Страница 48 из 88
Вернувшись с работы, Анатолий Сергеевич повторил свой разговор супруге и дочери. Как и следовало ожидать, Алевтина Александровна рубанула с плеча:
- То, что Самарин со своими прихлебаями побежали – это понятно! Но ума не приложу, почему он о нас беспокоится. Толя, Самарин просто так ничего не делает.
- Что ты говоришь, Аля? Илья Васильевич многим помогает и делает это совершенно бескорыстно.
- А я не верю в бескорыстность волков! Скорей всего, он делает это в пику Усману Рашидовичу.
- А что ты скажешь, дочка?
- Папа, я ведь в России, вообще, не жила. Мне не хочется уезжать.
- Вот видишь,- энергично кивнула Алевтина Александровна.- Люба тоже против переезда.
- Мама, я не против переезда,- покачала головой Люба.- Просто мне не хочется уезжать.
- Так что не будем спешить!- Подытожила Алевтина Александровна.- Я думаю, что уехать мы всегда успеем. И по большому счету, кому мы мешаем?! Учителя да воспитатели. Никуда мы не поедем! Некуда нам ехать и незачем. Хорошо там, где нас нет!
Утром Самарин напомнил о вчерашнем разговоре:
- Ты обсудил мое предложение с семьей?
- Мы остаемся,- ответил Стрекалов.- От добра добро не ищут.
- Напрасно. Но пока я здесь мое предложение остается в силе. Анатолий Сергеевич, ты не представляешь, что здесь начнется.
- Илья Васильевич, мне кажется, мы уже пережили все потрясения. А в России сейчас тоже неспокойно: в Чечне воюют, того и гляди, в городах дома начнут взрывать.
- Что ж, время нас рассудит. Хотя время еще не ушло. Думайте, думайте! Жить вам, не мне...
И они остались. Подчас вера в лучшее пересиливает даже самые обоснованные доводы.
Вскоре директорат на Химкомбинате действительно сменился. И городом фактически стал править клан бывшего секретаря горкома Рашида Юсупова. Прокуратура, милиция, общепит, отдел народного образования, автотранспортное предприятие, все было в руках братьев, сыновей и кумовьев Юсупова–старшего. По большому счету, Юсуповым на узбеков было плевать так же, как и на русских. Узбеки с должностей слетали так же легко. Вскоре Анатолий Сергеевич тоже лишился места в заводском музее и к стыду своему начал злоупотреблять спиртным. С утра до вечера он сидел возле окна на кухне, время от времени опрокидывал рюмку водки и читал Омара Хайяма или "Уложение" Тамерлана.
- Вот послушай, Аля,- говорил жене.- Мы стремимся в Россию. А что Россия? Вот что сказал Тимур-Ленг: "Каждое государство, в котором безверие и ереси пустили корни и разделили народ и войско на многочисленные секты, легко может быть завоевано". Нас гонят отсюда как еретиков. Аля! Ты всю жизнь толковала о звездах, о законах природы. О пустом!- И он принимался по памяти начитывать "Рубаи":
Ты все пытаешься проникнуть в тайны света,
В загадку бытия... К чему, мой друг, все это?
Ночей и дней часы беспечно проводи,-
Ведь все устроено без твоего совета.
- Толя,- обрывала его жена,- Сколько ты еще будешь пить?..
- Пить?.. Я не пью, а забываюсь...
Это продолжалось до первых чисел декабря девяносто пятого года.
В конце концов, Алевтина Александровна не выдержала и вновь созвала семейный совет.
- Смотреть на то, как ты спиваешься, я больше не могу и не буду!- Безапелляционно заявила она.- Либо ты берешь себя в руки и устраиваешься на работу хотя бы дворником! Либо мы уезжаем в Россию! Смотреть на твое самоуничтожение я не буду! Не буду!!!
- Что же мы будем там делать?- Флегматично спросил Анатолий Сергеевич.
- Жить будем! Если ты о себе не думаешь, подумай о дочери. У нее вся жизнь впереди! Толя, решать тебе. Я уже нашла выгодный вариант продажи и квартиры и мебели! Переберемся в Россию. Там беженцам субсидии жилищные дают и, вообще, помогают. Так что давай решать, здесь остаемся или уезжаем?
- Нужно было уезжать раньше, когда помощь предлагал Самарин,- пробормотал Анатолий Сергеевич.
- Неужели мы без него не справимся?- Резонно спросила Алевтина Александровна.
