Страница 44 из 59
Дрожа, она смотрела, как сила сверкала вокруг него.
- Гау! - прокричал он. - Я изгоняю тебя!
Огонь ревел, сворачивался, отступал. У двери в столовую занавес пламени разрывался как туман, исчезая в душе алмазных капель. Порыв ветра рассеял удушливый дым. Огонь на плите пробормотал, поплевался и погас.
Тигра сжался, замолкая в ее руках.
Морган стоял в рассеивающимся дыме, как солдат на поле битвы. Лиз могла чувствовать энергию, бегущую в его крови и изливающуюся на его кожу. Его глаза с золотой оправой сверкали. Шагая по кухонному полу, он поставил ее на ноги и прижал к своему стальному корпусу.
- Ты в порядке?
- Я... - Ее легкие не работали должным образом. А мозг не соображал. - Отлично, - прежде чем она успела, что-либо еще добавить, его губы впились в ее.
Его поцелуй был яростным и нуждающимся, жарким. Его рот требовал и покорял ее. Она прижала к нему одну руку, и ее короткие ногти впились в его мускулистое плечо, потрепанное штормом ощущений, бурей облегчения, желания и жажду. Она не могла перевести дыхание или успокоиться. Он смел ее контроль.
Она отдалась его поцелую, радуясь простому прикосновению, вкусу, существованию.
Котенок извивался и царапался между ними.
- Ой.
Одной рукой он вытащил котенка между ними и опустил вниз. Он сжал ее бедра, чтобы притянуть ее жестче к нему и остановился, рот сжался в явном недовольстве.
Ее сердце бешено колотилось. Ее голова затуманилась от жажды.
- Что?
Он взял ее руку и перевернул ее, показывая длинные, тонкие линии красных царапин от кошки на ее бледной коже, ее кровоточащие ладони.
- Ты ранена.
- Это ничего. Слава Богу, ты пришел. - Она убрала руку. - А почему ты пришел?
- Ты нуждалась во мне, - сказал он, так просто, что ее сердце запнулось.
«Он не имел это в виду так, как оно прозвучало», - напомнила она себе.
- Нуждалась, - сказала она. - Я никогда не была так рад видеть кого-то за всю мою жизнь, но...
Котенок продвинулся ближе к двери, дрожа. Морган резко что-то сказал, Лиз не знала эти слова, и Тигра отбежал под стол.
Лиз рассматривала открытую дверь, ее ум начал работать, крутясь, меняясь.
- Как ты вошел?
Он поднял брови.
- Как обычно.
- Дверь была заперта. Даже не заперта, - поправила она себя. - Застряла.
- Нет. Гау использовал твои страхи, чтобы держать тебя в плену.
- Прости?
- Это была иллюзия, - объяснил Морган. - Как огонь у другой двери. Демоны - мастера такого обмана.
Огонь. Демоны. В ее доме.
Она судорожно вдохнула.
- Думаю, - сказала она аккуратно, - Мне нужно присесть.
До того как ее колени подкосились, он поставил опрокинутый стул одной рукой. Она села, кошачьи царапины пульсировали на ее руке. Разбитая чайная кружка каталась у нее под ногами. Груды химической пены капали с печи. Дождь растекся лужей на полу. Кухонные занавески были слипшимися, мокрыми и грязными, а влажные бумажные салфетки валялись по всей комнате. Буря не была иллюзией. Но было очень мало признаков пожара: почерневшее полотенце, опаленный чайник, пятно сажи на стене. Бриз дул через открытую дверь, чистый и пахнущий солью.
Она вздрогнула.
- Ты говоришь, что это был не обычный пожар.
- Это был пожар, - сказал Морган. - Огонь - элемент демонов.
- Я делала чай. Это старый дом. Может быть, утечка газа... - Она посмотрела ему в глаза и замолчала. Ладно, она тоже не верила в теорию об утечке газа.
Она подняла Тигру, поглаживая его вибрирующие маленькое тело для комфорта.
- Огонь обеспечил среду, - сказал Морган. - Но у Гау не должно было быть возможности так появиться.
Она почувствовала себя в неведении. Беспомощной.
- Кто такой Гау?
Его глаза, черные и золотые и осторожные, встретились с ее.
- Старый приятель.
