Оборотная сторона героя

– Берите, – молодой человек с бойкими черными глазами и бейджем "Гильермо Гальван" уговаривал их с таким воодушевлением, будто с каждого проданного билета ему шел процент в собственный карман. – Берите, а там до Марабы на машине всего за пару часов доберетесь.

Арагорн смотрел на Лекса – решает цыган, а он всего лишь подстраивается. Он будет сопровождать Алмазова столько, сколько потребуется, и туда, куда потребуется – хоть в самую чащу пресловутых бразильских лесов, где водится много диких обезьян.

– А когда вылетает? – поинтересовался Лекс.

– Скоро, но точно сказать не могу.

– Как это?

– Ну, – черноглазый парень помялся, – Вообще-то, рейс как-бы зарезервирован за одной небольшой делегацией и… еще парочкой человек. Они что-то задерживаются, но должны уже скоро прибыть.

– В таком случае как мы полетим? Стоя? – вмешался Арагорн. Похоже, не так уж он и ошибся насчет процента с продаж: внутренние рейсы Бразилии осуществляет множество местных перевозчиков, а небольшие самолеты для междугородних путешествий в этой стране такое же обычное дело, как в России автобусы – лишнюю шабашку тут не упустят.

– Да нет, места будут. Делегация небольшая, четверо человек. И.. еще двое.

– Ну, пусть будет Императрис, – согласился Лекс. – Ты летишь?

– Лечу, – кивнул Арагорн. Куда цыган, туда и он.

Шустрый Гильермо просиял.

– Вы только далеко не отходите. Делегация вот-вот прибудет, и как только они покажутся, мы сразу же вылетаем.

– Мы?

– Ну да, я ведь второй пилот.

Арагорн только покачал головой – второй пилот, зазывающий на свой рейс и сам продающий билеты, надо же!

В кафешке неподалёку они с Лексом успели плотно перекусить, выпить несколько чашек кофе и поговорить обо всем на свете. Обо всем – но только не об Ахилле.

Час спустя их позвали на посадку.

Арагорн с цыганом первыми зашли в салон небольшого, всего на десять пассажиров, двухмоторного самолета и устроились на сиденьях в самом хвосте.

Несколько минут спустя в проходе показалось двое аккуратно стриженых мужчин в светло-серых костюмах и белых рубашках с расстёгнутыми воротничками. Они бросили короткий взгляд на цыгана с Арагорном, повернулись к поджидавшему их Гильермо и что-то строго спросили. Судя по суровым выражениям лиц, светлокостюмные были недовольны.

Второй пилот виновато забегал глазами и принялся что-то поспешно объяснять. Светлокостюмные слушали его молча, выражения лиц не менялись. Когда пилот замолчал, они переглянулись, один из них на секунду мученически закатил глаза, другой едва заметно пожал плечами и вопросительно кивнул в сторону цыгана с Арагорном.

– Высаживать? – разобрал Арагорн по губам.

Первый вздохнул, а потом удивительно мягкой, никак не вяжущейся с деловым костюмом походкой направился к Лексу и мгновенно напрягшемуся Арагорну.

– Будьте так добры, предъявите свои документы, – вежливо обратился он на безупречном английском.

Цыган без вопросов полез в карман. Арагорн коротким жестом придержал его.

– Объясните, пожалуйста, на каком основании.

Вместо ответа тот предъявил удостоверение службы безопасности аэропорта.

"Подделать такую карточку – раз плюнуть", – с досадой подумал Арагорн, но – делать нечего, достал паспорт.

Второй светлокостюмный присоединился к первому, оставив вспотевшего Гильермо переводить дух, и они оба внимательно изучили их документы. Кажется, российские паспорта их несколько успокоили.

Первый вернул документы и зачем-то уточнил:

– Русские?

– Да.

– С какой целью вы направляетесь в Императрис?

– Нам надо в Марабу, только рейсов туда в ближайшие несколько часов нет, – охотно объяснил цыган. – Вот мы и решили не ждать и лететь до Императриса, а оттуда – на машине.

