Страница 77 из 113
– Алекс, ты как? – подлетел ко мне Геша. Жека с дробовиком наперевес уже подходил к прыгучему упырю, сержант только вылезал из окна.
– Как, как… прекрасно, епть…, – плечо дико болело, и я изгибался интегралом, пытаясь сделать так, чтоб боль хоть чуть ушла. Что ж такое, неужели с такой силой можно обычной человеческой рукой сжать?
– Я прикинь, видел в окно как ты этого уработал, а тут смотрю, на тебя сзади этот прет, давай орать как сумасшедший, ты на меня смотришь, а он уже совсем рядом с тобой, ну я окно выбил, а тут он в тебя вцепился, ну я пересрался, думал все, капец тебе, бросился со всех ног, а тут…, – зачастил Геша снова словами как пулемет, я уже и забыл про его такое умение.
– Алекс, в порядке? – спросил подошедший Артем.
– Алекс, ну ты крут! Иди, смотри, какого орка завалил! – крикнул Жека, на расстоянии всматриваясь в лицо лежащего упыря.
В глазах потемнело, и я шлепнулся на колени. Воздуха не хватало, пришлось часто задышал полной грудью. Голова налилась тяжестью, такое ощущение, что сейчас сознание потеряю.
– Что с тобой? – наклонился ко мне Геша, положив руку как раз на больное плечо.
От боли я подпрыгнул, матерно сообщив всем, что не очень хорошо себя чувствую. Как ни странно, стало полегче, и даже в обморок хлопаться раздумал.
– Жека, Геша. Давайте орка на крышу закидывайте, привяжите чем–нибудь к багажнику. Алекс, вести сможешь? Или Гешу сажать? – оборвал мой монолог Артем.
Я пошевелил плечом. Больно, но терпимо вроде. Потом мотнул головой и направился к водительской двери. Было все еще хреново, но просто так в машине сидеть точно не смогу.
– А не кинется? – опасливо спросил Геша, обходя Жеку, двигаясь к мутанту.
Жека за его спиной между тем прицелился в лежащего упыря и выстрелил ему в ногу. Нога дернулась от попадания, но больше реакции никакой. Зато Геша отреагировал.
– Мля ты что творишь! – взвился он в прыжке.
– Да ладно Геш, не шевелится вроде. Пойдем кантовать. Я ему сейчас руки перетяну, чем–нибудь на всякий случай, а ты башку на прицеле держи.
Я между тем подобрал пустую обойму, обмахнул его от снега, и взял брошенный мешок с подвесной и бутылками. Желания принимать участие в погрузке тела не было совершенно, и я полез на свое водительское место. Мешок забил под сиденье, на звон бутылок уже было совершенно наплевать. Пока Артем контролировал подходы, парни грузили упыря на крышу, а потом его и крепили чем–то. Машину ощутимо покачивало.
Я обернулся в салон, и попытался поймать взгляд девушки, два раза предупреждавший меня об опасности. Хотя во второй раз и придурком обозвала, но поблагодарить следует. Наверное. Обратил внимание, что подружка ее уже в той самой лазурной куртке, которую я с вешалки прихватил – угадал, значит.
Белоснежка сидела с прямой спиной на сиденье, обнимая подругу, плечи которой ходили ходуном от беззвучного плача. На меня даже голову не повернула, хотя поворачивался я всем телом, из–за плеча больного. Секунд десять я пытался рассмотреть ее лицо в темноте салона, надеясь, что все–таки повернется. Не поворачивалась. Я посмотрел на парней. Один забился в самый угол, спрятав лицо в коленях, второй сидел напротив девушек, безучастно глядя в потолок.
– Спасибо, – глядя на Белоснежку, все же произнес я.
– Пошел в жопу, козел! – глянула она на меня.
Я даже отшатнулся немного. Многое ожидал услышать, но не такое.
– Фи, сударыня, как грубо, – пробормотал я, ошарашенный, отворачиваясь.
И что я ей сделал такого? Хотя не помог, когда в канаву свалилась, но там она сама виновата, нечего было увольнять меня сходу.
В машину между тем ввалились парни, вместе с потоком холодного воздуха.
– Алекс, трогай, – захлопывая дверь, скомандовал Артем.
– Таксист потрогал, и сказал: «Вау, ничего себе!». Сейчас, пять сек, – ответил я на вопросительный взгляд сержанта. – Геша, дай колы, у тебя под сиденьем должна быть. В пакете.
