Страница 32 из 120
Землянка оказалась просторная, человек на тридцать, не меньше.
По стенам висели не только звериные шкуры, но и ковры, на которых красовались копья, луки, мечи. Я подивилась, как богато живут нынче охотники. Сунулась в грубую, но добротную печь и с восторгом обнаружила там горшок тушеного мяса с капустой, а в большом ларе - хлеб. Сама себе удивляясь, я жадно накинулась на еду, сочувствуя ребятам, которые взвалили на себя такую обузу, как конь. Ведь как здорово - все бросить и завалиться спать! А коняшку расседлай, напои, накорми, обиходь, а ведь еще их и волки кушают. Так рассуждая, я расхаживала по землянке и чем дольше ходила, тем меньше мне нравились живущие в ней охотники.
Конечно, какой-нибудь женатый добытчик и мог сшить от нечего делать жене шубу, да не одну, но зачем же с собой золотое узорочье тащить да за печь прятать? Попересыпав из ладошки в ладошку драгоценные каменья, я твердо решила здесь задержаться. Очень мне тут понравилось! То, что это хижина разбойной шайки, я уже сообразила, теперь соображала, что же мне с ними сделать. Алию для подмоги звать не стала, надеясь, что дяденьки сразу меня не зарежут, а потом мне авось повезет. Буду понаглей, пострашней, навру чего-нибудь, в крайнем случае - сбегу или Анчутку кликну. После благодарного деда мне ничего не страшно было. И, чувствуя себя невероятно смелой, я завалилась на их широкую кровать и уснула.
Разбудили меня, сдернув за ногу с кровати. Я больно приложилась затылком об пол и сразу же разозлилась:
- Кому здесь жить надоело?!
От меня отпрянул ражий мужик в овчинной шубе и косматой шапке, надвинутой по самые глаза. Я уцепилась за его бороду и страшненько так взрыкнула:
- А ну, кто нас тут не уважает?!
Меня как собачонку сгребли за шиворот и стукнули об стенку, к счастью укрытую ковром.
- Ой, звездочки,- детским голоском завела я.
- Девица! - загоготали разбойники. - Сама пришла! Вот радость-то! А чей-то у ней в мешке?
Кто-то из мужиков стал самозабвенно рыться в моем бауле, еще один попробовал залезть под подол, но я решила, что хорошенького понемножку. Резко щелкнула пальцами, и ближайших ко мне разбросало, я довольно ухмыльнулась и, махнув рукой, смела и того, который так нахально влез в мешок. Конечно, мужички схватились за свои кривые железяки, но я только расхохоталась, и то, что раньше висело в виде трофеев на стенах, со свистом отправилось в полет в направлении хозяев землянки. Разбойная братия охнула и постыдно бросилась в бега, но в мои планы не входило оставаться в одиночестве. Я недовольно рявкнула, и дверь напрочь заклинило, а пока мужики в нее долбились, подхватила выпавшие из мешка вещи, сунула их обратно, залезла на стол, удобно села в середине, сложив ноги по-турецки, и произнесла:
- Значит, так, времени у меня мало, каждому по отдельности объяснять не буду.- Я досадливо сморщила нос.- Да перестаньте вы в нее долбиться! Пока я не скажу, все равно не откроется.
Мужики стали нервно на меня оглядываться, я улыбнулась им той улыбочкой, которой научилась в Школе у нечисти, мгновенно замораживающей и лишающей воли.
- Ведьма,- сказал с придыханием кто-то из разбойников.
- Нет.- Я покачала головой и, вспомнив охранников у вежицких ворот, поправила мужиков: - Демоница.
После такой поправки в разбойничьем стане послышались первые стоны ужаса. Я фыркнула и проникновенно заговорила снова:
- Я чего сюда зашла-то.- Посмотрела на перекошенные у кого от страха, а у кого от злости лица, оперлась руками на стол и сообщила: - Дело у меня к вам. Мужички вы лихие, вам мою просьбу исполнить - раз плюнуть!
- А что нам за это будет? - отмер кто-то из них.
- Вот молодец! - похвалила я его.- Сразу перешел к сути!
Разбойники отлипли от двери и стали осторожно садиться ближе к столу.
- Книжечку мне надо у Маргобина добыть.
- Дык он это… - подал голос разбойник в тулупе и высокой меховой шапке,- колдун, мертвяков поднимает.
- Может, и поднимает,- безмятежно продолжила я,- только выто не за мертвяками отправитесь, а за книгой. Колдуну она ни к чему, а мне нужна позарез.