Светлокостюмные быстро переглянулись и вышли. Бледный Гильермо облегчённо перевёл дух.

А через несколько минут появилось ещё двое. Один – невысокий, кругленький и смуглый, в джинсах и белой футболке, с рюкзаком через плечо; другой – сутулый блондин, в брюках и легкой клетчатой рубашке, с ноутбуком в руках. Несмотря на их заурядную внешность, Арагорн сразу же понял – проверка была устроена именно ради этих двоих. Интересно, кто они такие?

Следом показалось ещё четверо. "Видимо, так самая делегация, в которой говорил Гильермо", – констатировал про себя конквестор, быстро, но внимательно оглядывая своих попутчиков. Вот щуплый мужчина в очках, суетливо регулирующий длину ремня безопасности. Видимо, боится летать. Вот невысокая кругленькая женщина, деловито достающая айпад. Небрежно крашеная блондинка с журналом в руках, сетующая на что-то идущей позади высокой черноволосой девушке. А та…

Арагорн охнул от неожиданности.

Четвёртой оказалась Алессандра.

* * *

Внезапный визит нагрянувших ранним утром ОМОНовцев напугал семейство Алмазова. Непривычные к подобным передрягам, не имевшие проблем с законом, никогда раньше не пересекавшиеся с правоохранительными органами, цыгане были взбудоражены и растеряны.

Только у Тагира хватило хладнокровия заметить, что, помимо ОМОНовцев, выспрашивавших о перестрелке в Раменском и направо и налево раздающих подписки о невыезде, в их дом пришло ещё двое мужчин в гражданке. И вот они-то не ограничились протокольными вопросами. Собственно, их и Раменское не особо интересовало. Их интересовал мужчина, назвавшийся, по словам Лекса, Ахиллом. Эти двое, совершенно одинаковые – черноволосые, темноглазые, собранные, с цепкими взглядами и экономными жестами, выспрашивали об Ахилле с настойчивостью инквизиторов.

К счастью, эмоциональное возбуждение, владевшее всеми без исключения членами общины, помогло отвертеться – цыгане врали, конечно, неубедительно, но их нервные жесты и взгляды можно было списать на недавний стресс. Тагир понимал, что это сработает только раз. Когда с допросом явятся снова – а то, что эти двое явятся, не вызывало у барона сомнений, отвертеться не получится. Кто-нибудь из его цыган выдаст себя. Значит, Ахилла надо спрятать. Причем там, чтобы об этом знало как можно меньше народу – тогда им и при желании нечего будет выболтать.

В этом ему с готовностью предложил поспособствовать Богдан. Заинтригованный загадочной личностью Ахилла, откровенно поражённый его бойцовскими навыками, высший класс которых он успел оценить в интенсивной переделке в Раменском, где этот незнакомец с одним только ножищем сумел вывести из боя столько людей Глушителя, Богдан настойчиво рекомендовал вывезти Ахилла поскорее и предложил хорошее укрытие. Тагир дал добро – под присмотром более опытных в таких делах цыган Ахиллу будет безопаснее, чем у него в доме.

Мысль о том, что собственные родственники, безусловно, узнавшие постриженном и перекрашенном Ахилле того человека, чей портрет транслируют едва не по всем каналам, решат воспользоваться большой наградой, Тагир от себя гнал. Если не верить собственной родне – тогда кому же вообще верить? Родня – это основа основ. Если она рухнет, то и на всем мире можно будет поставить крест.

И потому на следующий день Ахилла тихо и незаметно вывели из дома Алмазовых. С ним отправили Гили – кроме Лекса, только она одна могла хоть как-то с ним объясниться, да и сам молчаливый хмурый незнакомец, похоже, питал к ней определенную слабость. Выражалось это, впрочем, не в каких-то особых знаках внимания, а лишь в том, что смотрел он на неё взглядом ровным и спокойным, а не зверино-настороженным, как на всех остальных.