Страница 56 из 84
– Пьян, что ли?..
– Нет, капитан, он просто устал… – развязав тесёмку и заглядывая внутрь мешочка, ответил Максим, – Хорошо, спасибо. Вы свободны.
– Также велено сказать, что по окончании король ждёт вас с докладом!
– Ладно, я непременно явлюсь, как только закончу. Так и передайте королю. Всего хорошего, капитан, а то мне его уже будить пора…
Ещё раз искоса взглянув на спящего великана, офицер браво козырнул и не без форса взлетел на коня:
– Честь имею, господин барон!.. – и, взяв с места в карьер, быстро скрылся из виду.
Грей вытряхнул злополучный медальон на ладонь и присмотрелся. Стилизованная лилия явно старинной работы: шесть золотых лепестков, покрытых затейливой чернёной резьбой, окружали маленький цилиндрический футляр с крупным звёздчатым сапфиром на крышке. Поддев её ногтем, Макс обнаружил, что внутри полость доверху заполнена мелким, чуть прозрачным и совершенно бесцветным порошком: без всякого анализа можно было смело утверждать, что перед ним кристаллы цианида ртути – самого излюбленного из "последних доводов" местных Борджиа.
"Весёлая старушка, – качнул головой Максим, – надо будет графа предупредить, а то ведь так королю и без казначея недолго остаться…"
Вернув крышку на место, он снял с сотника сонное заклинание и, пока тот, хлопая глазами, приходил в себя, охватил лепестки лилии большим и указательным пальцами, направил вершину камня на Бекка и произнёс всего три слова:
– Задание графини отменяется!
После чего, вернув медальон в кошель, присел рядом с ним на корточки. Во взгляде Зига начала проявляться осмысленность, и вскоре это вылилось целым потоком казарменной ругани, самыми безобидными в которой оказались лишь две фразы:
– …Где это я, чёрт возьми?!! …Почему я тут валяюсь, как последний бродяга?!!
Грей, усмехаясь, поспешил его успокоить:
– Не волнуйтесь, дружище, я сейчас всё объясню. Но сначала мне очень важен ваш ответ: скажите, убивать меня будете?
– Я? Вас? Убивать?..
– Ну, слава богу, заклинание сработало. А то я как-то не очень доверяю этим ведьмовским штучкам… – Макс с облегчением снял "ловчую сеть".
– Какие штучки? Да объясните же мне, что происходит! – Сотник сделал ещё одну попытку сесть, и ему это, наконец, удалось.
– Сейчас объясню. Всё дело в том, мой друг, что старая интриганка графиня нас чуть было не переиграла. И если бы я сам не наблюдал за вашей встречей, то последствия её могли быть очень печальными. Она, дружище, когда давала вам задание меня убить, воспользовалась амулетом послушания, – Грей подбросил на ладони кошель с медальоном, – а попросту – околдовала вас, и вы взялись меня убивать по-настоящему. Этим вы и занимались тут, на опушке, около четверти часа беспощадно кроша моего фантома, пока я в это время пытался вас урезонить. Потом мне всё-таки удалось вас спеленать и уложить чуток поспать, а вот сейчас, когда мне королевский офицер подвёз наконец этот амулет, я вас, скажем так – расколдовал. И всё это, господин Бекк, придётся принять на веру, потому что главные свидетели – король с графом – вряд ли найдут время, чтобы подтвердить вам мои слова…
– И король и граф тоже это видели? – схватился за голову сотник, поднимаясь на ноги, – Какой позор!
– Никакого позора, старина, не убивайтесь так. Более того, граф самолично изъял у супруги этот амулет, с тем, чтобы можно было снять с вас чары. Что я и проделал. Кстати, как вы себя чувствуете?
– Как чувствую?.. – непонимающе переспросил Зиг. – Хорошо чувствую…
Он повёл плечами и потянулся:
– Ого! Я очень хорошо себя чувствую! Я уже и забыл, когда себя так хорошо чувствовал!..
– Вот и чудесно. Я, пока вы спали, немножко поработал над вашим телом, так что его возраст теперь стал лет на двадцать моложе…
– На двадцать? Здорово! Эх, как вспомню – что я тогда мог…
– И сейчас сможете. Ну что ж, Зигмунд, пора по домам, а то я, честно говоря, чуток подустал, а мне ещё на доклад к королю идти. Да и Мари там, наверное, все глаза проглядела, вас дожидаясь. Так что – по коням…
*
Сдав сотника с рук на руки не на шутку переволновавшейся Мари, Макс без промедления направился во дворец, а точнее – в королевский кабинет…
Очень примечательно, как по-разному слушали там его рассказ: Его Величество – спокойно и с улыбкой, явно получая удовольствие от истории, и Его Высочество – возбуждённо снуя по кабинету, пересаживаясь из кресла в кресло и время от времени не удерживаясь от восклицаний. Наконец, когда Максим замолчал, королю надоело это мельтешение, и он, пытаясь скрыть улыбку, спросил:
– Барон, а этот амулет всё ещё у вас?
– Да, сир, и я приложу все силы, чтобы он не попал в чужие руки…
– А о чужих сейчас и речи нет, в ваших всё даже лучше получится, – кивнул король и далее развил свою мысль, – Вот скажите, барон, а нельзя ли с его помощью воздействовать на наследного принца, с тем, чтобы привить ему подобающую положению серьёзность и усидчивость?..
Грей, усмехнувшись, подхватил его игру:
– Легко, Ваше Величество! И даже любовь к делопроизводству!
Принц, только-то нашедший себе новое место, снова птицей взмыл из кресла:
– Вы… Вы что? Вы не посмеете! Это же насилие над личностью! Это… – его возмущение било через край, даже губы дрожали, – это комплот против принца крови! Да я… я Штейну пожалуюсь!..
– Ну тогда и веди себя, как принц крови! – в голосе отца зазвучали стальные нотки. – Сядь и не мечись, как мальчишка!.. А то ведь и впрямь амулетом воспользуюсь…
Принц без слов плюхнулся в кресло и только порозовевшие скулы выдавали, как велико было его негодование. Король снова повернулся к Грею:
– А кстати, барон, как долго сохраняется действие заклинания?
– Само заклинание кратковременно, сир, и действует только пока активирован амулет. А вот внушение, полученное в это время, – практически пожизненное. Его можно отменить лишь повторным таким же воздействием.
– Да? Это хорошо, – похоже, король решал в уме какие-то проблемы, – Тогда из этого может и быть какой-то толк…
– Что вы имеете в виду, сир?
– А то, что планы относительно графини Брисс кардинальным образом изменились. Всё дело в том – и здесь я глубоко ошибался – что граф её по-настоящему любит, несмотря на все её интриги и капризы. И ему очень не хотелось бы её отправлять в родовой замок, вслед за непутёвой доченькой. А вы так подробно рассказали, как надо пользоваться амулетом… Корче, задержка с доставкой вам медальона была неслучайна: наш граф решил сыграть с графиней в её же игру. Передавая мне амулет, он признался, что сорвав его с супруги, он проделал все, как вы говорили, и целых полчаса втолковывал своей благоверной, какой он должна быть, и чего она не должна делать никогда… Чему вы смеётесь, барон?
– Тому, мой король, – качая головой, ответил Макс, – что, похоже, нашему графу наконец-то удалось осуществить мечту мужчин всех времён и народов: получить в жёны абсолютно подогнанную под себя женщину! Идеальную жену! И я уверен, что он смог найти для неё правильные слова, уж он-то как никто другой знает и её недостатки, и свои предпочтения. В общем, я думаю, что у него всё получилось. А если он что-то и забыл сказать, то пусть обращается, медальон будет к его услугам…
– Что ж, вы меня успокоили, но я всё равно скажу Штейну, чтобы он пока не спускал с неё глаз. Лучше подстраховаться, чем потом кусать локти… А кстати, о Штейне – что там с операцией по лигорскому резиденту? На какой вы стадии?
– На завершающей, мой король. Вся подготовка практически закончена: через пару дней мы будем готовы выступать.