Страница 9 из 14
— Голубка, я не хочу спать с тобой. Ты мне слишком уж нравишься.
Он прошел мимо меня в ванную, а я осталась посреди комнаты в потрясении. В голове всплыли слова Кары. Трэвис Мэддокс уже со всеми… Что ж, придется признать свою ущербность. Он даже не попробовал переспать со мной.
Дверь снова открылась, вошла Америка.
— Пора-пора-пора вставать! — Она улыбнулась и зевнула.
— Мерик, ты становишься похожей на свою маму, — проворчала я, роясь в чемодане.
— О-о-о… кажется, кто-то не спал всю ночь?
— Да он даже не дышал в мою сторону, — кисло сказала я.
На лице Америки появилась загадочная улыбка.
— Ах.
— Что?
— Ничего, — сказала она, возвращаясь в комнату Шепли.
Трэвис был на кухне, напевал под нос какую-то мелодию и делал яичницу-болтунью.
— Уверена, что не будешь? — спросил он.
— Да, уверена, но спасибо.
Вошли ребята. Шепли достал из шкафчика две тарелки, а Трэвис положил на каждую дымящуюся яичницу. Перейдя к стойке бара, Шепли и Америка принялись с заработанным за ночь аппетитом поглощать ее.
— Шеп, не смотри на меня так, — сказала Америка. — Извини, но я действительно не хочу туда идти.
— Детка, в «Доме» вечеринка для пар проводится лишь дважды в году, — сказал Шепли, жуя яичницу. — Еще целый месяц впереди. У тебя предостаточно времени, чтобы выбрать платье и сделать все, что вам, девчонкам, нужно.
— Да, Шеп, это очень мило, конечно… но я никого там не знаю.
— Уйма девчонок, приходящих туда, никого не знают, — удивился он ее отказу.
Америка с недовольством заерзала на стуле.
— Приглашены стервы из сестричества. Они все друг друга знают… мне будет неуютно.
— Мерик, не заставляй меня идти туда одного.
— А может, ты найдешь кого-нибудь для Эбби? — сказала она, глядя на меня, потом на Трэвиса.
Тот изогнул бровь, а Шепли покачал головой.
— Нет, Трэв не ходит на вечеринки для пар. Туда приводят своих девушек, а Трэвис… ты знаешь.
— Мы можем найти ей кого-нибудь еще, — пожала плечами Америка.
— Вообще-то, я все слышу, — прищурилась я.
Америка состроила рожицу, перед которой я не могла устоять.
— Эбби, ну пожалуйста. Мы найдем тебе отличного парня, веселого и остроумного. Я гарантирую, что он будет просто огонь. Обещаю, ты здорово проведешь время. Кто знает?.. Может, вы друг другу понравитесь.
Трэвис бросил сковороду в раковину.
— Я не говорил, что не отведу ее на вечеринку.
— Трэвис, не делай мне одолжений, — закатила я глаза.
— Гулька, я не об этом. Эти вечеринки для парней, у которых есть подружки. Всем известно, что не в моих привычках с кем-то встречаться. Но за тебя не стоит волноваться, ты же не будешь после ждать обручального кольца?
— Эбби, пожалуйста… — надула губки Америка.
— Не смотри на меня так! — возмутилась я. — Трэвис не хочет идти, я тоже… ничего из этого не выйдет.
Трэвис скрестил руки на груди и прислонился к мойке.
— Я не говорил, что не хочу идти. Мне кажется, будет весело, если мы пойдем вчетвером. — Он пожал плечами.
Ребята уставились на него, а я поморщилась.
— Почему бы нам просто не потусить здесь?
Америка надулась, а Шепли подался вперед.
— Эбби, я должен пойти. Я первокурсник, и мне придется следить, чтобы все шло как по маслу, у всех были напитки и все такое прочее.
Трэвис пересек кухню, положил руки мне на плечи, притянул к себе.
— Да ладно тебе, Гулька. Ты пойдешь со мной?
Я посмотрела на Америку, потом на Шепли и наконец на Трэвиса.
— Да, — вздохнула я.
Америка радостно завизжала и обняла меня. На мою спину легла рука Шепли.
— Спасибо, Эбби, — сказал он.
Глава 3
УДАР ПО БОЛЬНОМУ МЕСТУ
Финч снова затянулся и выпустил дым из ноздрей двумя густыми струями. Я подставила лицо солнечным лучам, пока он рассказывал о выходных: танцах, выпивке и новом, очень настойчивом друге.
— Если он преследует тебя, то зачем ты разрешаешь покупать себе выпивку? — засмеялась я.
