Страница 31 из 301
По словам юной охотницы неподалеку в густом лесу находилась деревня вудменов и когда я насторожился, Лаура меня тут же успокоила. Тех вудменов она знала очень неплохо и не только не боялась, но и была с ними накоротке, так как это были мирные лесные жители, промышлявшие охотой, врачевательством и нехитрыми ремеслами. Те же вудмены, которые хотели напасть на меня ночью, были из Восточного Парадиза и она их не знала. Не понимаю почему, но слова Лауры меня успокоили, хотя я не очень то рвался познакомиться с этими жутковатыми обитателями леса поближе.
Пока я под звуки рок‑оперы любовался незамысловатым райским деревянным зодчеством, Лаура загнала во двор Мальчика и Барабана, завела их в конюшню и заперла крепостные ворота. Ангел Уриэль‑младший, кряхтя и ворча себе что‑то под нос, слез с крыши джипа. Выглядел он вполне бодро, хотя его крылья, связанные за спиной простынями, скособочились и вряд ли могли вызвать какое‑либо уважение к себе.
Ситуация для этого крылатого парня, что ни говори, была просто аховая. Имея на спине такое роскошное средство передвижения, ангел со сломанным крылом был просто жалок и беспомощен и ему срочно требовалась медицинская помощь, а так как госпиталя поблизости я не видел, то вывод тут напрашивался сам собой, ‑ мне снова предстояло доказать райским небожителям, что я не только великий маг‑воитель, но при этом еще и костоправ изрядный. Что я немедленно и сделал, вежливо спросив ангела:
‑ Ури, вы не будете против, если я внимательно осмотрю ваше крыло? Один только его вид внушает мне самые серьезные опасения.
На это ангел ответил мне унылым голосом:
‑ О, не стоит беспокоиться, мессир. С крыльями мне, похоже, придется распроститься и перейти в пешее подразделение. Не волнуйтесь, пожалуйста, для ангела сбросить крылья так же естественно, как вам, к примеру, постричь ногти. Жаль, конечно, крылья были совсем новенькие, даже сотни лет не отработали. К тому же пока я доберусь до Алмазного замка и получу там новые, мне придется ждать довольно долго, но ничего, счастье уже и то, что я вообще жив остался.
То, что ангелы могли сбрасывать крылья и то, что они, похоже, получали их с какого‑то алмазного склада, меня несказанно удивило. Видя уныние на лице ангела, я продолжал настойчиво выяснять у него:
‑ Но позвольте, друг мой, разве среди вашего крылатого народа не принято лечить такого рода травмы? На первый взгляд с крылом не произошло ничего страшного, ‑ самый обычный перелом и если крылья это естественный придаток вашего тела и не являются каким‑то там хитроумным магическим трюком, то возможно, что сломанная кость срастется и все будет в порядке. Вы мне только подробно объясните, мой друг, как устроены ангельские крылья и я обязательно постараюсь помочь вам.
Перспектива вылечить крыло чрезвычайно обрадовала ангела и он немедленно принялся просвещать меня, относительно некоторых аспектов ангельской физиологии в целом, и ангельской крылологии в частности.
‑ Мессир, мы, ангелы, скроены так же, как и вы, люди. У нас те же органы, что и у вас, да и рождаемся мы так же, как и вы. Правда, от людей мы отличаемся своими крыльями, но не подумайте, что они у нас вырастают. Наши крылья не похожи на крылья птиц уже хотя бы тем, что не связаны мышцами с нашим телом, они сам, как бы являются птицей, сидящей у нас на спине и поднимающей нас в небо. Мы кормим свое тело той же пищей что и люди, а вот для крыльев нужна другая пища, но мы съедаем её только один раз в год. Крылья у ангелов живые, но они, мессир, как и этот магический конь Мальчик, не рождаются, их делают для нас наши маги. Мы просто однажды соединяемся со своими крыльями и потом они служат нам по тысяче лет, эти у меня пятые и совсем новенькие, следующих мне придется ждать лет сто, не меньше и то, если я ухитрюсь пролезть вне очереди. Вообще‑то это удивительно, что дьявол умудрился сломать мне крыло. Мне и самому в это просто не верится, такого, кажется, еще не случалось. Я даже и не слышал о том, чтобы кому‑то из ангелов приходилось когда‑либо лечить сломанное крыло. Терять сразу по сотне перьев, это случалось, но вот чтобы сломать крыло, это просто бред какой‑то. Конечно, попробовать можно, но право же, я боюсь что все окажется напрасным, мессир, и вы только даром потеряете свое драгоценное время и зря изведете магические снадобья, которые у вас и в самом деле просто превосходные. Так что мне будет лучше просто сбросить крылья и торжественно похоронить их со всеми воинскими почестями, которых они вполне заслужили.
