Страница 20 из 32
- Весьма близко.
- Тогда примите мои сердечные соболезнования. Вашего брата, как видно, с нами нет, а я знал, что вы были неразлучны. - Тут её холодные голубые глаза воистину покрылись льдом. Рядом беззвучно и мрачно высился северянин. Морвеер осторожно прочистил горло. Клинки может быть и безыскусные орудия, но меч в животе убивает умных людей абсолютно с тем же успехом, что и глупых. - Вы понимаете, что в своём ремесле я самый лучший.
- Факт, - сказала Дэй, отцепляясь на мгновение от лакомства. - Неоспоримый факт.
- Множество людей из высшего общества, на ком я применял свои навыки, могло бы в этом присягнуть, но, естественно, они не в силах.
Дэй печально покачала головой. - Ни один.
- Так что вы скажете? - спросила Муркатто.
- Лучшее стоит денег. Больше денег, чем, наверное, вам, потерявшей работодателя, по карману.
- Вы слышали о Сомену Хермоне?
- Знакомое имя.
- Не для меня, - сказала Дэй.
Морвеер взял на себя разъяснения. - Хермон был одиноким беженцем из Канты, поднявшимся, по видимому, до самого богатого торговца в Мусселии. Роскошь, окружавшая его жизнь стала знаменитой, его размах - легендарным.
- И?
- Увы, он был в городе когда Тысяча Мечей на службе у герцога Орсо, тайком захватила Мусселию. Людские потери свели к минимуму, но город разграбили, и о Хермоне с тех пор никто не слышал. И о его деньгах. Была версия, что этот купец, как часто делают купцы, колоссально преувеличивал своё состояние, и помимо приметных и ярких внешних атрибутов владел, собственно говоря... ничем. - Морвеер медленно глотнул вина, следя за Муркатто поверх краешка бокала. - Но некоторым другим известно, пожалуй, поболе моего. Командирами этой локальной кампании были... как же их звали-то? Вроде бы брат и сестра... я прав?
Она уставилась в ответ несгибаемым взглядом. - Хермон был гораздо богаче, чем это показывал на людях.
- Богаче? - Морвеер изогнулся на стуле. - Богаче? Ё-моё! Муркатто ведёт в счёте! Смотрите, как я ёрзаю при упоминании о столь бескрайней сумме имеющегося у вас в изобилии золота! Не сомневаюсь, достаточной, чтобы оплатить мои скудные чаевые целых две дюжины раз и ещё сверх того! Что ж... неодолимая жадность полностью меня... - Он поднял ладонь и с грохотом шлёпнул ею по столу. - Парализовала.
Северянин медленно накренился набок, съехал со стула и бухнулся на разровненный торф под плодовыми деревьями. Он мягко перекатился на спину, колени подняты вверх, в точности повторяя форму, принятую им пока он сидел. Тело отвердело как деревянная колода, глаза беспомощно устремлены к небу.
- Ах, - прокомментировал Морвеер, уставившись через стол. - Полагаю, теперь в счёте ведёт Морвеер.
Муркатто стрельнула глазами вбок, затем обратно. Волна судорог пробежала по одной стороне её лица. Рука в перчатке задёргалась, стуча о столешницу, а затем легла неподвижно.
- Сработало, - прошептала Дэй.
- Да как ты могла во мне усомниться? - Морвеер, ничего так не любивший, как внимающую ему аудиторию, не мог устоять перед объяснениями, как всё это было проделано. – Сперва нанёс масло желтосемени себе на руки. - Он поднял их, растопырив пальцы. - Чтобы предотвратить воздействие на меня агента, ну, вы понимаете. В конце концов, я бы не хотел внезапно сам оказаться парализованным. Это был бы сугубо неприятный опыт! - он похихикал сам себе, и к нему тоном выше присоединилась Дэй, наклонившись проверить пульс северянина и держа в зубах второе пирожное.
- Активная добавка - вытяжка паучьего яда. Чрезвычайно действенная, даже через прикосновение. Раз я подольше подержал его руку, ваш друг получил дозу потяжелее. Повезёт, если он сможет сегодня шевелиться... если я, конечно, позволю ему шевелиться снова. Над речью у вас, однако, должна была остаться власть.
- Сволочь, - прохрипела Муркатто сквозь застывшие губы.
