Страница 71 из 91
Пульвзвод дружно подхватил. Явно очень хорошо знакомо.
— А для выяснения обстановки, — невозмутимо продолжил Видаль, — приходится прикармливать информаторов. Причем надо очень тщательно просеивать данные. Иногда они сводят нашими руками счеты. Всегда полезно хорошо изучить обстановку. Зачем самим создавать себе врагов? Вот и приходится мозгой шевелить. Есть, — Видаль показал пальцем в небо, — идея ставить стационарные пограничные заставы, да это еще когда будет. Дорогое удовольствие, а навара почти нет. Степь большая, всю не проконтролируешь. А пока мы вот так живем. Взаимодействуя с конницей, катаясь по железке и контролируя монголов. И своих, и чужих. Они все государственные границы не слишком уважают. Пасут своих баранов, не обращая внимания на столбы, обозначающие другое государство, а ты разбирайся — нет ли в их приходе злого умысла. Я часто работаю как следователь. Есть факт, а подробностей происходящего никто сообщать не торопится. Сам сопоставляй, сам соображай. И если научишься, получишь орден или очередную звездочку на погоны. Просто так ничего не дается. В армии — вдвойне!
Про себя он прикинул, что, если слухи верны, скоро не только все изменится, но и кусок территории прихватят в русское ведомство. Оно и легче (часть границы спрямить и без особой опаски действовать в дальнейшем), и тяжелее (непременно в первое время проблем куча). Атарику пока не по должности о таких вещах задумываться, а ему очень даже нравилась идея. Разведрота без серьезных задач не останется. Впереди очень занимательные возможности выделиться. Уж его картотека при наведении порядка неминуемо пригодится.
Ян притормозил, давая себя рассмотреть охранникам, поспешно кинувшимся открывать ворота, и заехал во двор малоприметного особняка. Небрежно кивнул вытянувшемуся по стойке «смирно» очередному часовому у дверей и толкнул тяжелую дверь. Внутри торчали еще двое с неизменными «маузерами» в деревянной кобуре (предмет мечтаний любого взрослого китайца). Они вытянулись во фрунт и старательно отдали честь. Почти как в нормальной армии. Хоть здешних он выучил.
Всеобщий бардак, поголовное воровство и рукоприкладство китайских офицеров по отношению к нижним чинам иногда доводили до белого каления. Ничего не помогало. Они просто не понимали его требований. По-хорошему в качестве инструкторов и советников требовалось тысяч тридцать человек. Нынешние гоминьдановские части боеспособность имеют ниже любого самого отвратительного уровня. Не армия — сплошной ужас. Одной военной академии мало. Необходимо сформировать и обучить не меньше шестидесяти полноценных дивизий. Иначе все моментально посыплется при первом же столкновении с японцами.
Цзян все пропускал мимо ушей. На самом деле он знал прекрасно про недостатки. Хоть командующий из него как из верблюда горный баран, но совсем не дурак. Попытки хоть что-то сделать предпринимались. Одна беда — все кое-как и через пень-колоду. Здесь важнее были политические соображения и внутренние сложности. Идти на конфликт со своими генералами тот опасался, а приглашенные немцы кое-как вылепили из паршивого материала всего пять более или менее боеспособных дивизий. Мало, страшно мало. Даже Шанхай прикрыть не удастся, а самураи имеют гораздо более обширные планы. Недаром даже китайский вождь с сианьцами согласен договориться. Десять лет на ножах и старательно уничтожал всех этих анархистов-социалистов — и на тебе. Готов пустить их в коалиционное правительство. Тот еще перец, себе на уме и без принципов.
Впрочем, свою армию он старался обеспечить необходимым, при этом еще не складывая все яйца в одну корзину. Ложиться под кого-то конкретно не собирался. И у американцев готов взять (кредиты), и у русских (самолеты, артиллерию, специалистов), и у французов (пулеметы, самолеты и танки), и у немцев с австрийцами. Последние не столько давали военное имущество (после Парижского договора у самих лишнего не имеется), сколько налаживали военное производство.
