Страница 54 из 98
'Извините', - Сергей встает из-за парты и выходит за дверь. Снова трясет головой, опирается о подоконник... Родительское собрание? Снег за окном... Почему снег? Только что была осень - парк и скамейки...
Что происходит? Дикий, не вырвавшийся крик...
Яркий луч света, прямо в глаза. Приблизилось внимательное лицо, в смешной зеленой шапочке, разглядывает зрачок... На заднем плане возникает заплаканное лицо Светки. 'Все в норме, - пожимает плечами врач, засовывая маленький фонарик в карман. - У неврологии вопросов нет. Мне кажется, - он поворачивается к жене. - Вам больше нужен психиатр'.
Что такое? Сергей оглядывается - приемный кабинет, он лежит на кушетке... Доктор пересаживается к столу и начинает строчить ручкой в журнале. Сергей удивленно смотрит на Светку... 'Снова, да? - из ее глаз брызгают слезы. - Опять?'
Дикий, почти вырвавшийся крик...
Длинные вереницы огней почти сливаются в сплошную линию... Мелькающие пятна света, белый вытянутый потолок... Его куда-то бегом везут, мельтешат лица в марлевых повязках. 'Разрыв мозговой ткани, обширное повреждение затылочной части, - запыхавшийся голос сзади. - Четвертая операционная, красный свет...' Люди в коридоре отскакивают по сторонам, прижимаются к стене, провожают глазами... Одно из лиц вдруг поворачивается, наклоняется и снимает повязку... Белое-пребелое лицо, красные глаза - черные зубы щерятся в ухмылке...
Дикий вырвавшийся крик.
'Защитная реакция, - чьи-то далекие голоса. - Ответ на окружающую враждебную действительность, причины могут быть совершенно различными. Пациент придумал фантастический мир - и в нем живет, ходит, дышит... Но сознание не может существовать в двух мирах одновременно - дисфункция, разлад, потеря ориентации...'
'Мы можем помочь?'
'Надо вывести из подсознания, в реальный мир. Пациент должен лично осознать... минутку...'
Всполох боли - дикий рванувший крик...
'Спокойно, не кричите... - снова чье-то лицо, уже без повязки. - Все в порядке...'
Сильная усталость и боль. Кажется - все тело представляет единый сгусток тупой боли...
'Вы помните свое имя? - Врач наклоняется, внимательно смотрит в глаза. - День, число, год?'
Слава богу. Я справлюсь... Ради жены и дочери... Он разжимает уставшие губы: 'Сергей...'
'Как? - не понимает врач. - Можно громче?'
Он напрягается: 'Сергей!' И замолкает, споткнувшись на звуке своего хриплого голоса... 'Странное имя', - пожимает плечами доктор, что-то быстро записывая в блокнот. Сергей медленно подносит руку к глазам... Маленькая узкая изящная ладошка...
Дикое кошмарное поле трупов, каркающие вороны, ветер треплет одежду и пыль... Реальность наваливается многотонным свинцовым грузом - давит и плющит на полу, невыносимая боль - тело выгибается дугой и дико кричит... Появляются еще люди - хватают за плечи и руки, стараются удержать на месте...
Дикий, вырванный из глотки крик...
'Все легли на поле боя, - рассказывает чей-то тихий голос. - Все сложили свои жизни - сорок с лишним тысяч человек...' 'А принцесса? - спрашивает другой голос. - Нашли?' 'Принцессу так и не нашли, - вздыхает первый. - Говорят - ее видели ночью, бредущей среди умерших... Или это был ее призрак...'
Он лежал и смотрел в потолок. Ничего не видя, и не слыша...
Длинная цепь изможденных людей, затерянная в песках Гоморры... По очереди копают яму, чтоб добраться до воды... Преданные глаза Рады... Дикая встреча на самом краю, заплаканный Арман... Ревущая от перегрузки маленькая машина - взлетающие позади крыши домов... Длинная колонна людей, скрип повозок, храп лошадей - улыбающаяся Хлоя протягивает кружку чая... Страшные вертолеты, полоса танков - люди за спиной... Упертые Тины и Лимм... Счастливые ашеры - грузовики, забитые дарами... Ночной костер, безнадежно воздевающий руки Доррог...
