Страница 46 из 71
— Я готовила тебе отвар.
— Спасибо тебе, милая Эмили, за заботу.
— Не стоит меня благодарить. — Девушка смутилась от неожиданной похвалы.
— Для меня это значит больше, чем для тебя. — Он провел губами по ее волосам и добавил: — Ведь ты единственное чистое и доброе создание в моей жизни.
У Эмили защемило сердце, она не могла произнести ни слова, но обняла его в ответ. Ей так хотелось оградить его от бед!
— Я… я так рада, что тебе лучше, — несмело проговорила она.
В грязном окне над столом она вдруг заметила сержанта Паркера. Тот стоял, поджидая Дрейка.
Лорд Ротерстоун отправился на утреннюю прогулку на своей чистокровной верховой. Сейчас он как раз въехал во двор, поздоровался с сержантом Паркером, похлопал лошадь по шее и о чем-то заговорил с ним.
— Эмили, я должен тебе кое-что сказать, — прошептал Дрейк.
— К тебе вернулась память… — начала было она, но он не дал ей продолжить, стиснул ее плечи и пристально посмотрел в глаза.
— Что бы ни произошло, моя милая, невинная Эмили, я хочу, чтобы ты знала, как много для меня значишь.
— О Дрейк! — Она широко распахнула глаза. Может быть, это сон?
— Я никогда не причиню тебе зла.
— Конечно. Я знаю, что…
— Вот и хорошо.
— Дрейк, что случилось? Ты так странно выглядишь. Почему ты мне это говоришь?
И опять он не позволил ей договорить, на сей раз, к ее радости, с помощью нежного поцелуя. Ее сердце рванулось ему навстречу.
— Прости меня, — задыхаясь, произнес он через минуту.
— Все… хорошо, — заверила она его, прикладывая ладони к покрасневшим щекам. — Я не против.
— А могла бы, — прошептал он. В мгновение ока Дрейк схватил ее рабочий нож и развернул Эмили так, что она уперлась спиной в его грудь. Девушка с ужасом ощутила, что он приставил нож к ее горлу. Секунду она не могла произнести ни слова. Дрейк плотнее прижал ее к себе и подтолкнул к выходу.
— Что ты делаешь? — возмутилась она.
— Выбираюсь отсюда. Не сопротивляйся.
— Дрейк, пожалуйста, не делай этого! Они убьют тебя!
— Я не могу здесь оставаться. Если я не сбегу, Джеймс погибнет.
Их заметили, как только они появились в дверях. Во дворе поднялась страшная суматоха. Сержант Паркер что-то кричал, слуги забегали, лорд Ротерстоун побелел как мел и соскочил с лошади.
— Отпусти ее! — взревел он и бросился к Дрейку.
— Не подходи, или я перережу ей глотку! — оскалился тот.
— Дрейк! — закричала Эмили. Ее сердце разрывалось от горя. Как он мог так с ней поступить?
— Стреляй! — приказал маркиз.
Сержант Паркер вскинул ружье. Эмили завизжала:
— Нет!
Дрейк замер. Эмили вдруг успокоилась. «Он не ведает, что творит».
Ротерстоун поднял руку, давая команду Паркеру не стрелять.
— Дрейк, ты с ума сошел. Отпусти Эмили. Она была к тебе так добра.
— Мне плевать. Я вам ничего не должен. Назад! Я забираю твою лошадь. Не пытайтесь меня догнать, иначе она умрет, — предупредил Дрейк, выругался сквозь зубы и потащил девушку к лошади, которую только что выгулял лорд Ротерстоун.
— Он рехнулся! — закричал сержант Паркер.
Эмили всхлипнула, но не забыла об обещании, которое ей дал Дрейк несколько минут назад, — что он не причинит ей зла. В этот момент она была не слишком уверена в его словах, к тому же сердилась на него за то, что он так с ней обошелся и что так сильно рискует своей жизнью. Девушке оставалось только молиться, чтобы лорд Ротерстоун проявил терпение.
Спиной Эмили чувствовала, как тяжело дышит Дрейк. Она попыталась протестовать, когда он поставил ногу в стремя, но, зная, что его могут застрелить, позволила втащить себя на лошадь. Сейчас она служила ему щитом.
— Пропустите меня, или эта девчонка умрет! — прорычал Дрейк. — Не сомневайся, Макс. Ты знаешь, что мне нечего терять.
— Дрейк, послушай. — Лорд Ротерстоун сделал к нему шаг и распахнул руки, как будто мог его этим успокоить. — Если ты вернешься к прометеанцам, у ордена не останется выбора. К тебе будут относиться как к врагу.