На одном таком заводе Ян недавно побывал. А как же, научно-техническая разведка. Вполне по новейшим технологиям построили, и станки соответствующие. Краснеть немчуре не за что. Главные производственные корпуса занимали огромную территорию. Десятки железобетонных строений, нередко соединенных между собой. Цеха окружены специальными взрывозащитными рвами. Склады для хранения химических веществ, металлические цистерны. Огромные башни цеха по производству кислоты и даже собственная электростанция. Еще и шесть веток узкоколейки протянуты в разные концы территории.
Свои впечатления и насколько возможно точные данные по технологии и строительству он отправил на Русь. Владимир отреагировал слабо и без особого интереса. Похоже, ничего особо оригинального не обнаружилось. При желании могли осмотреть головные заводы прямо на месте в Германии, да и свои ничуть не хуже.
Инженеры и специалисты в арсенальном комплексе были немцы и по контракту взяли обязательство обучать китайцев. Дело шло не слишком быстрыми темпами. Остро не хватало людей с соответствующим образованием.
С собственной промышленностью в Китае был полный швах. Отсюда тащили все больше сырье и сельскохозяйственную продукцию, а вечные нелады с Японией не способствовали развитию. Германия вовремя заграбастала в обмен на монополизацию вольфрама и сурьмы поставки промышленного оборудования и пыталась влезть еще дальше, строя новые железные дороги. Все больше для более удобной перевозки товаров в порты, однако и войскам облегчилась перевозка.
Что гораздо важнее, построили несколько оружейных заводов. Уже налажен массовый выпуск китайской винтовки по немецкой лицензии. Точная копия австрийского карабина времен Великой войны. Он неплохо себя зарекомендовал и ничуть не хуже отечественного «семашко». Еще выпускают на местных предприятиях боеприпасы, пулемет «максим» и минометы. Строится завод по производству оптики (бинокли, прицелы) и артиллерийских орудий. Очень серьезный кусок пронесли мимо русского рта. Во Владимире и сами были не прочь поучаствовать в подобном сотрудничестве. Почти 20 процентов экспорта Китая уехало в оплату за техническую помощь в Европу. Обидно.
С другой стороны, за поставки военной техники платили, и платили хорошо. А за неимением летчиков, танкистов и еще кое-каких специальностей вроде связистов охотно приглашали русских офицеров по вполне официальным каналам. За их труды ратные Отчизне тоже шло золото, а дело было выгодное. Чем серьезнее неприятности у самураев, тем спокойнее на Руси. Сами вояки не слишком жирно получали. Чуть лучше, чем дома, но по здешним понятиям богатые люди, да и накачку идеологическую соответственную получали заранее. Мы здесь не просто жалованье имеем, а мешаем проглотить южного соседа, после чего неминуемо взоры Токио устремятся на север. И не сказать что вранье. Напряги в отношениях имелись серьезные.
Опыт современных военных действий — тоже дело немаловажное. Пригодится. Зато и числились китайскими военнослужащими и к родной армии никакого отношения по бумагам не имели. Впрочем, не заметить их разведке с другой стороны было трудно. В авиации, танковых подразделениях русских было подавляющее большинство, и в доблестной Гоминьданской армии присутствовало несколько командиров в достаточно серьезных чинах, которые имели мало шансов выдать себя за азиатов.
Да он и сам не сказать что похож на китайца. Правда, служба его незаметна и трудна. И даже на пристальный взгляд непосвященному совершенно не видна. Если кто и в курсе, то все заслуги числятся на счету Чжан Цюня, а про личную разведку Цзяна за границей вообще мало кто знает. Понятно, что Берислав удивился. И при этом назвал полковником и о Паке намекнул. Или он просто удачно попал? Любят русские вспоминать про собак, пожираемых корейцами. О звании, допустим, выяснить мог, а вот про корейца? Разберемся. Не первый день в поте лица трудимся на этом поприще.
Навстречу выскочил, довольно улыбаясь, Ло Фу. Не иначе, в окно высматривал.
— Есть, — сообщил интимным шепотом. — Спалился, голубь.