Страница 28 из 85
Однако Диана пробила его броню, и Сэйлс позволил соображениям личного порядка повлиять на бизнес. Это насторожило его.
Ему не удалось устоять перед ее энтузиазмом, энергией и уверенностью, имевшими, между прочим, немалые основания. Проект Дианы в точности соответствовал обещаниям, а пробный сценарий выглядел оригинально и перспективно. Мэтью наметанным глазом распознал в ней талант.
Но все же его глубоко задело то, что она играла и на Люка Мерримэна, и он без особой радости вспоминал свое знакомство с этим актером.
Кроме Дианы, там были Жюль, парочка парней с телестудии, Джемма Лопес и Молли Эбботт. Молли оказалась именно такой, какой представлял ее Мэтью: она уселась в дальнем углу и затаилась, как мышь, предоставив Диане вести переговоры.
Диана. Мэтью отдавал должное ее хватке. Та самая женщина, которая тронула его своей застенчивостью на вечеринке, держалась великолепно на деловой встрече. Мягкий, вкрадчивый голос Дианы заставлял собеседника слушать ее со всем вниманием.
Она верно угадала те группы зрителей, которых привлекут роли в новом шоу, и тотчас рассчитала притягательную силу собственного энтузиазма. Лола придется по душе самой требовательной и идеологизированной аудитории – речь, конечно, шла о феминистках, – тогда как Пэт не оставит равнодушными более импульсивных и эмоциональных людей. Очень разумное распределение ролей, связанных комическими обертонами. Вместе с тем Пэт должен быть чрезвычайно мужественным. Мэтью сильно сомневался, что Люк сумеет это передать, а вот Джемму он сразу покорил. Сам же Люк сидел и улыбался всем подряд от уха до уха – поди разберись, понимает ли он хоть полслова из того, что слышит.
Правда заключалась в том, что Мэтью не выносил таких вот бело-розовых типов. От этой старой как мир картины ему делалось тошно, но Джемма явно положила на Люка глаз. А ведь студия хотела ублажить именно Джемму, чтобы перестать платить ей баснословную неустойку. За два года это было первое шоу, написанное специально под нее. Несомненно, этому чуду они обязаны смазливой роже Люка – черт бы его побрал!
Мэтью внимательно наблюдал за Люком и Дианой, но так и не пришел к определенным выводам. Бросалась в глаза ее материнская гордость за своего протеже – что ж, оно вполне понятно. Ну а Люк почти и не смотрел на нее, поскольку сейчас очаровывал Джемму.
Мэтью нутром ощущал в этом деревенском простаке двойное дно. Казалось, Люк до поры до времени скрывает расчетливость и ум. Имело ли его подозрение реальную основу? Или это только результат ревности?
Мэтью пришлось искать ответы на несколько непростых вопросов. Если бы Диана была старой уродиной или хотя бы мужчиной, стал бы он таскаться с ней по пристани в Ист-Хэмптоне, рискуя заледенеть насмерть? Как бы отнесся к тому, что авторы, зарекомендовавшие себя только в драме, предлагают ему комедию?
Мэтью честно ответил себе, что не принял бы такого предложения. И от этого ему стало еще тревожнее.
Глава 8
– Отличные новости, Ники! – воскликнула Диана, врываясь в офис и сбрасывая шубу. – Утверждена пилотная серия!
– Ух ты, невероятно! – Ники вскочила со счастливой улыбкой и горячо обняла Диану. Но стоило Диане отвернуться – улыбки как не бывало.
Дерьмо! Мало ей, что ли, приходится терпеть – теперь еще и это! Пока Ники гонялась по всему городу за удачей, Диана познакомилась с Мэтью Сэйлсом на какой-то тусовке. Ну за что ей, Ники, такое?! Конечно, эти счастливчики вечно держатся кучей! В Лос-Анджелесе у них свои клубы и забегаловки. А здесь они облюбовали Ист-Хэмптон и всякие благотворительные балы. И ни за что не подпустят к себе кого-то со стороны!
Диана вышла из кабинета Молли с такой ослепительной улыбкой, что Ники показалось, будто ей дали оплеуху.
– Ники, тебе по душе стать ассистенткой главного продюсера пилотной серии? – с энтузиазмом осведомилась Диана.