- Демон.
- Да.
- Враг?
- Он сделал себя таковым.
Страх обострил ее голос.
- Знаешь, ты мог остановиться со зловещими, загадочными заявлениями. Мы говорим о моей жизни здесь. Безопасности моих детей. Я должна знать, что происходит.
Он наклонил голову.
- Ты права. Я не привык доверять другим. - Его улыбка показала край зубов. - Я охочусь один.
Она посмотрела на его зубы, на его глаза и вспомнила то, что она предпочла бы забыть. Он не был человеком.
Внутри нее что-то затрепетало и застыло, как кролик, за которым следит ястреб, запорхала чисто животная паника. На мгновение невозможность того, кем он был, преодолела даже невероятность того, что он говорил. Она прикусила губу.
«Это Морган», - она сказала себе твердо.
И страх прошел.
- Ну, теперь ты не один.
- У тебя есть Зак, чтобы подумать о нем.
«И я», - подумала она. «И Эм».
- Если мы в опасности, я должна знать.
Морган заколебался. Споря с собой, что ей сказать? Или решая, что не говорить?
- Я - лидер финфолков. Если я вступлю в союз с Адом, если мой народ примет сторону детей огня в войне против селки и человечества, Гау предложил мне власть над морем.
- Значит, он разозлился, потому что ты сказал «нет».
Он замер, еще одно качество кроме тишины, которое снова ей напомнило, что он был чем-то большим или чем-то другим, но не человеком. - Ты кажешься очень уверенной в моем ответе.
- Никто из тех, кто знает тебя, не может подумать, что ты - предатель.
Он смотрел на нее темными, непроницаемыми глазами.
- Не все разделяют твою уверенность в моей преданности.
- Ты подарил моей дочери котенка. Ты рассказал мне о сыне. - Ты занимался со мной любовью, как будто для тебя я имела какое-то значение. - Ты спас мой дом, и, вероятнее всего, мою жизнь. Это определенно дает к тебе какое-то доверие.
- Ты слишком сильно веришь в меня. Ты была в опасности из-за меня. Едва ли я мог поступить иначе.
«Он видит это в таком ключе», - подумала она. Не важно, кем был Морган, не важно, что он делал, у него был свой собственный резерв, кодекс воина.
Она нахмурилась.
- Я все еще не понимаю, почему Гау напал на меня. Он хочет мести?
- Он хочет моей поддержки.
- Мое убийство этого не даст.
- Угроза тебе - могла бы. Он рассматривает тебя как слабость, которую можно использовать.
Она задержала дыхание.
- А как ты рассматриваешь нас?
- У меня нет слабых мест.
Она изо всех сил пыталась скрыть свое разочарование.
- Тогда мы не имеем никакой ценности в качестве заложников.
- Элизабет.
Она подняла глаза и встретила его взгляд. Его глаза были такими же теплыми, такими же свирепыми, такими же близкими как поцелуй. Ее кровь начала бежать.
- Твоя ценность - это то, чего Гау не понимает. Он не тронет тебя снова. - Слова Моргана звучали как обещание, тихие и напряженные. - Я не оставлю тебя без защиты.
На мгновение она позволила себе поверить, как будто он хотел спасти ее, как будто он мог любить ее, как будто он будет там ради нее из-за всего Плохого, что жизнь бросила в нее, как подростковый возраст и болезни, демоны и смерть.
Кроме того, что он уйдет.
Рассеянно, она погладила котенка на коленях. Она всегда знала, что он уйдет. Единственный вопрос был в том, сколько частей ее сердца он возьмет с собой?
***
Зак стоял прямо у двери зала общинного центра. Пробуя воду, ха-ха.
Запах пота конкурировал с запахом свежего кофе и несвежего попкорна, шедших из лобби. Зрители вертелись в водовороте и циркулировали вокруг него. Он узнал некоторых из них из магазина, летние люди оделись как из каталога Л.Л. Бина или магазина во Фрипорте, островитяне носили линялые джинсы и кепки. Дети корчились, стоя на коленях, или бегали по деревянному полу. Семейные группы расположились на рядах складных стульев, которые раскинулись от одной контрольной линии до другой.
Он заметил Эмили, сидящую рядом с тощим, темноволосым ребенком ее возраста.