— Я рискну! — выпалил он. — С дороги!
— Дрейк!
И он хлестнул лошадь. Та рванулась вперед и едва не сбила с ног Ротерстоуна. Маркиз отпрыгнул. Сержант Паркер что-то кричал им вслед, но Дрейк, не обращая внимания, поскакал к лесу.
Эмили почти ничего не видела из-за ветра и набежавших слез. Лошадь на бешеной скорости неслась по лесной тропе. Рука Дрейка крепко держала ее за талию. Эмили вскрикнула, когда лошадь перелетела через поваленный ствол дерева.
— Куда мы едем? — спросила она.
— Не мы. Ты останешься здесь.
— Нет. Возьми меня с собой. Я не боюсь.
— Типичная Эмили, — мрачно проворчал он прямо ей в ухо. — Не глупи. Ты всего-навсего девушка и не можешь участвовать в том, что я должен сделать.
Дрейк замолчал. Эмили поняла по его тону, что спорить бесполезно, расспрашивать тоже бесполезно — он не станет отвечать.
Впереди показалась граница владений Уэствудов. Там Дрейк спустил ее с седла, но она тотчас шагнула к нему на дрожащих ногах и хотела схватить за руку.
— Прости, но твой нож я оставлю себе.
— Дрейк, прошу тебя, не уезжай. Тебе нужна помощь. Нужен уход. Тебе нужна я!
— Ангел мой, ты уже помогла мне больше, чем думаешь. Прошу, прости меня за то, что я там натворил. Прости, что напугал тебя. Я просто делал вид. Ты ведь веришь мне?
— Не бросай меня!
— Я должен.
— Ну пожалуйста! Я не вынесу, если…
— Отпусти меня, Эмили, — взмолился Дрейк, когда она, рыдая, приникла к его руке. — Забудь меня. Я не вернусь. Скажи Максу, что я должен закончить дело. Они убьют Джеймса, если я не окажусь рядом. А он единственный, кто может возглавить своих последователей против Малькольма.
— Что? — с удивлением воскликнула Эмили, вытирая слезы.
— Я знаю, все думают, будто я сумасшедший. Может быть, это так и есть. Может быть, — повторил он словно сам себе, — но изнутри я сумею сделать больше, чем они все вместе — снаружи.
— Дрейк, ну пожалуйста. Я не могу снова потерять тебя.
— У тебя нет выбора. И у меня тоже.
— Я могла бы поехать с тобой.
Он с горечью рассмеялся.
— Что? Прямо в пасть зверя? Ну нет. Ты невинна и должна такой оставаться. Посмотри на меня, Эм. Я могу тебя только запачкать. Знай, я должен сделать это для тебя и всего, что ты для меня значишь. Ты единственное, за что стоит бороться.
— Тогда останься со мной, Дрейк!
— Ты даже представить себе не можешь, что они задумали, — выкрикнул он и тронул лошадь. — Прощай, моя Эмили. — Дрейк вырвал у нее свою руку и поскакал по дороге.
Девушка зарыдала.
В тот вечер, пока новость о побеге Дрейка еще не достигла Лондона, Джордан играл в карты в компании регента и обдумывал ловушку для Альберта.
Чем больше он сближался с Марой, тем сильнее хотел завершить задание и сосредоточиться на ней одной.
Сегодня Джордан применил один из своих любимых приемов — дезинформацию. Пустил слух, который тотчас распространился по клубу. Ему даже не пришлось напрямую разговаривать с Альбертом. Он шепнул свою выдумку полковнику Хэнгеру, тот сообщил Бэрримору, а тот — Норфолку, который рассказал все достопочтенному мистеру Бингу и его чистокровному пуделю. И так далее. Пока новость не достигла ушей Альберта. К тому времени никто уже не помнил, где именно каждый впервые услышал этот рассказ.
Новость действительно была сенсационной, будь это правдой. Альберт вполне мог доложить о ней промегеанцам.
«Вы слышали? Королевские доктора скоро сообщат, что король Георг поправляется. Его сумасшествие проходит, как это уже случилось несколько лет назад. Если здоровье его величества и дальше станет улучшаться, то он может вернуться на трон. Тогда регенту придется уступить ему место».
Единственный, кто не слышал эту потрясающую, но правдоподобную сказку, был сам регент. В это время он предавался экстазу в обществе миндального пирожного. Никто во всем клубе не решился сообщить принцу, что его скоро лишат власти.