Страница 10 из 90
В сущности, Антонию нравилось на мостике. Мягкий, такой приятный для глаз свет лился из панелей, светился обзорно-проекционый экран, и именно здесь Луция настигало чувство межзвездного полета, которое напрочь отсутствовало внизу, на палубах. Стены, лифты, светящиеся указатели, иллюзорные проекции точь-в-точь, как на любой из станций. С той разницей, что на Цикуте никогда не отключали искусственную гравитацию. А на мостике сразу ясно – мы летим, летим вперед, к незнакомой планете, к безымянному солнцу. Это очень романтично.
Да и смотреть на людей, занятых любимым делом, сосредоточенных на работе, которой отдана вся жизнь без остатка, для психокорректора - одно удовольствие. По сути, Аквилинам всё равно, мятеж у них или обычный рейд, главное – быть вместе и быть с «Аквилой».
И это будоражащее предчувствие скорого сражения… Ух! Антоний заставил себя сидеть в кресле неподвижно, хотя хотелось пробежаться туда-сюда по мостику, чтобы снять нервное напряжение. А что же Ливия? Она спокойна и собрана. А что же Квинт Марций? Он, похоже, просто счастлив.
Конечно, можно заявить, что ученый из фамилии, вот уже триста лет дающей Республике военных исследователей в области биохимии мозга, прикладной социальной психологии и генетики эмоций, не должен разделять чувства объектов исследований, которых всегда изучал. Но поделать с собой Луций Антоний ничего не мог. Ни одна из теорий не помогала выдержать напор чувств, охватывающих человека в канун грядущей битвы.
Никто из офицеров мостика психокорректору не мешал, пока тот разбирался со своими реакциями на стрессовую ситуацию. И даже Квинт Марций удержался от язвительных комментариев. Аквилины работали, а Луций Антоний наблюдал и завидовал завистью всех цветов спектра. Особисты традиционно и закономерно не отличались сплоченностью военных и целеустремленностью пилотов.
- Есть! – вдруг радостно вскрикнул Плавтий, стремясь не столько погромче оповестить всех об успехе сканирования, сколько избавиться от Квинта Марция. – Есть буй! Квадрат 14-10 отметка 3, по вектору 17. Сигнал четкий, устойчивый, передача ведется…
- Прекрасно, - удовлетворенно прервала его Ливия и встала, заложив руки за спину. – Фульвий, канал связи с «Либертас». Марк Флавий! «Либертас» выйти из построения и следовать в заданные координаты. На связь не выходить, соблюдать режим полной маскировки. Марк, за сенатора и Кассию отвечаешь собственной задницей. Если что, я тебя из-за Ахерона достану. Как понял?
- Так точно, «Аквила», - отозвался наварх «Либертас». – Будет исполнено в точности.
Ливия скупо усмехнулась и кивнула. Молодец, щенок, пообтесался уже. Страха в голосе почти не заметно, да и тон такой уверенный, командирский…
- Тогда в добрый путь, «Либертас», и да хранят вас лары и маны.
Она проследила, как удаляется и гаснет синий огонек сигнала либурны, а потом тряхнула головой и улыбнулась:
- Рулевой, курс на сближение с целью. Квинт Марций, - наварх сделала приглашающий жест, - теперь дело за тобой и десантной группой. Командуй. Будем брать.
- Центурион?
- Группа готова, - доложил Авл Петроний. – Ждем команды.
Лично протестировав накануне Тита Меммия и еще двух саперов, префект утвердил состав десантной группы.
- Тит, ты меня слышишь?
- Да, господин, - прогудел тот.
В скафандре повышенной защиты такому здоровенному солдату всегда приходится несладко. Если заранее не знать, что парень весьма башковит, то по виду никогда не определишь, что в эту бритую голову десятник не только ест и пьет.
- У тебя будет очень мало времени, помни об этом, - напомнил Квинт.
- Я буду стараться, господин.
Титу Меммию уже, наверное, сто раз напомнили о важности его миссии.