– Еще как по душе! – Ники потащилась вслед за Дианой в кабинет Молли, судорожно стараясь рассчитать все «за» и «против». «Против» набиралось куда больше. При одной мысли о том, сколько дел предстояло провернуть и за какой срок, Ники стало тошно. Подобрать творческую и съемочную группы, найти свободную студию для прослушивания, закупить инвентарь, костюмы, следить за пробами актеров… словом, впору застрелиться.
Компания выделила им для съемок полмиллиона баксов, и хотя для получасовой серии это казалось астрономической суммой, Ники отлично знала, как деньги утекают в песок. К примеру, парочка артистов неожиданно заболеет, или во время съемок на натуре случится внезапная гроза или метель, или им с опозданием доставят какие-нибудь аксессуары, или отключится электроэнергия – да мало ли что!
– Ники, тебе предстоит собрать всех и предупредить их заранее, – отчеканила Молли. – Я беру дело под свой контроль, и, если по чьей-то вине мы не уложимся в бюджет или провороним сроки, полетят головы, так и знай.
Ну да, и в первую очередь полетит ее голова! В этом Ники не сомневалась. Поскольку «Эбботт и Синклер» получили деньги на сериал от большой компании, они должны предоставить гарантии того, что лента будет отснята в срок и не окажется дороже запланированной суммы. В данном случае гарантией служило личное состояние самой Молли.
В предстоящей работе Ники видела лишь одну положительную сторону – она получит возможность постоянно вертеться возле Люка. Это ее вполне устраивало, и Ники собиралась выжать из данного обстоятельства всю возможную выгоду.
Так или иначе, она должна составить новый план действий, поскольку предыдущий с треском провалился. Ники приготовилась усердно лизать задницу Гербу Норману до тех пор, пока не добьется права писать сценарии для «Днем и ночью». Тогда она смогла бы сама помогать Люку. Однако Ники перестаралась: Герб повел себя как настоящая скотина, как только увидел ее собственный сценарий. Он, дескать, гордый и неподкупный и всерьез полагал, будто Ники позволяла валять себя и так и этак, потому что была от него без ума. Едва он понял, что ей нужно на самом деле, – его и след простыл!
Вот так и получилось, что Ники пришлось начинать все сначала, тогда как Диана сделала гигантский шаг и выбила для Люка пилотную серию. От ярости Ники чуть не плакала.
Ну, зато ее похождения с Гербом прошли не совсем впустую. Ей удалось подхватить любопытный слушок насчет Гвен Ван Рик, его главного автора, бабы, слывшей самой крутой в телебизнесе.
И вот сегодня Ники, улучив момент, когда все покинули офис, набрала номер Гвен Ван Рик и попросила ее к телефону.
– Я слушаю, – прозвучал в трубке уверенный грудной голос.
– Мисс Ван Рик, вас беспокоят из салона красоты Элизабет Арден. Мы бы хотели пригласить вас на демонстрацию новых моделей…
– Благодарю, но меня уже много лет обслуживает Жоржетта Клингер, и я вполне довольна. Именно это Ники и хотела узнать.
Через три недели Люк сидел в кресле у визажиста в какой-то крысиной норе возле той студии, где «Эбботт и Синклер» снимали пилотную серию.
В тесном и душном помещении Марта негде было повернуться, но все же он ухитрялся тщательно накладывать макияж.
Люка эти неудобства не смущали. Пусть лучше «Эбботт и Синклер» экономят на ренте за студию, чем на его жалованье!
За работой Марти болтал не умолкая, но при этом был классным специалистом, к тому же Люк пропускал мимо ушей его болтовню, напоминавшую ему треск цикад, успокаивающий и безобидный.
Марти, как и большинство этой братии, оказался голубым, но и это не смущало Люка – по крайней мере до тех пор, пока визажист занимался его лицом и не пытался залезть в ширинку.
Люк улыбнулся, вспомнив, как Диана в первый раз повела его в мужской салон красоты на Блумингсдейл и его обслужил мастер-голубой. Черт, тот был не просто голубым – он смотрелся как настоящая баба! Прямо надевай юбку да веди его в кино! Люк тогда жутко смутился и чувствовал себя как дурак. Но вскоре заметил, что этим заведением не пренебрегают и другие нормальные мужики, и не просто нормальные, но очень богатые, готовые выложить за свою рожу черт знает какие деньги. Волей-неволей Люку пришлось изменить свое отношение к мужской косметике, а заодно и к голубым, особенно после того, как он поближе познакомился с некоторыми артистами.