Страница 71 из 88
– Господин Орлов, Арани'ин-Лер и Илана'ин-Лер прибудут с минуты на минуту в зал совещаний. Присаживайтесь.
Я отрицательно помотал головой и наоборот, подошел к дверям поближе. Ждать мне пришлось минут пять, пока высокие двустворчатые двери не открылись и в зал не вошли сестры. Старшая была одета в пеплос белого цвета, а младшая в своё лёгкое летнее платьице, в котором она являлась на работы в выставочный комплекс. Обе выглядели очень подавленными и печальными. Я подошел к ним и негромко сказал:
– Леарания, Илана, я друг Леона. Возможно вы обо мне ничего не знаете, но он был для меня, всё равно, что старший брат. Я скорблю о его смерти вместе с вами и сочувствую вашему горю. Так уж случилось, что я взялся за расследование причин его смерти и теперь знаю точно, почему это произошло. Леарания, ни вы, ни ваша сестра совершенно ни в чём не виноваты. Произошел несчастный случай. Понимаете, те древние украшения, которые вам было разрешено оставить себе, являются оружием и нужно обладать очень большим мастерством, чтобы управлять им, а теперь давайте пройдём к столу, и я расскажу, как всё произошло.
Обняв обеих растерянных девушек за плечи, между прочим я увидел, что в глазах Иланы зажглась искра надежды, я подвёл их к столу со своей стороны и усадил справа от себя, после чего сел и пристально посмотрел на главного координатора.
– Господин Орлов, мы готовы выслушать вас. – Сказал тот и все члены координационного совета закивали головами.
Слегка поклонившись, я начал свою речь так:
– Благодарю вас, господа генеральный совет. Сегодня я намерен рассказать и объяснить вам, что именно произошло третьего числа месяца неарн в городе Сантуаре на бульваре Вейру. Поначалу, когда я достаточно далеко продвинулся в своём расследовании и понял, что Леон и Арани любили друг друга, мне казалось, что они держат это в строжайшей тайне не только от меня, но и от всех остальных ианш'та-ролан, но оказалось, что это было совсем не так. Они не скрывали своей любви ни от кого из ианш'та-ролан, но хранили её в тайне от нас, друзей Леона и в частности от меня, что между прочим и сейчас заставляет меня просто негодовать из-за этого. Простите меня, господа, но я полностью уверен, – если бы этот так называемый друг открылся мне, то ничего этого никогда бы не произошло. Более того, ианш'та-ролан не пришлось бы даже платить денег за свои же собственные драгоценности. Ещё раз простите меня, но в дальнейшем вы так или иначе услышите ещё много нелестных слов в адрес Леона, который своими совершенно необдуманными действиями довёл всё до этой трагедии. Итак, что же произошло в тот злосчастный день через полчаса после начала сиесты? В этот день Лёвка предложил Арани и Илане пообедать у него на вилле "Леарания". Он заказал в ресторане "Атейна" самые дорогие блюда, которые доставили к нему на виллу ещё без четверти одиннадцать, а сам вместо того, чтобы бросить все дела в своём магазине, торчал там до самого начала сиесты, после чего снова не отправился на виллу телепортом, как должен был, а решил навестить одного своего очень важного заказчика, имя которого я знаю и из которого даже вытряхнул признательные показания о том, что тот промурыжил моего друга до двенадцати часов тридцати одной минуты. Только после этого Лёвка вспомнил о том, что он забыл в магазине свой миникомпьютер, а поскольку уже не собирался возвращаться в него, то решил его забрать. Тот клиент, у которого этот раззява побывал до того, подтвердил это. Арани находилась на его вилле уже свыше полутора часов, а Илана чуть менее получаса. Девушки даже не стали раскрывать блюда и окончательно накрывать на стол, а лишь выставили их на него. Когда Лёвка сообщил Арани, что он должен вернуться в магазин, она и Илана решили пошутить над ним. Младшая сестра надела на себя украшения своей старшей сестры и телепортом отправилась в его магазин, но попала туда после того, как в него вернулся этот тип. Надо сказать, что мой друг всегда мгновенно реагировал на любую опасность, вот и в этот момент он молниеносно развернулся и не только принял боевую стойку, но и нацелился на Илану станнером скрытого ношения, который автоматически выскакивал из его рукава, а затем отправлялся обратно, если выстрел не был произведён. Ну, а ствол этого чёртового станнера весьма похож на ствол бластера и поскольку на Илане были надеты боевые фибулы, они приняли её испуг за команду на открытие огня. Перед смертью мой друг только и успел вскрикнуть: – "Леа…", как был сражен двумя шарами горячей плазмы. Илана хотела броситься к нему, но защитный пояс моментально перенёс её в самое безопасное, на его взгляд, место, в спальную комнату старшей сестры, где она в ужасе сорвала эти древние драгоценности и отпросила их подальше от себя, после чего немедленно связалась со сестрой и рассказала ей о том, как на её глазах кто-то стоящий за её спиной убил Леона. Кстати, я не исключаю и того, что она уже тогда сочла фибулы оружием и сказала, что это она убила её возлюбленного, которого очень любила, но уже чисто по-сестрински. Поэтому, господа координационный совет, я очень прошу вас, окажите этим девушкам, пострадавшим из-за преступной беспечности и вечного разгильдяйства моего друга, так необходимую им дружескую поддержку и давайте поскорее закроем это дело, чтобы я мог предать его тело, замороженное жидким азотом, земле на вилле "Леарания", которую, Арани, я хочу передать вам в дар. Мне пришлось посетить её всего лишь один раз, как я посетил вашу квартиру и квартиру вашей сестры, и на ней всё осталось точно таким же, как и в тот день, когда вы её спешно покинули. Простите меня за то, что я так нелестно отозвался о Лёвке, но мне без этого гада так же плохо, как и вам.
Водар'ин-Дарт испустил тягостный вздох и сказал:
– Серж, ваши объяснения были исчерпывающе точны и предельно откровенны. Арани, Илана, ещё раз примите наши соболезнования и теперь я уже не допущу того, чтобы вы снова выходили на работу. Девочки, вам нужно отдохнуть, а я постараюсь сделать для вас всё возможное и невозможное. Илсия, проводите сестёр ин-Лер и сразу же возвращайтесь к нам. Наше общение с Сержем ещё не окончено и нам нужно решить некоторые вопросы, а вас Серж, я попрошу немного подождать.
Хотя меня и попросили подождать, я немедленно встал и проводил Арани и Илану до двери. Обе девушки, как я это сразу почувствовал, доверяли мне и уже возле самой двери я сказал:
– Леарания, хотя ваги фибулы и убили Леона, не выбрасывайте его подарка. Думаю, что уже очень скоро принцип действия этого оборудование станет известен и тогда вы сможете изучить его, чтобы использовать эти вещи по прямому назначению, как красивые драгоценности. Мне очень жаль, что так случилось.
Девушка чуть кивнула головой и сказала:
– Серж, Леон очень много рассказывал нам о вас. Он очень любил вас и тоже называл своим братом. Не так давно мы с ним приняли решение стать мужем и женой и тогда обязательно пригласили бы вас на свою свадьбу.
Не зная, как принято у сияющих прощаться, я просто поцеловал обеим сёстрам руки и вернулся к столу. Илсия отсутствовала недолго, минут семь и когда она вернулась, Водар'ин-Дарт, пристально глядя мне в глаза, сказал:
– Серж, мы передали информацию о том, что услышали от вас, всем членам генерального совета ианш'та-ролан, и мне было поручено обратиться к вам с просьбой о помощи. Вы согласитесь полететь на ту планету, где находится информатория, чтобы осмотреть место его захоронения и высказать своё суждение о возможности или невозможности его разминирования?
Энергично кивнув головой, я ответил:
– Господин главный координатор, я готов лететь туда немедленно. Всё, что мне может понадобиться, со мной.
Нет, я конечно мог бы начать выставлять ианш'та-ролан какие-нибудь требования, но это на мой взгляд было совершенно излишним. Я и так уже проверил их на человечность и остался доволен результатами этой проверки. Допуская в своём докладе не совсем корректные выражения в адрес Лёвки, я внимательно фиксировал каждый их жест, мимику и вообще всю вазамоторику вместе взятую. Ианш'та-ролан за время моего короткого, но очень эмоционального доклада ни разу не напряглись и даже тогда, когда я обзывал его идиотом, мои слова не вызвали у них никакого напряжения и тем более осуждения. Они прекрасно поняли моё эмоциональное состояние, как и то, что мне было за что ругать этого обормота. Он со своей любовью совершенно потерял профессионализм и просто жутко облажался. На мой взгляд такое поведение было совершенно недопустимо. Ладно сияющие, они вполне могли забыть об элементарных нормах предосторожности и не подумать о том, что эти красивые украшения могут оказаться ещё чем-то. Подвело их скорее всего и то, что своим сканирующим зрением они просто не увидели в них ничего такого, что могло бы вызвать у них какие-то опасения.