Он снова проживал свою жизнь - заново... Иногда возникали слова - чужие, далекие, не его... Просто возникали, чтобы повертеться перед глазами - как старая афиша давно видимого фильма...
Арман знал, что надо уходить. Арман верил в него...
Чтобы вывернуть внутренности - и продать душу дьяволу.
Это не ошибка. Не глупость. Это преступление...
Он ничего не видел и не слышал. Только белый потолок...
'Как они смогли победить стольких? - поражался голос. - Это ведь урги...' 'Никто не знает... - вздыхают в ответ. - Это ашеры, они всегда удивляли. Но... слишком дорого далась эта победа. Полной гибелью всего нового Архелая...'
Через пару дней он случайно обнаружил кем-то забытый нож. Следующие два дня его откачивали. И отмывали залитую кровью палату...
Его натурально сторонились. Врачи проверяли каждый день, и не прятали облегчения, если в порядке. Он не знал - сколько прошло дней и ночей, и где вообще находится...
Обычный Дом милосердия. Илишвар. Его привезли в числе немногих, оставшихся после битвы. Мир просто потрясла трагедия Архелая...
Еще через пару дней глухо попросил, чтобы отпустили. Долго не думали - с телом все в порядке, а голова... Никто не хотел связываться с помешанным суицидальным сознанием. Дали какую-то одежду и подвели к двери...
Он медленно брел по городу. Глаза не видели ни домов, ни дорог, ни деревьев...
Смеялась Рада, вздыхали Тина и Лимм, щурился грозный Арман... Шли тысячи и тысячи людей...
Поздно ночью наткнулся на группу угрожающего вида парней. Страшно оскалился - то, что достоин. Открыто предложил сделать с ним все, что взбредет в голову. Его радостно завели в какой-то дом - даже разделся...
Он хотел боли. Хотел унижения. Но небритые уличные бродяги в свете лампы наткнулись на пусто-мертвый взгляд и отшатнулись. Швырнули одежду и попросили убраться...
Он шел по ночному городу. Одинокая фигура. Он всегда должен быть один. Страшно тем, кто вздумает встать рядом...
Утро. Высокий мост, ажурные шпили, быстрый поток машин. Внизу - тягучие воды далекой реки...
Прозрачное синее небо. Три солнца над горизонтом...
Как счастливые улыбки девчонок. Сверкающие лица друзей... Последнее раннее утро... Я - страх этого мира. Кошмар, рожденный для потерь...
'Прекрати, слышишь? - дышит в лицо теплое дыханье Рады. - Никогда не смей так говорить!! Через все, что мы проходим... Я никогда тебя не брошу, слышишь? Никогда!!!'
'Ты не понимаешь, да? - заплаканное лицо смуглянки Лимм. - Мы считали ее своей... Мы верили ей!! Думали - справедливая, все расставит по своим местам...'
Простите ее, девчонки.
'Не будет никаких неожиданностей... - хитро улыбается Арман. - Если начнешь участвовать в планировании!'
'Вы даже не представляете, - покрывается пятнами полковник Локх. - То, что вы пришли...'
Простите, отцы-командиры. Если сможете.
Восторженный рев толпы на поле, в лесу, в столице...
Простите, люди.
Она больше никому не принесет горя. Проносятся мимо машины...
- Уша!!!
Кто-то хватает за плечи и оттаскивает назад - какая-то девчонка с дикими глазами, что-то вопит и машет руками... Рядом появляется незнакомый парень, еще люди...
Боже, оставьте меня в покое. Он закрывает глаза. У него что-то спрашивают - он ничего не слышит. Какой-то спор - как за далекой стеной... Его лицо освещает свет костра, и добрая Роя протягивает кружку с чаем... Улыбается Юкка, и Люка, и даже Жука... Он споткнулся - его потянули в сторону. Нагнули голову, посадили - снаружи хлопнула дверца машины...
31
Низкие ветви деревьев смотрят прямо в окно.
'Ты не понимаешь, - подруга тихая и печальная, как сама осень. - Каждый проходит свой путь, свою дорогу... Думаешь, могла бы что-то изменить?'
'Все, - Сергей проглотил комок в горле. - Я бы все изменил. Я бы убедил, увел людей...'