Лаура, которая уже принялась доставать из джипа съестные припасы к ужину, веско заметила ангелу:
‑ Тебе бы, балбесу, благодарить сэра Михалыча за то, что он решил вылечить тебя, а ты ноешь, как старая, глупая баба.
То, что ангел Уриэль‑младший оказался не таким уж юношей, как я думал, несколько смутило меня и мне стало стыдно за свои высокопарные слова: мой юный друг и все такое прочее. Смущенно почесывая затылок, я сказал:
‑ Э, Ури, давай‑ка мы с тобой перейдем на ты, зови меня просто Михалыч. Пойдет? ‑ Уриэль широко улыбнулся и кивнул мне головой и я продолжил увещевать его ‑ Вот и ладушки, Ури, а на счет крыльев ты особенно не волнуйся. Крылья ведь в конце концов они и есть крылья, кости, мышцы, сухожилия, кожа, перья. Ведь это не сердечно‑сосудистая хирургия, а элементарная операция, всего‑то и дел, что тщательно сложить сломанную кость и наложить лубок. Сейчас мы поужинаем и я сразу же займусь твоим крылом, Уриэль.
Ангел как‑то неуверенно улыбнулся, но спорить со мной не стал, скорее всего из‑за того, что Лаура уже зажгла в печи магический огонь и принялась поджаривать на большой сковороде с тефлоновым покрытием толстые куски окорока райского копчения. Только сейчас я вспомнил о том, что с самого утра не съел ни крошки и аппетит у меня разыгрался просто зверский. Все, что состряпала на скорую руку Лаура, мы слопали с невероятной скоростью. Пока мы ужинали, небо украшенное редкими, симметрично расположенными звездами и серебристым фонариком луны, заволокли тучи и стал накрапывать мелкий, теплый дождь.
В каждом из трех деревянных домов было по два десятка двух и трехкомнатных номеров. Выбрав тот, который был побольше, я велел Уриэлю возвыситься мыслями и думать о чем‑нибудь хорошем перед операцией и стал готовить все необходимое для нее, а Лаура немедленно принялась устраивать для ангела из длинной, узкой, деревянной кушетки с выгнутым изголовьем, операционный стол. Чтобы Уриэль‑младший не скучал, я притащил в номер магнитофон и поставил компакт со старым концертом "Дип перпл", считая, что дым над водой запросто сможет выгнать из головы ангела все сомнения.
Пока Лаура набивала матрас свежим сеном, чтобы ангел смог поудобнее лечь на кушетке крыльями кверху, я забрался на крышу и нашел там то, что мне как раз и было нужно, ‑ две тонкие, широкие, пихтовые дощечки, из которых собирался сделать лубок. Жаль, конечно, было проделывать в кровле дыру, но крыло ангела было для меня куда важнее, чем какая‑то крыша. Перетащив в комнату все необходимое, я, вооружившись здоровенным тесаком, стал мастерить лубок. На мои снадобья, расставленные на столике, Уриэль посматривал уважительно и с явным любопытством, а вот то, как примерял дощечки к его здоровому крылу и вырезал лубок по изгибу крыла, его почему‑то смутило и он спросил меня суровым тоном:
‑ Послушай, Михалыч, а ты уверен, что знаешь, как вылечить мое сломанное крыло?
Этот вопрос заставил и меня поинтересоваться:
‑ А у тебя что, есть выбор? Или ты будешь снова летать или начнешь ходить пешком, но я не думаю, что это для тебя такая уж приятная перспектива. Если, конечно, ты знаешь поблизости кого‑либо, кто сделает это лучше меня?
‑ Нет, но мне вовсе не улыбается остаться с крыльями, которые не смогут поднять меня в небо, вот по этому я и спрашиваю тебя, ты хоть представляешь себе то, что ты будешь делать с этими деревяшками? ‑ Бурно отреагировал на мои слова ворчливый ангел.
Мне пришлось рассказать Уриэлю, что я намерен сделать из двух кусков дерева и с какой целью. Ангела, совершенно не знакомого с медициной, это не очень‑то воодушевило, но не успел он высказать мне свои очередные сомнения, как на него немедленно набросилась с жесткой критикой Лаура: