Страница 36 из 45
Но налитые свинцом ноги ступали словно чужие, и через два шага он упал. С трудом поднявшись и опираясь рукой об пол, он пускал пулю за пулей в человека в углу, но кем-то разряженный пистолет лишь беспомощно щелкал гашеткой. Теряя остатки сознания, Светлов пополз к двери и в ужасе бил в нее рукояткой, оставляя вмятины на дереве, сбивал лак с ручек, пока, обессилев, не упал на пол в ледяной испарине.
35. «Анаконда»
Светлов пришел в себя только утром. Он лежал на ковре у окна, жаркий луч солнца неприятно грел ему лоб. Капитан с трудом встал, тряхнул головой и несколько раз провел рукой по лицу. Он не мог понять, где он и почему лежит на полу, почему под его теменем такая резкая, ноющая боль? Светлов осмотрелся и, заметив опрокинутое кресло, вспомнил все. Неверным шагом, чувствуя сильную боль в икрах, он подошел к двери — на месте ли ключ? К его удивлению, ключ был в двери. Капитан посмотрел на телефон, но и черный шнур висел цел и невредим. Он перевел взгляд на окно, где вчера зияла рваная пробоина, однако начищенное до блеска стекло было цело, и по нему ползала черная муха. Светлов ощупал карманы и нашел красную маску. Злобные, скошенные у переносья глаза, казалось, грозили капитану; на маске засохла кровь, и только сейчас Светлов заметил кровь у себя на губах и руках. Он растерянно сел на кровать, руки его дрожали, нёбо жгла сильная горечь. Целое стекло и неповрежденный телефон говорили, что ужасы вчерашней ночи были лишь галлюцинацией воспаленного мозга. «Кто-то подлил мне в пищу хлоридин», — догадался Светлов. Положив руку на горячий лоб, мигая распухшими веками, он перебирал в памяти: кто бы мог дать ему жидкость, вызывающую у человека болезненные миражи и фантасмагории? Официантка? Повар? Нет, не они. Но кто? Где? Откуда взялась красная маска? Светлов ни с кем не встречался, после ужина в столовой пошел к себе в номер. Неужто в институте? Конечно, только там. Но кто и как мог дать ему хлоридин и подложить красную маску?!
И Светлов не знал, что ему делать: идти ли в институт на работу, ехать ли немедленно к Язину или исследовать комнату, в поисках возможных следов? Часы показывали четверть десятого. Опоздание в НИАЛ могло привлечь к нему внимание и вызвать нежелательные разговоры. Капитан спрятал маску в чемодан и отправился в ванную. Он долго тер полотенцем лицо, но так и не согнал желтизны со щек и лба, болезненных дуг под глазами. Отложив доклад Язину до обеда, Светлов сел на такси и поехал в НИАЛ.
Это был его роковой промах.
Шапов и Лисицын — завхоз НИАЛа — уже ходили по институту, пересчитывая бесконечные колбы, реторты, тигли, микроскопы. Они ответили на приветствие капитана, бросив на него беглый взгляд. Шапов отметил, что Светлов болен. Вскоре завхоз ушел к себе. Около 12 часов дня позвонили из Крайфинотдела. Женский голос попросил Шапова и Светлова зайти в отдел. Капитан послал Шапова, оставшись в НИАЛе один.
Он сидел в пустой лаборатории и крупным почерком переписывал ведомость.
— Я к вам с просьбой, — раздался позади него тихий голос.
Светлов вздрогнул от неожиданности. У дверей стоял ученый в белом халате.
— Внизу лежат реактивы, сейчас они нам очень нужны. Запишите их, пожалуйста, в ваш бездонный журнал, — и ученый смеющимися глазами показал на толстую книгу в руках капитана, — и отпустите нам.
Светлов согласился.
— Вот ключи. Это в подвале. Склад номер десять; вторая дверь, считая от печи. Я скоро зайду, — и ученый вышел.
Капитан бережно закрыл книгу, спрятал ручку и неторопливо спустился в цокольный этаж. Склад находился близ кочегарного отделения. Слышалось сильное гудение печи, пахло пыльным углем и пережженным машинным маслом. Склад был точной копией кладовой, где хранился пирозон, — то же длинное, горизонтальное окно шло у самого потолка, стояли те же стеллажи, слышался тот же аптекарский запах. Ящики всех размеров, разноцветные коробки, коричневые рулоны, бесконечные пакеты с наклейками забивали полки, лежали на каменном полу. В ожидании ученого капитан сел на ящик и занялся ведомостью.