- Вижу, что осталась. - Он поднялся, плавно скользнул вокруг стола и облокотился рядом с ней. - Действительно, я должен принести извинения, но ты понимаешь, что я, как до этого и ты, нахожусь на шаткой вершине моей профессии. Мы, обладатели исключительных навыков и достижений, обязаны принимать исключительные меры предосторожности. Сейчас, когда нам не препятствует твоя способность двигаться, мы можем с абсолютной прямотой поговорить на тему... великого герцога Орсо. - Он прополоскал рот вином, посмотрел, как птичка снуёт меж ветвей. Муркатто ничего не ответила, но в этом не было нужды. Морвеер был рад говорить за обоих.
- Я вижу, что с тобой произошла ужасная неприятность. Предал тот, кто столь многим был тебе обязан. Любимый брат убит, а ты возродилась... не в точности прежнем виде. Моя собственная жизнь изобиловала мучительными превратностями, поверь, поэтому я полностью на твоей стороне. Но мир до краёв наполнен ужасом, и мы, его скромные обитатели, можем менять его к лучшему, лишь... по чуть-чуть. - Он поднял брови на шумно чавкавшую Дэй.
- Чего? - пробурчала она с полным ртом.
- Чего б тебе не быть потише? Я тут разъяснять пытаюсь. - Она пожала плечами, облизывая пальцы и нарочно чмокая. Морвеер испустил вздох неодобрения. - Беспечность молодости. Она научится. Пришла пора всем нам маршировать в одном направлении, а, Муркатто?- Только, блядь, без философии, - просипела она сквозь сжатые губы.
- Тогда давай обратимся к нашим практикам. С твоей замечательной помощью Орсо сделался самым могущественным человеком в Стирии. Не стану делать вид, что у меня есть твои способности к пониманию всех военных тонкостей, но не нужно же быть Столикусом, чтобы осознать, как вследствие твоей славной победы у Высокого Берега в прошлом году, Лига Восьми оказалась на грани гибели. Когда наступит лето, Виссерин спасёт только чудо. Осприйцев вынудят к миру, ну или сокрушат, в зависимости от настроения Орсо, которое, тебе известно гораздо лучше большинства людей, более склонно сокрушать. С окончанием года, исключая случайности, Стирия всё-таки обретёт короля. Кровавым Годам настанет конец. - Он осушил бокал и широко взмахнул им - Мир и процветание для всех и вся, непременно! Новая прекрасная жизнь? Если только ты не наёмник, я полагаю.
- Или не отравитель.
- С другой стороны, нам отыскать работодателя легче лёгкого даже в мирное время. В любом случае, отмечу, что умерщвление великого герцога Орсо - помимо явной невыполнимости этого задания - не служит ничьим интересам. Ни даже твоим. Оно не вернёт обратно ни твоего брата, ни руку, ни ноги. - Её лицо не дрогнуло, но в этом видимо была заслуга паралича. - Попытка, более чем вероятно, закончится твоей смертью, а возможно даже моей. Давай-ка бросай это безумие, дорогая Монцкарро. Немедленно остановись, и в дальнейшем никогда об этом не вспоминай.
Её глаза были безжалостны, как две пробирки с ядом. - Только смерть остановит меня. Моя или Орсо.
- Невзирая на цену? Невзирая на боль? Невзирая, кто погибнет на этом пути?
- Невзирая, - прорычала она.
- Степень твоей приверженности начинает меня убеждать.
- Всё что угодно! - Не слова, а вопль.
Морвеер воистину воссиял. - Тогда мы сможем договориться. На таком основании, и ни на каком ином. Во что я никогда не ввязываюсь, Дэй?
- В полумеры, - промурлыкала его ассистентка, оглядывая единственное оставшееся на тарелке пирожное.
- Правильно. Сколькерых мы убиваем?
- Шестерых, - ответила Муркатто, - включая Орсо.
- Тогда моя ставка будет десять тысяч серебренников за каждого из второстепенных, с уплатой по получению доказательств их упокоения, и пятьдесят тысяч за самого герцога Талинского.
Её лицо свело лёгкой судорогой - Обсуждать цену, когда клиент беспомощен - дурной тон.
- Хороший тон нелеп при разговоре об убийстве. В любом случае, я не торгуюсь.
- Значит, мы договорились.
- Я так рад. Пожалуйста, антидот.
Дэй вытащила пробку из стеклянного графина, опустила самый кончик тоненького ножа в тягучий осадок на дне и вручила ему, протянув отполированной рукояткой вперёд. Он промедлил, всматриваясь в холодные голубые глаза Муркатто.