Искать и найти в пространстве системы объект столь малый – задача сложная, но для чувствительных сенсоров «Аквилы» отнюдь не непосильная. Плавтию, конечно, пришлось постоянно перекалибровывать свои системы, вводя всё новые коррективы, а курс, проложенный астрогатором буквально по краешку астероидных полей, напоминал след агонизирующей змеи, которой перебили хребет аж в нескольких местах. У Ливии руки сводило от желания отпихнуть рулевого с поста и самой провести корабль, но… Начало непредсказуемой авантюры – не тот момент, когда можно показать экипажу слабость, даже если это всего лишь дрожь истосковавшихся по штурвалу рук. Наварх убрала их за спину, сплела пальцы и подняла голову, выставив подбородок и слегка улыбаясь. «Я доверяю вам всем больше, нежели себе», - говорила эта поза. Кроме того, наварх – это командир корабля, а не рулевой. Бирема чисто технически способна летать и маневрировать и без непосредственного участия наварха. Главное, самой об этом не забывать.
- Вижу буй, - доложил Плавтий.
- Вывести на экран!
Буй представлял собой объект, по форме напоминающий кольцо футов 50 диаметром с продетым в него веретеном. На концах «веретена» мигали габаритные маячки, по кольцу ритмично пробегали цепочки огоньков. Устройство работало и весьма активно.
- Хм… мелковата площадка для высадки, - задумчиво молвила Ливия. – Но ничего не поделаешь. Положимся на исключительную точность Тита Меммия и его команды.
- Может быть, зацепить корвусом буй целиком и затащить к нам на борт? – предложил Плавтий.
- О да, - тут же вклинилась Фабриция, которой из инженерного прекрасно было видно и слышно все, что происходит и на мостике, и за бортом. – Чтобы он сдетонировал и взорвался прямо в нашем грузовом отсеке. Это «дах-8» парфийской сборки, модель устаревшая, но простая и надежная как… э… разводной ключ. Пара несложных команд, и буй превращается в простую, но эффективную мину-ловушку. Во время кампании консулов Клавдия Пия Старшего и Сервилия Цепиона парфы просто обожали оставлять такие сюрпризы.
- Благодарю за консультацию, Фабриция, - хмыкнула Ливия. – То есть, этой штуке может быть порядка двадцати лет?
- Или больше, - ответила главный инженер. – Я же сказала: модель простая и надежная. Главный процессор у нее расположен в нижнем сегменте сердечника, но в случае повреждения или сбоя система переходит на резервное управление.
Квинт Марций тем временем переключил свой канал связи с Титом Меммием так, чтобы тот слышал каждое слово, произнесенное на мостике.
- А ядро памяти? В центре?
- Не обязательно. Насколько я вижу, парфийская маркировка перебита, значит, те умельцы, что переклепали «дах-8» для своих нужд, вполне могли разместить ядро где угодно внутри сердечника.
- У Тита Меммия в команде опытный сапер, - уверенно заявила наварх. – Не так ли, Квинт Марций? Не сомневаюсь, что они справятся.
- Пересылаю спецификации десантной группе, - сказала Фабриция. – Остаюсь на связи, если вдруг понадобится помощь.
- Мостик – десантной группе. Выдвигайтесь.
Квинт Марций следил за каждым движением Тита Меммия со товарищи, с того момента как за их спинами закрылся шлюз внешней переходной камеры и пока на небольшой АДР-платформе (автономной десантно-ремонтной) они подбирались к бую.
Антоний устроился за плечом Квинта Марция и с огромным интересом наблюдал за работой десантников. Благо информация на проекционный экран поступала сразу из нескольких источников: с внешних сенсоров «Аквилы», с видеорегистратора платформы и непосредственно от каждого из десантников. Одновременно буй смотрелся крошечной деталькой на фоне огромной биремы, а в соседнем окне - он же, но уже большой и зловещий, за который цепляются три маленькие человеческие фигурки.
Казалось, что люди двигаются крайне медленно и каждое движение дается десантникам с огромным трудом.
- Гай Кассий? – обратился префект к парню, который занялся буем первым
- Провожу разминирование. Три стандартных заряда вакуум-взрывчатки «магон».
- Вот как! – удивился Квинт Марций. – Уверен?
- Абсолютно, господин, - подтвердил сапер.
- И что такого? – спросил Антоний.
Ему название взрывчатки ни о чем не говорило, кроме пунийского происхождения оного.