— Эбби, все очень просто. Я без гроша в кармане.
Я снова засмеялась, а Финч увидел Трэвиса, приближающегося к нам, и толкнул меня локтем в бок.
— Привет, Трэвис, — промурлыкал Финч, подмигивая мне.
— Финч, — кивнул Трэвис и потряс ключами. — Гулька, я еду домой. Тебя подбросить?
— Как раз собиралась в общагу, — сказала я, широко улыбаясь ему.
Мои глаза были скрыты за солнечными очками.
— Так ты сегодня не остаешься у меня? — спросил он, и на его лице отразилось удивление вперемешку с разочарованием.
— Почему же, остаюсь. Мне просто нужно взять кое-какие вещи.
— Например?
— Мой станок, во-первых. А тебе какое дело?
— Ага, как раз пора побрить ноги. А то они уже стали царапаться, — сказал он с лукавой улыбкой.
Финч выпучил глаза, бегло осматривая меня.
— Вот так рождаются слухи! — Я скорчила Трэвису рожицу, а затем посмотрела на Финча и покачала головой. — Я сплю в его кровати… просто сплю!
— Хорошо-хорошо, — сказал Финч с самодовольной улыбочкой.
— Прекрати! — Я хлопнула его по руке, потом открыла дверь и поднялась по ступенькам до второго этажа.
Трэвис шел рядом.
— Не бесись. Я просто пошутил.
— Все и так считают, что мы переспали. А ты только масла в огонь подливаешь.
— Кого волнует, что думают все?
— Меня, Трэвис, меня!
Я распахнула дверь, собрала кое-какие вещи в небольшую сумку и вылетела из спальни. Трэвис не отставал. Он усмехнулся, беря сумку у меня из рук.
— Ничего смешного. — Я сердито посмотрела на него. — Ты хочешь, чтобы вся школа считала меня одной из твоих шлюх?
— Никто так не считает, — нахмурился Трэвис. — Или же пускай молятся, чтобы я ничего не услышал.
Он придержал для меня дверь. Переступив порог, я резко остановилась.
— Берегись! — сказал Трэвис, врезавшись в меня.
— Боже! — воскликнула я, поворачиваясь. — Все наверняка думают, что мы вместе, а ты без стыда и совести продолжаешь вести свой… образ жизни. Как же жалко я выгляжу! — сказала я, осознав это. — Думаю, лучше мне больше не оставаться у тебя. Какое-то время нам надо держаться подальше друг от друга.
Я взяла из его рук сумку, но он крепко ухватился за нее.
— Гулька, никто не считает, что мы вместе. Не обязательно прекращать наше общение, доказывая что-то остальным.
Мы вцепились в сумку и завязали ожесточенную борьбу. Трэвис упрямо отказывался отпускать ее, и я громко зарычала от раздражения.
— А раньше ты имел друга-девушку, которая жила у тебя? Ты когда-нибудь возил таких в школу и забирал их? Обедал с ними каждый день? Никто не знает, что думать о нас, даже если мы сами все расскажем!
Трэвис прошел на стоянку, держа мои вещи в заложниках.
— Я все улажу, ладно? Не хочу, чтобы из-за меня о тебе дурно думали, — с беспокойством сказал Трэвис.
Вдруг его глаза засияли, и он улыбнулся.
— Позволь, я сам со всем разберусь. Пойдем сегодня в «Датч»?
— Это же байкерский бар, — ехидно сказала я, глядя, как Трэвис прикрепляет сумку к мотоциклу.
— Хорошо, тогда идем в клуб. Я отвезу тебя на ужин, а потом наведаемся в «Ред дор». Угощаю.
— Как ужин с клубом решат нашу проблему? Когда нас увидят вместе, все лишь ухудшится.
Трэвис запрыгнул на мотоцикл.
— Да ты только подумай. Я, пьяный, в компании полуобнаженных девиц? Все очень быстро догадаются, что мы не пара.
— А мне что делать? Подцепить в баре парня, чтобы довести дело до победного конца?
— Я этого не говорил, — нахмурился Трэвис. — Не надо перегибать палку.
Закатывая глаза, я забралась на сиденье и обхватила Трэвиса за талию.
— С нами домой вернется первая встречная девушка из бара? Вот так ты со всем разберешься?
— Гулька, ты ведь не ревнуешь?
— Ревную к кому? К имбецилке с венерическим заболеванием, которую ты вышвырнешь утром?
Трэвис засмеялся и завел «харлей». К квартире он полетел с удвоенной скоростью, и я зажмурилась, чтобы не видеть деревья и машины, стремительно проносившиеся мимо.