Один из головорезов, решив, что я увлеклась рассказом, попытался незаметно подойти сзади и оглушить чем-то тяжелым. Я, не поворачиваясь, махнула рукой, и поднятый надо мной бочонок опустился на голову ему самому. Глухой удар упавшего на пол тела и бульканье, судя по запаху, разлившегося вина. Остальных я обвела пронзительным взглядом и вкрадчиво поинтересовалась: есть ли еще подобные герои? Герои затаились. Я для устрашения еще потрясла стены землянки, пыхнула сажей из печки и продолжила:
- Книгу оставите мне в Большой Заставе, на имя Вереи. Чего вытаращились? А, об оплате? Ну-у… - Я неопределенно повела рукой.- Думаю, с вас достаточно и того, что вы никогда не будете писать против ветра, вы и так люди небедные.
Разбойники напряженно молчали, зло переглядываясь, а я, увидев тускло засветившееся колечко, вытащила из мешка зеркало и ракушку и как можно непринужденнее спросила:
- Ну и чего?
- Ты где? - спросил Велий, судя по обстановке, разговаривал он из комнаты в трактире.
- Рядом с Дальним. Чуть-чуть не дошла.- Тут я заметила краем глаза, как кто-то из разбойников встал, и рявкнула: - Сидеть! - со страху пустив трещину по потолку.
- Что у тебя там? - заволновался маг и прошипел, разглядев, видимо, окружающие меня рожи: - Во что ты вляпалась?
- Да ты что! - Я похлопала глазками.- Хорошие ребята, веселые и за меня горой! - Я посмотрела на разбойников: - Улыбнитесь!
Разбойники стали натужно давить улыбки.
- Ну, ты видишь, что все хорошо? Все, пока. Как доберусь до Дальнего, свяжусь.- И я убрала ракушку, успев услышать возмущенный вопль Аэрона:
- Да она ж в разбойничьей шайке!
Кольцо продолжало светиться. Я встала на ноги, закинула мешок на спину и, сверху вниз глядя на мужиков, сказала:
- Ну что ж, мы обо всем договорились. И не думайте, что плата слишком мала, дня через два вы поймете - это то, что вам нужно.
Я спрыгнула со стола и, пройдя мимо расступившихся разбойников, щелчком открыла дверь. Если кто из них и лелеял надежду разобраться со мной в лесу, то был горько разочарован, потому что я, с неудовольствием покосившись на кольцо, поняла, что дружки не успокоятся, пока я не доберусь до хутора, и вызвала Индрика, который окончательно вверг разбойников в ужас и панику, вырвавшись прямо из-под снега. Я вскочила ему на спину, и мы взмыли в небо. Последнее, что я успела увидеть, это вываливающегося из бурелома к разбойничьей землянке огромного медведеобразного детину.
Хутор Дальний встретил нас темнотой и тишиной. Не светилось ни единого самого крошечного огонька.
- Тебе точно сюда надо было? - фыркнул Индрик, положив свою голову мне на плечо.
- Точно.- Я толкнула ворота, те со скрипом, медленно раскрылись. Ни заливистого лая собак, ни признаков жизни в большом доме, к которому жались, как цыплята к квочке, домики поменьше. Есть тут кто живой? - осторожно позвала я. Порыв ледяного ветра хлопнул распахнутыми ставнями, я поежилась. Сразу стало страшно и очень неуютно.
Я, стараясь не скрипеть снегом, пошла вперед. Индрик, сложив крылья на спине и навострив ушки, за мной. Поднялась на высокое крыльцо, тихо отворила незапертую дверь и сунула голову внутрь. Сени были пусты, под низким потолком висели пучки сушеных трав, я открыла дверь в горницу и растерянно повертелась на месте.
Мебель зияла пустыми полками, снег из разбитого окна припорашивал разбросанные по полу тряпки и домашнюю утварь.
- Такое чувство, что хозяева покинули это место в большой спешке,- пробормотала я, оглядываясь на сунувшего в дверь голову Индрика.- Вон, даже такой хороший серебряный подносик оставили. - Верея, пошли отсюда, - прогундел конь.
- Интересно, от кого они так драпали? - продолжала я, не обращая внимания на дядьку-единорога.
- Куда ты пошла?! - закричал тот, увидев, что я направляюсь к лестнице, ведущей на верхний этаж. Попробовал протиснуться в дверной проем, но застрял со своими крыльями, засопел, забился, с трудом выпал обратно.