и оказался лицом к лицу с ухмыляющейся девушкой, что стреляла в воздух. Она была маленькой и гибкой, как акробатка – такие всегда нравились Мышелову, – белокожей и светловолосой. Он улыбнулся в ответ, кивнул и протянул ей стрелу, за которую продолжал держаться по пути вниз.
Она взяла стрелу, по-прежнему улыбаясь и не выказывая никакого смущения, и протянула ему, словно взамен, золотой браслет в форме бублика, достаточно большой, чтобы он мог надеть его на свое широкое запястье. Он был целиком металлический и достаточно тяжелый, чтобы удержать его на палубе и не дать ему снова взмыть над кораблем.