Геша зашуршал пакетом и протянул мне двухлитровую бутылку колы. Я между тем изогнулся, залез под сиденье, и достал одну из бутылок. Как раз початую и ухватил, молодец какой. Свинтил крышку, и прилично приложился. Быстро запил колой. Внутри моментом все разлилось приятной теплотой. Так–то лучше, жить можно. Передал бутылку Артему, а когда он отдавал бутылки назад, Жеке, я уже со двора выехал.
– Слушай, у тебя машина на ходу? – обернулся сержант к Белоснежке.
Ответа я не услышал, в зеркало заднего вида глянул, но там что–либо увидеть нереально.
– Ключи с собой? Сейчас вытащим тогда, ключи давай. Не, не мне, Егору.
– Алекс, тормозни у машин, давай дернем, – обернулся Артем уже ко мне.
Мы как раз выехали из поселка, и подъезжали к машинам в лесу. Объехав сидящий в канаве паркетник, подал буханку к нему задом.
– Геша, трос под твоим сиденьем, цепляй и за руль прыгай. Разберешься? Жек, пока Геша цепляет, прикрывай, – скомандовал Артем и вылез из машины. Парни выпрыгнули следом. Буквально через пару минут вытащенный внедорожник, марку которого я пока так и не разглядел, уже твердо стоял на дороге.
26 апреля, вечер.
Ермаков Станислав, база отдыха Красная.
Все равно напрягли. Дали пару человек поездатых в помощь, и озадачили сразу несколькими поручениями. Давно я так не выматывался. Не физически, морально. Телефона нет, вопросов целая куча, а кого спрашивать, неясно. Бегаешь как олень, а территория не маленькая. Уже и забыл, каково это, народ искать, если на мобильный не позвонить. «Вот только–только он тут был, но ушел недавно. Попробуй там посмотреть». Но разрулил. Вместе с Димом, кстати, отжали комнату себе в одном из коттеджей, а после обеда завалились с ним в баню, потеснив каких–то двух мужиков с хабальными тетками, местных, которые тут на отдыхе были до катаклизма. Разговаривать с ними даже не стал, послал к черту. Ну а что, вдруг война, а пацаны грязные?
Пока бегал, зуб и поутих. То ли чеснок, привязанный к запястью помог, то ли две таблетки какого–то кетанова, которые мне подогнала симпатичная девочка Настя, занимавшаяся административной деятельностью. Прошел, и ладно. Это прекрасно.
После помывки в бане, хоть и в быстром темпе, настроение поднялось. Дим срулил, он теперь при штабе, деловым стал. Когда дело уже шло к вечеру, поездатых парней я отпустил, сочтя работу выполненной, и порулил к штабу. У двери стоял часовой, сообщил, что дома никого нет, все в главном корпусе. Окей, опять побегаем, я уж привык за сегодня. На улице было еще светло, а в главном здании уже темновато. Света нет, только из окон. Помыкался пару минут, никого не находя. Набрел на импровизированный госпиталь, украдкой понаблюдал за работой нескольких симпатичных девушек в качестве медсестер. Доктор быстро меня впалил и выгнал, а я пошел бродить дальше.
– О, начальник! – окликнул меня Дим–Дим в одном из коридоров, намекая на мое командование приданными пацанами.
– Начальников у себя в шараге увидишь, а для тебя я товарищ командир, усек?
– Хм. Как поднялся над толпой, так борзым стал. Смотри, устрою тебе путевку на Новую Землю.
– Дим, кстати, тут пацаны говорили, что штабист – синоним педераста, как думаешь, не врали?
– Какие юморные пацаны. Будешь вместе с ними значит скоро на дальней заставе березовую кору жрать и дошираку радоваться. С шутками и прибаутками. И душа там нет, придется тебе насухую…
– А ты знаток, смотрю... ладно, помоги Зорина найти, – прервал я нашу обычную пикировку.
– Пойдем, – Дим–Дим развернулся в сторону, откуда пришел и быстро зашагал по коридору. – Как, разобрался с комнатой? – обернулся он на ходу. Когда мы себе жилье отбили со скандалом у местного главного по заселению, Дим свалил по быстрому, вопросы устройства быта на меня оставив.
– Нормально все. Решил, – кивнул я.
– Телочки есть?
– Слышь, телочки! Онанизм тоже спорт, чувак! Все, спасибо, вижу его, – похлопал я Дима по плечу, увидев в приоткрытую дверь отцов командиров, как обычно в насквозь прокуренной комнате.