- Аля, все это меня уже не тревожит. Я перспективу не вижу, словно ослеп.
- Ты совершенно прав,- кивнула Алевтина Александровна.- В таком состоянии у тебя только одна перспектива – окончательно спиться и от водки умереть!
- Зачем ты так, Аля?..
- Папа, а ведь мама права,- поддержала Алевтину Александровну дочь.
- Дочка-дочка,- вздохнул Анатолий Сергеевич.- Это так тяжело быть брошенным и ненужным.
- А мы?!- Строго посмотрела на него жена.- Разве нам ты не нужен?! Да я уже покаялась, что не согласилась летом с Самариным. Нужно было уезжать тогда! Сейчас бы уже обжились на новом месте!
- Мама, давайте не будем тянуть с отъездом,- поддержала ее Люба.- В последнее время мне здесь тоже очень тяжело. Не одни мы собираемся в Россию. На нас уже начали косо смотреть.
- Вот и хорошо,- скупо улыбнулась Алевтина Александровна.- Если возражений нет, я завтра же приглашу Каца, и мы решим вопрос с квартирой и мебелью.
В конце января девяносто шестого года они сошли с поезда, взяли на привокзальной площади такси и приехали на городскую окраину к брату Анатолия Сергеевича – Михаилу.
Встретил он их радушно, но выглядел неважно. По всем признакам младший из братьев тоже спивался. Тем не менее, угощение на стол собрал мгновенно. И как ни странно, стол ломился от деликатесов.
- Проходите, гости дорогие! Ждал вас, ждал! Сердцем чуял, что скоро свидимся! Мы с тобой, Толян, братья! Вот когда тебе плохо, я сразу чувствую! Сразу мне делается тошно! И я знаю!..
- А чем ты, Миша, сейчас занимаешься? – Спросила его Алевтина Александровна.
- Коммерцией!- Не без гордости ответил тот.
- Это чем же?- Стрекалова посмотрела на него с удивлением.
- А ты помнишь, как раньше говорили? "Рабочему классу нужен квас!"- Провозгласил Михаил.- Я, конечно, не квас делаю! Но тоже для рабочего класса потею. Давайте-ка, лучше выпьем и закусим как следует. А все остальное оставим на после - потом!.. А Любонька какая красотуля сделалась!- Спустя полчаса уже восторгался он.- Братан, молодец что с этой Чурбании уехал! Мы здесь люди простые! Есть деньги – пей, гуляй, жизни радуйся!
- А как закончатся?- Алевтина Александровна посмотрела на него настороженно.
- А не закончатся они мои денежки! Эх, пить будем да гулять будем! А время придет, помирать будем!..- Без всякого перехода запел он.- И у меня деньги будут! И у вас деньги будут!..
- Дядя Миша, к вам кто-то приехал!- Сказала Люба. Она стояла возле окна.
- Любонька, сейчас я тебя с таким парнем познакомлю! Держись его и все у тебя будет! Проблем только не будет!.. В прихожей хлопнула дверь и в горнице появился высокий дородный мужчина лет двадцати восьми.- Витя! Проходи к столу! Глянь-ка, кто ко мне припожаловал! Брат – Толян! Самый – самый! Жёнка его – Алевтина! И дочка его – Любаша – красавица! Ты посмотри, какая у него дочка! Я тебе про нее рассказывал!
- Здрасте – здрасте!- Забалуев откровенно разглядывал Любу.- Люба, говоришь, да?.. А ты чё не наливаешь мне?!- Он перевел тяжелый взгляд на хозяина дома.- Я с вами посижу немного...
Он бросил меховую курточку на диван и сел рядом с Любой.
- Ты не Люба, ты – картинка,- улыбнулся он.- Меня Виталей зовут.
В этот момент входная дверь снова хлопнула и на пороге появился еще один амбал. У этого лицо было форменного бандита.
- Кого там еще черти принесли?- Спросил хозяин дома.- А это ты, Котяра,- потускневшим голосом сказал он.
- Не рад мне, не ждал,- осклабился гость, разглядывая всех по очереди.- Ты мне денег должен, Стручок! Я за тобой бегать не буду!
- Чё ты, чё ты завелся?!- Михаил посмотрел на гостя уже с испугом.- Отдам я тебе деньги.
- Миша, мы пойдем отдыхать,- сказала Алевтина Александровна деверю. Она спинным мозгом почувствовала, что эти люди принесли с собой проблемы.