Майор Дэм не заставил себя ждать. Он возник на складе бесшумно, словно приведение, вызвав у Светлова мимолетное подозрение.
— Я поищу реактивы, — сказал он, — и не буду вам мешать, — Дэм принялся осматривать коробки, все ближе придвигаясь к капитану.
Светлов продолжал писать, сидя к Дэму спиной и не замечая, как ученый достает из кармана тяжелый плоский предмет. Приблизившись вплотную к инвентаризатору, Дэм мгновенным сильным движением ударил им по голове капитана. Издав хриплый стон-выдох, Светлов рухнул на пол. И тотчас же исчезала напускная медлительность майора; он закрыл дверь, сбросил халат и опытной рукой обыскал капитана. В часовом кармане его брюк Дэм нашел портативную рацию в виде часов, подмышкой небольшой пистолет. Это говорило, что Светлов из органов безопасности, и Дэм преложил трофеи себе в карман. Действуя с той же быстротой, он достал из-под пиджака большой резиновый свиток, развернул его на полу, и на цементе, параллельно Светлову, лег длинный мешок из резиноподобной пластмассы. Это была «Анаконда» — растворитель трупов. Капитан лежал рядом зелено-желтый, со стиснутыми зубами. Его веки болезненно дрожали.
Точным коротким движением Дэм открыл застежку на конце мешка и стал натягивать его на Светлова, как натягивают чулок на ногу. От резких движений Дэма капитан издал стон и шевельнул рукой. Когда тело исчезло в эластичном темно-зеленом мешке, майор застегнул герметичную застежку у ног капитана, затем металлической прищепкой перехватил еще «Анаконду» между замком и ногами своей жертвы.
И тут же, не теряя ни секунды, он поднялся на верхнюю полку, где лежала вторая часть «Анаконды», — плоская фляга емкостью больше ведра. Сняв ее на пол, Дэм проверил трубку на пластмассовой фляге и с ловкостью специалиста соединил ее с такой же трубкой на головной части «Анаконды». Затем он открыл кран, и нагнетенная под большим давлением всерастворяющая кислота метнулась из фляги в мешок из резинообразной пластмассы. Из выпускного клапана с шипеньем и свистом побежал выталкиваемый кислотой воздух. Человек в мешке забился и несколько раз подпрыгнул на полу, словно живая рыба.
Если девятиметровая змея анаконда, проглотив жертву, растворяет ее в своем желудке две недели, то «Анаконда» полковника Бэла растворяла труп за два часа. Дэм знал это и перетащил тяжелую резиновую куклу и черный баллон с кислотою под полки. Забросав «Анаконду» пакетами, коробками и пустыми ящиками, он достал платок, спокойно вытер им руки, затем методично осмотрел свой костюм, и только тогда надел халат. Стряхнув с его белого шелка обрывок бумаги, он вышел в коридор.
Ровно через два часа майор Дэм опять был внизу. Алмазный институт сосредоточено работал, и в его безлюдных коридорах царила тишина. Дэм заглянул в помещение, где стояла гидравлическая печь: Зотова там не было. И снова псевдо-ученый с благородными манерами превратился в человека молниеносных действий, снова скинул халат, освободил «Анаконду» от ящиков и коробок, и несколько секунд смотрел на огромную плоскую сосиску, лежащую перед ним. Носком ноги он потрогал черную флягу и, нагнувшись, ткнул пальцем в «Анаконду». Палец мягко ушел в резину. Это означало, что кислота растворила труп, превратив его в жидкий, бесформенный студень. Дэм отсоединил флягу от мешка, завинтил краны на трубках и сильным рывком вскинул «Анаконду» себе на плечо. Утробно булькая, тяжелый мешок с переливающимся внутри желе, сломался пополам, повис на спине и на груди Дэма.
Теперь майор открыл засов двери и осторожно выглянул в коридор. Подвал был все еще пуст. Торопливо, приседая под тяжестью ноши, Дэм добежал до гудевшей печи, сбросил «Анаконду» на пол, лихорадочно надел нитяные перчатки и быстро открутил винт, державший дверцу печи. Страшный жар обдал его с ног до головы, желто-белые струи огня ослепили майора. Став спиной к огнедышащей топке и чувствуя на спине страшный жар, Дэм поспешно, насколько позволяли его мышцы, затолкал «Анаконду» в свистящий огонь, и, не глядя в чрево печи, закрыл дверцу. Бросившись обратно на склад, он взял пустую теперь флягу, бегом вернулся в кочегарку и кинул ее в другую печку.